Страница 160 из 233
Потом начали приноровляться к серости: откормились после прежней тревоги, задумались о местечках. Хмурые становились скучными и скучающими. Погружались в пошлость.
Пошлость пробиралась во все щели, самый воздух был растворен скучной пошлостью. Наяву спали тяжелым сном без сновидений — угарным. Но вот кто‑то запричитал, полусонно всхлипывал. Горькими слезами, бессильными и истерическими отпад [а] ло:
Как волны морские,
Я слезами и холодом горьким дышу[1106].
Потом раздался стон и мучительный зов.
О, Господи! Молю Тебя! ІІриди!
Уж тридцать лет в пустыне я блуждаю,
Уж тридцать лет ношу огонь в груди,
Уж тридцать лет Тебя я ожидаю.[1107]
Заклинали и умоляли, со слезами и выкрикиваниями вымаливали, себя обманывали, желая «кровью сердца верить»[1108]. А все остальное было погружено в тусклую, мертвенно–бесцветную выцветшую пустыню — пустыню абсолютного нигилизма.
Вдруг произошло нечто неожиданное.
Что же произошло?
Перед нами изысканные декорации: каждая деталь в своей отдельности красочна, сочна и оригинальна. Однако чего‑нибудь целого не получается: будто просто поставлены отдельные части разных декораций кое‑как, будто у нас музей.
Мы находим центр перспективы, точку зрения, для которой написаны декорации и сцена меняется. Уходит в бесконечные дали горизонт, получается единство, [далее пропуск]
Часто читатели Белого находятся именно в таком положении. Им чувствуется яркость отдельных образов, красочная сочность деталей, ослепительная феер- верочность, но «нравственного центра» они не видят, не видят единства, потому что не становятся на точку зрения автора, творца.
Для них это разрозненные перепевы других поэтов и они склонны отрицать Белого как личность, стоящую на определенной точке. Они же, стоя на мели и рассматривая каждую деталь в ее обособленности, не будут в состоянии соединить все в одно, они навязывают Белому такую же разрозненность. Необходимо установить единство. Необход [имо] найти центр перспективы, благодаря чему келейное и плоскостное станет передавать глубинное и бесконечное.
Необходимо так стать, чтобы увидеть, что «образы», конкретное у Белого прозрачно, что через него видно иное.
Символизм.
Целомудренная чистота.
III
Этот центр есть мистическ [ое] сознание, а вся поэзия в целом — символ [ический] теургизм.
Теургизм. Теургика — перевоплощение действительности.
Красота. Музыкальность. Образность. Яркость. Ассоциации.
Пестрота цветов.
V
Символизм осмысливающий все. Отсюда юмор. Истори- ческ[ие] заметки сюда же. Несоответствие идеального с действит [ельностью].
[НАБРОСКИ НА ОТДЕЛЬНЫХ ЛИСТАХ] [I]
Стихийное религиозное сознание быстро ослабевало. Злые помыслы сомнения оказывались действенными. Но на это были причины — оскудение. Косые лучи заходящего осеннего солнца целовали с болезненно–кроткой смиренной улыбкой багрянец и пурпур, трепетавшие в вечернем ветерке[1109].
Пушкин.
Но в одну ночь ветер снес рубиновое пламя и золотые ризы[1110]. Мы радовались порывам злого ветра, задорно снимавшим последние умирающие уборы. Грудью встречали налеты ветра, ликовали — было что‑то нездоровое, будто буйное.
Но делалось холоднее. Сырее. Грязнее. Туманы. Слякоть… Ужасы. Дерева. Взвыл нечеловеческим голосом «великий писатель», за нетронутую цельность народа некритическую схватывался Достоевский. Чего‑то не хватало[1111]. Смирялись. Шлепали по грязи в тупом отчаянии. Неврастенически темно–фиолетовые у Чехова. Грязные калоши. Это не иронически, а серьезно[1112].
Взмолились: «О, Господи, молю тебя…» Тосковали, бросаясь на колени. «Как волны морские…» Плакали горькими, бессильными слезами.
Соловьев. Критицизм.
Брызнул поток драгоценных каменьев. Ярк[ие] цвет [а]. Фонтаны и т. д. Что‑то прорвалось.
[II]
Что же случилось? Почему. Один из симптомов. Религиозное прорвалось в сознание. Перспективность. Делят на три разряда. Кроме реальных также образы предыдущего.
1) символические,
2) теургические видения,
3) мифотворческие.
Радость совершенна. И это даже в глубокой тоске. Проходила нейтральная полоса — т. е. по–русски пол[о]са «ни Того, ни Другого» лика Христова.
[Ill]
p. 138
«Старинный друг» Древне–немецкое, под А. Дюрера[1113].
«Разлука» — Н. В. Бугаеву. Это как бы прелюдия к книге, кот[орую] посвятить ему[1114].
«Пир», р. 136. Г. Гольбейн[1115]
«Душа мира», р. 57. Грядой — грядою. Как это вышло[1116]
«Чающие» р. 225 скверно[1117]
«Прощание» р. 70. Это копия (а не стильность)[1118]
р. 72
«Полунощницы» жуткое[1119]
желто–золотой (мужской) + голубо–лазурный (женский) = белый (синтез) См. «Возврат» и «Преданье»
р. 154
Преданье — Адонис
Золото — Христос
Лазурь — София[1120]
р. 48
«Таинство» это под влиянием Фета «С бордою…»[1121]
р. 249
«Осень» — сравни Фета «На Днепре» (т. I, р. 320)[1122]
Андрей Белый, родной сын Афанасия Афанасьевича Фета, по справедливости должен именоваться Андреем Афанасьевичем Белым. Соловьев Влад[имир]. Дух музыки. Теургия (мифотворчество). Повторяемость (карлики, гномы, великаны как признак жизненности)[1123]. Истинный символизм.
Ананас — экзамен эстетический[1124].
IV
1. Порывы холодного ветра пронизывали туманом
2. Между дерев пронизали облачные отрепья — цеплялись за верхушки
3. и ветви
4. Поезд подымался все выше — вдоль горного ущелья.
[Внизу той же страницы]
Солнечность: Бальмонту[1125]; Золотое руно[1126] (видения); Солнце[1127]
Безвременье Закаты (p. 12)[1128].
Примечания
В состав данного собрания сочинений П. А. Флоренского включены его основные философские и богословские произведения, которые были напечатаны при жизни или остались в рукописи, но могут рассматриваться как в основном завершенные. Не включались некоторые работы, которые почти одновременно с данным собранием выходят в других издательствах, а также богословские и философские сочинения, которые остались в рукописи и требуют еще значительного времени для подготовки к изданию (например, полный курс лекций «Из истории античной философии», «Священное переименование», «Философия культа» и др.). Даже этот неполный перечень показывает, что собрание сочинений П. А. Флоренского потребует не четырех, а гораздо большего числа томов. Некоторое представление о его возможных масштабах может дать нижеприведенный план, составленный самим П. А. Флоренским в 1919 г.
Собрание сочинений священника Павла Флоренского
(Приблизительный проспект)
1919.ІХ.18.
т. 1. (+++)[1129]
Черты отрицательной философии. (Статьи философско–ма тематические: О символах Бесконечности (+++). Теорема о трансфинитах (+++). Расширение теоремы Кантора о возможности непрерывных движений и геометрических образов в полунепрерывных пространствах (+++). Прерывность как элемент мировоззрения (+). О типах возрастания (+++). О возрастании типов (+). Несколько теорем о сетях (+++). Новая интерпретация мнимых геометрических образов на плоскости (*н+). К вопросу о функциях постоянных внутри данного контура (+++). Аристотелево колесо (+++). Приведение чисел (+++). Повышение чисел (++). Математические и философско–математические эмбрионы (++). Из лекций по энциклопедии математики (++). К вопросу о дедукции пространств (+).
т. II. (++)
Об особых точках плоских кривых, как местах нарушения их непрерывности.
т. III. (+++)
«Столп и утверждение Истины».
т. IV. (++)
Опыт православной антроподицеи.
т. т. V VII.
У водоразделов мысли. (Черты конкретной метафизики): Задачи конкретной метафизики (философия и антропология). Мысль и язык (философия языкознания) (-Н-+), Действие и орудие (философия и техника) (++). Об историческом познании (философия и генеалогия) (++). Смысл идеализма (метафизика рода и лика) (+++). Общечеловеческие корни идеализма (философия и народные верования в слово) (-ни-). Метафизика имен в историческом освещении (++-). Об ориентировке в философии (философия и жизнечувствие: механическое мировоззрение, Каббала, оккультизм, христианство) (+-). Земля и Небо (философия и астрология) (+-).
т. VIII.
Из истории античной философии: Введение в историю античной философии (-и-*-). Первые шаги античной философии (++- и +-).
т. IX X.
Эллины и эллинство: Раса. Эллинство как духовная идея. Организация философской школы. Смысл мистерий. — Софисты. Сократ. Платон. Аристотель. Из истории неоплатонизма (Жития язычества). Ориген (++-).
т. XI.
Из истории новой философии: Дух нового времени. Кант. Из истории антиномий (-ни-). Милль — о математике (+++).
т. XII.
Из истории философской терминологии: «Не восхищение непщева» (+++). Ноумены и феномены (+-). Платоническая терминология в богослужебных книгах (+-). Понятие символа (+). Слова (+). О суеверии и чуде (+++). Трисвятая песнь (+). Тур и кур (++). Ихор (+). Парусия (+).