Страница 212 из 241
115
…марафонской битвы… — См. примеч. 4 к статье «Дафнис и Хлоя», с. 763.
116
…с Авелланедой, автором апокрифического продолжения «Дон–Кихо- та». — За два года до выхода в свет второй части романа Сервантеса, в 1614 г., доминиканский священник Алонсо Фернандес Сапата из Авельянеды выпустил так называемого «Лжекихота» — книгу «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский. Сочинение лиценциата Алонсо Фернандеса де Авельянеды, уроженца Тордесильяса». См. русский перевод А. С. Бобовича и М. А. Бобовича в кн.: Сервантес Сааведра Мишель де. Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский. М., 2003. Т. 2. С. 407—684. (Серия «Литературые памятники»).
117
«Галатея» — первое большое произведение Сервантеса, пасторальный роман (1585).
118
«Персилес и Сигизмунда» — последнее произведение Сервантеса — роман «Странствия Персилеса и Сихизмунды» (1616), написан в подражание роману древнегреческого писателя Гелиодора «Эфиопика». Опубликован в 1617 г.
119
Мориски — мусульманское население, остававшееся на территории Испании после падения Гранадского эмирата в 1492 г.
120
…сомнение в реальном существовании Амадиса Галльского… — Герой первого и самого знаменитого испанского рыцарского романа «Амадис Галь- ский» («Смелый и доблестный рыцарь Амадис, сын Периона Галльского и королевы Элисены»; опубл. в Сарагосе в 1508 г.). Автор его первоначального текста неизвестен. Среди возможных «соавторов», исправивших некоторые части и дописавших окончание, называется Гарей–Ордоньес де Монтальво.
121
Книга Монтаня… — Имеются в виду «Опыты» — книга Монтеня, писавшаяся им с 1571 по 1588 г. Первые две книги изданы в 1580 г. Третья впервые опубликована в 1588 г. С поправками, внесенными Монтенем в издание 1588 г., книга вышла в свет в 1595 г.
122
…беспорядочная, пестрая смесь мыслей, записок, цитат, шуток, стихотворений в прозе, рассказов, хроник, воспоминаний. — В первой публикации: «…беспорядочная, пестрая смесь мыслей, записок, цитат, шуток, лирических стихотворений в прозе, рассказов, хроник, воспоминаний».
123
…Ж. — Ж. Руссо в своей «Исповеди»… — Оставшаяся незавершенной, книга писалась в 1765—1770 гг., частями издавалась после смерти писателя в 1782—1789 гг.
124
Он очень мало заботится со осталась невысказанной и необнаженной. — Вместо этих двух предложений в первой публикации было: «Предупреждая наше любопытство, он дает возможность прощупать до глубины мельчайшую складку своего характера, он очень мало заботится, дурным или хорошим, красивым или беззаботным покажется нам, только бы мы его почувствовали, увидели, поняли. В конце концов, Монтань, как истинный художник, неудовлетворен, сознает, что осталась глубокая темная часть его существа невысказанной и необнаженной».
125
В первой публикации следующим абзацем начинается раздел I «Сомнения Монтаня. „Que sais‑je?”».
126
Далее в первой публикации: «…всякой доктрины. Он много говорит о невозможности познания, но, в конце концов, вы приходите к тому убеждению, что скептицизм его опирается не на какое‑либо определенное логическое основание, а связан непосредственно, как и остальные части философии Монтаня, с его темпераментом и личностью».
127
«Самомнение со ногами попирает небо». — Опыты (И, XII).
128
Как кукла, которую за ниточку движут другие (лат.).
129
«Мы думаем со ничего постоянно». — Там же. «Ducimur, ut nervis alie- nis mobile lignum» — цитата из «Сатир» Горация (II, 7).
130
«Ноги мои так нетверды со я делаюсь угрюмым, злым и необщительным». — Опыты (II, XII).
131
«Вы, например со в правоту вашего дела», со («Как ничтожная ладья, гонимая в открытом море яростным ветром»). — Там же; в Опытах цитируется стихотворение Катулла (XXV, 12).
132
…Варрон, насчитывает несколько сотен сект, расходящихся по вопросу о высшем благе. — Источник конкретно определить затруднительно.
133
…(…«нет такой нелепости, которая не была бы сказана каким–ни- будь философом»). — Цитата из сочинения Цицерона «О гадании» (II, 58): «нет величайшей нелепости, которая не была бы сказана каким‑нибудь философом».
134
…философ Протагор, принимавший человека за меру вещей… — Полностью высказывание Протагора звучит так: «Человек — мера всех вещей: существующих — что они существуют, несуществующих — что они не существуют».
135
Далее в первой публикации: «Легкий, изящный скептицизм позволяет Монтаню, постоянно колеблясь и ничему не отдаваясь, держаться в безопасности между небом и землею, как на крыльях, собирая мед с цветов:
…Ты любишь с высоты Спускаться в тень долины малой,
Ты любишь гром небес, и также внемлешь ты Журчанью пчел над розой алой».
(С неточностями цитируется стихотворение А. С. Пушкина «Гнедичу», 1832).
136
«Наши вопросы со это напоминает голову лернейской гидры». — Опыты (III, XIII).
137
«Нет ничего постоянного, твердого со в беспрерывном изменении и колебании». — Опыты (III, XII).
138
Что я знаю? (фр.).
139
«Все настоящее время со выше стоящих и первой ступеньки…». — Опыты (III, XIII).
140
«…Мы наполняем только память со в неприкосновенном виде». — Опыты (I, XXV).
141
«Заботы и издержки со об уме и добродетели никто не заботится». — Там же. Далее в первой публикации: «Если отбросить все слишком парадоксальное, резкое, что было в критике Монтаня современной ему науки, то в его скептическом отношении будет все‑таки чувствоваться много правды и здравого смысла».
142
«Охотничья собака ценится по быстроте со вокруг него, а не в нем самом». — Опыты (I, XXV).
143
«На короля, ослепляющего вас величием и блеском со («Ни сокровища, ни консульский ликтор со под золотыми потолками»)». — Опыты (I, XLII). Цитируются «Оды» Горация (II, 16, ст. 9; «К Помпею Гросфу»).
144
«И тревога, и опасение со не обладают ни малейшею способностью утолять страдания во время болезни». — Опыты (I, XLII).
145
Поэт Гермодор сочинил стихи в честь Антигоны со «тот, кто выливает из моего горшка со ты ошибся». — Опыты (I, XLII). Цитируются «Изречения древних царей и полководцев» Плутарха (см.: Плутарх. Застольные беседы. Л., 1990. С. 353. (Серия «Литературные памятники»)).
146
Льстецы старались уверить Александра со «Смотрите со струилась из ран богов?» — Опыты (I, XLII).
147
«Самые редкие и общие законы со у которых нет никакого государственного устройства». — Опыты (III, XIII).
148
«В этом и ни в чем другом со заключается в законах». — Опыты (I, XXIII).
149
«Подумайте о действии законов со не обнародованы на его родном языке». — Там же.
150
…глава, посвященная остроумной и увлекательной апологии самоубийства… — Речь идет о III главе II книги «Обычаи острова Кеи», которая цитируется ниже. Смерть и самоубийство — постоянные темы «Опытов», рассуждения на эту тему встречаются и в других главах книги.
151
Далее в первой публикации: «Скептицизм Монтаня проникает всюду, от него не могло уберечься ни одно из верований человечества: ни государственные учреждения, ни законы, ни нравственность, ни обычай, ни наука, ни религия. Теперь мы должны познакомиться с другою, оборотною, стороной его сомнения, с дилетантизмом Монтаня, с его нерешительностью в практических вопросах, с глубоким консерватизмом его политических и религиозных симпатий». Далее начало следующего раздела: «„II. Дилетантизм Монтаня”. Вот как он сам себя определяет…».
152
«Я очень празден и ленив со заставило жить только для самого себя». — Опыты (II, XVII).
153
«Я не интересуюсь знать со благопристойною наружностью». — Там же.
154
«Если я долго проживу со забуду собственное имя». — Там же.
155
«О, презренное занятие! со скупость вкрадывается в наше сердце». — Опыты (III, IX).
156
Далее в первой публикации: «для безбедного и спокойного существования. Условия помещичьей жизни избавили его от необходимости думать о куске хлеба, условия темперамента — от деятельного участия в борьбе за славу и наслаждения».
157
Далее в первой публикации: «без способности чему бы то ни было страстно отдаться. Тип этот мог получить особенное развитие в Западной Европе в эпоху феодализма, когда экономическая жизнь имела нечто общее с нашею дореформенною эпохой крепостного права, породившей наиболее выдающегося литературного представителя этого типа — Обломова. Монтань был несомненно одним из его западноевропейских предков XVI столетия. У обоих та же любовь к неподвижности, к покою, к отдыху без труда, та же ненависть к систематической работе, то же врожденное физическое отвращение к самому ничтожному напряжению воли. Оба они люди чрезвычайно доброй, мягкой, младенчески чистой души. Оба привыкли к домашнему комфорту: один ни за что в мире не согласится покинуть свой уединенный философский кабинет в живописной башне, другой — не переступит за порог своей уютной, вечно полутемной и неубранной комнаты на Выборгской стороне. Но, впрочем, следует оговориться, что аналогия эта приблизительна и что личность Монтаня, конечно, не исчерпывается одною обломовщиной: он обладал громадным литературным талантом и, несмотря на отвращение к практической деятельности, замечательною внутреннею подвижностью».