Страница 5 из 7
- Наша цель — богообщение. Богообщение возможно при посильной для человека победе над страстями. И хотя полного искоренения страстей не бывает, но наша борьба со страстями уже есть своего рода победа.
Для борьбы со страстями нужна молитва, и нужен труд, в том числе физический и умственный. Если бы мы были бесплотны, тогда достаточно было бы для нас одного прославления Бога. Но поскольку мы не бесплотные существа, то в служение Богу должна включаться вся личность человека: его дух, его душа и его тело.
- Все ли способны научиться Иисусовой молитве? И что главное, чтобы молитва не забывалась?
- Иисусова молитва ведет свое начало от апостолов. Это заповедь для всех христиан. Тот, кто верит в Иисуса Христа, тот способен держать в сердце своем Его имя. А для того, чтобы это молитвенное дело правильно развивалось, нужно чтобы и жизнь человека проходила во образ Иисуса Христа.
- Как правильно молиться, когда занимаешься умственным трудом? Иногда кажется, что это несовместимо, особенно для новоначальных.
— Действительно, это очень трудно. Но если мы будем добросовестно исполнять свой труд и находиться в послушании, то и на нас исполнятся слова преподобного Симеона Нового Богослова, который говорит, что как только истинный и самоотверженный послушник прочтет Трисвятое, ум его будет уже восхищен к молитве.
Другими словами, если человек исполняет свое дело как послушание от Бога, то лишь только окончит свою работу, в его сердце быстро возобновится молитва.
— А если молитва по окончании дела не возникает в сердце, что тогда делать? От чего это происходит?
— Думаю, это происходит от того, что само дело было противопоставлено молитве. Человек думал: «Отделаюсь поскорее от порученного мне послушания, как от чего-то чуждого и наносного, и займусь настоящим делом — молитвой».
О борьбе со страстями
— Как приобрести память смертную?
— Сначала мы должны заставлять себя помнить о смерти, а затем уже память о смерти перейдет в чувство нашего сердца. Вначале нужно волевое усилие.
— Как, не имея памяти смертной, немечтательно подготовиться к смерти, если кажется, что духовник еще молод и эти переживания ему не близки? (Спрашивает человек уже пожилой.)
— Мне кажется, что здесь какая-то неувязка. Если человек готовится к смерти, значит, он уже имеет память о смерти. Если бы он не вспоминал о ней, то он бы и не начал готовиться.
А что касается второй части вопроса, то духовник определяет душевное состояние того, кто у него исповедуется, а не исповедующийся должен определять духовное состояние духовника.
— Когда желание временного уединения для новоначального насельника монастыря является грехом, а когда - добродетелью?
— Все является добродетелью, если это сделано по послушанию.
— Какие мысли должны быть у новоначального послушника, который, живя в общежительном монастыре, постоянно находится среди людей, а ему хочется в уединение? Даже в келье он живет не один, а с кем-то.
— Он должен держать в мысли, что он живет не с людьми, а с Ангелами.
— Что лично Вам помогает переносить скорби от других людей в виде клеветы, несправедливости и предвзятости?
— Мне помогает мысль, что настоящих моих грехов, притом очень тяжелых, люди не знают. А если они скажут то, чего я не делал, то пусть одно искупит другое.
— Как быть, если хочется приобрести смирение, без которого ничего не получится, но при этом понимаешь, что просить себе смирения - это значит просить поношений от людей и тому подобного, а ты не уверен в своих силах и не знаешь, сможешь ли это перенести?
— Тогда нужно после молитвы сказать: «Господи, но да будет воля Твоя».
— У преподобного Амвросия Оптинского есть совет: «Если не имеешь любви, делай дела любви, хотя бы и без любви. Господь, видя твое усердие, даст тебе любовь». А святитель Игнатий говорит: «Мое сердце согласно быть милосердным по движению крови, но быть милосердным, по заповеди Христовой для него распятие». Как правильно понять и совместить эти два святоотеческих высказывания? Получается, что если дела любви делаются по движению крови, то они враждебны заповеди. Как же тогда их правильно делать?
— Эту мысль задолго до преподобного Амвросия Оптинского выразил святитель Иоанн Златоуст. Он говорил: «Что делать, если не имеешь любви?» И отвечал: «Делай так, как будто ты имеешь любовь». И Господь за твои труды и желание стяжать любовь в свое время даст тебе любовь как дар благодати.
Что же касается милосердия, то мне кажется, что здесь идет речь о душевном и духовном милосердии. Душевное милосердие сопряжено с эмоциями. Духовное милосердие чуждо их.
— Как понять, происходит ли мое милосердие от падшего естества, или нет, то есть духовное оно или душевное?
— Если Вам хочется оказать милосердие определенным лицам, которым Вы симпатизируете, то это милосердие душевное. Когда же Вы видите в каждом человеке образ Христа, то здесь духовное милосердие.
— Естественно, человеку добродетельному более симпатизируешь, человека смиренного, кроткого более выделяешь, хочется сделать для него что-то особенное.
— Нужно иметь в мыслях, что Господь Сам воздаст за добрые дела.
— Есть заповедь Спасителя, согласно которой именно награда от Бога зависит от того, кому мы оказываем помощь. Если мы ученику дадим чашу воды, не потеряем награды своей, а кто поможет пророку, тот получит, как бы разделит награду пророка (см. Мф. 10, 41). И по Святым Отцам, чем более угоден Богу человек, о котором мы заботимся, тем большую мы получаем награду от Бога.
— Но здесь есть одно условие, что и ученик, и пророк нуждаются в воде. А мы часто льем воду в море.
— Не может ли получиться так, что читая у Святых Отцов главы о целомудрии и при этом имея сочувствие ко всяким нецеломудренным помыслам, может получит от чтения больше вреда, чем пользы? Значит ли это, что лучше главы о целомудрии не читать? Но в таком случае, если случится искушение, я буду не во всеоружии, так как ничего не читала и не знаю, как противостать ему?
— Не надо читать те книги о целомудрии, в которых подробно описываются и анализируются такие состояния, чтобы прочитанное не возбудило ответных чувств в нашей душе. Но надо знать, как бороться с блудом, как бороться с порочными мыслями. Это необходимо.
— Говорится, что мы ожидаем награды за труды. А мне кажется, что нужно работать бескорыстно, не ожидая награды. Иначе получается, что между мною и Богом товарно-денежные отношения?
— Дело в том, что мы на награду смотрим внешне, как на некий предмет, который нам дадут. А на самом деле наградой от Бога является благодать, которую Господь посылает тем, кто исполняет евангельские заповеди, творит волю Его. Так что противоречия, в сущности, нет. Самая большая награда для нас — это Сам Господь.
— Однажды Вы сказали, что монах должен уклоняться от душевного наслаждения. Что это означает?
— Душевное наслаждение — это некое чувство неги, определенное состояние, когда человек погружается в какие-то неясные, темные ощущения своей души. При этом меркнет сознание человека, он теряет трезвость, он как бы опьяняется этим наслаждением. В каждой такой душевной сладости есть определенная «доза» блудной страсти.
— Почему демоны в большей степени нападают на человека, пребывающего в спокойном состоянии, чем тогда, когда он с утра до вечера работает? Ведь в спокойном состоянии человек может больше внимания и времени уделить молитве, чем, находясь на работе, в суете, среди людей.
— Грех не вне нас, а в нас самих, и, когда человек пребывает в спокойном состоянии, он начинает активно проявлять себя. Поэтому для монаха состояние покоя может быть весьма опасным состоянием — вместо молитвы могут появится страсти. Для монаха физический труд, не до изнеможения, а до определенной степени усталости, необходим. В одном патерике повествуется о старце, который заставлял послушников, когда им нечего было делать, переносить камни от одной стены к другой, а затем обратно.
— Где граница между трезвым представлением о человеке, с которым я общаюсь, и осуждением? Как исполнять заповедь «не судите», если невольно прикидываешь, что за человек перед тобой? Особенно тогда, когда возникают деловые отношения.
— Надо трезво относиться к делам человека, его свойствам и характеру. Осуждать человека — значит, осуждать не его дела и поступки, а осуждать саму личность, как бы отвергать ее, как бы брать на себя роль судьи над тем, кто не подвластен нам.
— Часто осуждение других рождается из тщеславия. Как бороться против осуждения? Можно молиться против этого, но как действенно отказаться от этого греха?