Жан-Клод Ларше

Именно рождение в душе печали является одним из непосредственных последствий бесовского воздействия. «А помыслы, происходящие от демонов, прежде всего бывают исполнены смущения и печали...»349 – указывает преподобный Варсонофий. И можно сказать наоборот, что появление печали в душе всегда является признаком бесовского воздействия на нее. «...Все делающееся со смущением и беспокойством и излишнее проистекает от демонов»350, – говорит еще великий старец.

Какие бы внешние события не могли вызвать и мотивировать печаль, следует подчеркнуть, что на самом деле не они являются ее источником: они суть повод, но не первопричина, которая таится единственно в самой душе человека, а точнее – в том, как он относится к внешним событиям и к самому себе. Человек сам несет ответственность за нашедшую на него печаль: внешние обстоятельства и даже скорби, которые он, может быть, испытал, не будут служить ему оправданием. Святитель Иоанн Златоуст пишет, что «не свойство вещей, а мысль наша обыкновенно печалит и радует нас. Итак, если мы настроим ее, каковою ей быть должно, то будем иметь залог всякого благодушия. Как телу вредит и пользует не столько свойство воздуха и внешние влияния, сколько собственное предрасположение, точно то же самое и с душою, и тем еще более, что там неизбежность природы, а здесь все зависит от свободной воли»351.

Даже в том случае, когда состояние печали наведено или поддерживается бесами, это становится возможным лишь постольку, поскольку они находят благоприятную почву в душе и могут опереться на некоторое (более или менее сознательное) содействие со стороны человеческой воли. Именно поэтому святитель Иоанн Златоуст может сказать Стагирию: «Не демон причиняет уныние, но оно делает демона сильным и причиняет худые помыслы»352. Нередко печаль появляется еще до непосредственного воздействия диавола, который лишь пользуется существующим положением, чтобы развить страсть.

Печаль может перейти в крайнее состояние отчаяния (?????????353) – одну из тяжелейших форм этой страсти. «Действительно, опасна неумеренная печаль; опасна и может довести до смерти»354, – замечает святитель Иоанн Златоуст.

В зарождении отчаяния диавол играет особенно значительную роль и может посредством этого состояния породить в душе гибельные последствия. «...Нет ни одного столь сильного оружия у диавола, как отчаяние. И мы не так радуем его, когда грешим, как когда отчаиваемся»355, – говорит святитель Иоанн Златоуст. В таком состоянии человек отчаивается в Боге и, как следствие, отделяется от Него. А таким образом он дает свободу действий диаволу, полностью отдает себя в его власть и обрекает самого себя на духовную смерть. Святой апостол Павел учит, что печаль мирская производит смерть (2 Кор 7, 10)356. Под воздействием отчаяния (а иногда и простой печали) человек нередко предается разрушительным страстям, думая, что они помогут излечить это состояние хотя бы тем, что избавят его от памяти о нем. Апостол замечает: Они, дойдя до бесчувствия, предались распутству так, что делают всякую нечистоту с ненасытимостью (Еф 4, 19). Вслед за ним святитель Григорий Великий Двоеслов подчеркивает, что от печали «проистекает блуждание ума по запретным вещам»357. Будучи источником духовной смерти, отчаяние может довести человека до самоубийства: лишая его надежды на что-либо в жизни, оно влагает в его душу мысли о самоубийстве и толкает его к их осуществлению358.

По объяснению святителя Иоанна Златоуста, здесь возможно диавольское воздействие, однако оно не является единственной причиной такого состояния, ответственность за которое лежит на самом человеке: «Такое внушение, – пишет он Стагирию, – происходит не от него [демона] только одного, но и от твоего уныния, и даже больше от последнего, чем от первого, а может быть – и от одного уныния. Это видно из того, что многие из тех, которые не одержимы демоном, замышляют то же [самоубийство] только от печали»359. «Уныние же, – продолжает святитель, – и без него [демона] может сделать много зла, и большинство из тех, которые наложили на себя петлю, или закололись мечом, или утопились в реках, или погубили себя как-нибудь иначе, увлечены были к такой насильственной смерти унынием; если же в числе этих людей окажутся некоторые и из одержимых демоном, то и их погибель должно приписать не демону, но влиянию и силе уныния»360.

По этим причинам отцы Церкви рассматривают печаль как болезнь души, имеющую большое значение и сильные последствия361. A fortiori то же можно сказать об отчаянии362. «Велика сила печали, – говорит святитель Иоанн Златоуст, – и много нам нужно мужества, чтобы с твердостью противостоять этой душевной болезни и... избегать всего излишнего»363, что в ней есть.

Отцы Церкви часто представляют эту страсть как форму безумия, состояние, которое особенно ясно проявляется в отчаянии. Преподобная Синклитикия, говоря, что «есть и некая иная печаль», объясняет, что «враг насылает эту печаль, преисполненную неразумия»364. И преподобный Иоанн Кассиан отмечает, что, если печаль «при каждом нападении в разных несчастных случаях будет овладевать нашей душей, то всякий раз... самый дух... [она] совершенно расслабляет и угнетает (labefactat et deprimit)»; подверженного ей человека она, «погубив всякий спасительный совет и возмутив постоянство сердца, делает безумным, опьяняет чувство, сокрушает и подавляет мучительным отчаянием»365.

Патологические последствия печали значительны и страшны. Печаль многих убила (Сир 30, 25), сказано в Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова. Святитель Иоанн Златоуст прямо говорит, что «чрезмерное уныние вреднее всякого демонского действия»366.

Помимо того, что печаль почти неизбежно порождает отчаяние и его пагубные последствия (если ей дают развиться), эта страсть с первых своих проявлений вызывает такие страстные настроения, как досада367, злоба368, злопамятность369, горечь370, раздражительность371 (которая, как мы видели, порождает печаль, но и увеличивается от нее), нетерпеливость372. Таким образом, печаль разрушительно действует на отношения человека с ближними373.

Заметим, наконец, что, как все другие страсти, печаль делает душу темной374, в первую очередь покрывая тьмой сознание, ослепляя разум и сокращая его способность к рассуждению375. Печали свойственно налагать на душу тяжесть376. К тому же во всем человеке она порождает состояние слабости и нерадивости377, делает его малодушным378 и приостанавливает всю его деятельность379. Это последнее действие проявляется особенно серьезно в духовной жизни, поскольку лишает человека всякого динамизма, противодействует его аскетическим усилиям, «сокрушает молитву»380, особенно когда печаль следует за грехопадением381.

УНЫНИЕ. НОЗОЛОГИЯ

Уныние (??????) сродно печали382, причем настолько, что аскетическая традиция на Западе, идущая от святого Григория Великого, отождествляет эти две страсти383. Восточная же аскетическая традиция их различает384.

Греческий термин «??????» (лат. acedia, фр. acedie) трудно точно перевести на французский язык; слова «paresse» и «ennui», которыми его часто переводят по-французски, лишь отчасти передают его многозначность.

Конечно, уныние соответствует состоянию лености385 и скуки, но также под унынием подразумевается потеря аппетита, отвращение, томление и равным образом упадок сил386, потеря мужества387, вялость, оцепенение, небрежность, беспечность, сонливость388, отягчение тела389 и души390. Уныние может даже подталкивать человека ко сну391, хотя он в действительности не устал392.

При унынии характерно некое расплывчатое и общее неудовольствие. Под воздействием этой страсти человек теряет вкус ко всему, находит всякую вещь пошлой и безвкусной, не ждет более ничего393.

Итак, уныние приводит человека к психическому и телесному неравновесию394. Способности его становятся непостоянными; ум не может сосредоточиться и переходит с одного предмета на другой. Если человек находится в одиночестве, то ему более не терпится на одном месте: страсть толкает его выйти из своей кельи395, пойти в другое место или даже разные места. Порой человек становится праздношатающимся и начинает бродяжничать396. Как правило, он ищет любых контактов с другими людьми397. Эти контакты не являются объективно необходимыми, но подталкиваемый страстью человек чувствует в них нужду и находит для оправдания их «благие» предлоги398. Человек устанавливает и поддерживает пустые связи, которые он питает бесполезными разговорами399, проявляя в них обычно праздное любопытство400.