Страница 2 из 5
В виду всех вышеизложенных причин, атмосфера современности является для духовной жизни угнетающей. Уже давно, еще во времена Уильяма Батлера Йитса - лет 75 тому назад - все эти условия были уже оформлены и семена засеяны. Двадцатый век почти ничего не прибавил. Он только привел в действие механизмы, сконструированные и построенные в 18-ом и 19-ом веках.
В результате - нам уже ничего не остается делать. Все уже совершилось. И это вселяет в нас чувство безнадежности. Уильям Батлер Йитс, тонкий, вдумчивый ирландский поэт, так писал в своей поэме "Второе Пришествие": Вот сокол, делая широкие круги,
Не видит знак хозяина руки, -
Так медленен, но беспощадно верен
Идет развал всего, и смысла центр утерян.
Анархия опущена на мир.
Обрублена узда семейных связей,
Невинность не святыня для глухих,
Привыкших ко всем видам безобразий.
Достойные не видят смысла жизни,
Распутные к своей влекутся тризне.
Так очевидно близко стало нечто.
Пришествие Второе - дальше вечность.
Пришествие Второе - этих слов
Язык не вымолвит, и скрыть их смысл готов
В какой-нибудь пустой и глупой шутке,
Когда меня пугает образ жуткий:
Среди песков, пройдя сквозь глубь веков,
Достигнув и до нынешнего века,
Лев каменный с главою человека.
Взгляд пуст и беспощаден, как у солнца...
И будто бы сквозь страшный сон
Я вижу - шевельнулся он,
Покачивает медленно бедрами,
Роняя тень над ровными грядами
Пустых, безжизненных песков,
И душу наполняя мне тоской...
. . . . . . . . . . . . .
Не неподвижен сон был зверя,
Но каменной был тайны колыбелью.
И вот теперь, безжалостен и нем,
Грядет тот зверь - родиться в Вифлеем.
Вот пример реального взгляда на жизнь: худшие люди просто погружаются в греховную жизнь, а лучшие теряют смысл жизни из-за отсутствия духовности. Не к чему более стремиться; все отнято; материализм торжествует; для мира не остается надежды и "зверь... грядет, чтобы родиться - в Вифлеем" - видение Антихриста. Мир безнадежно стремится вниз, и нет надежды остановить это стремление. 3.
Независящая от времени духовная жизнь
Все это негативные стороны нашей действительности, которые составляют значительную долю той атмосферы, которой мы вынуждены дышать.
С другой стороны, мы имеем откровение Православия, то есть откровение Бога Своей Церкви. Это откровение, дающееся нам уже в течение 2000 лет, очень богато. Оно включает свидетельство Священного Писания и Творения Святых Отцов. Оно помогает нам иметь определенный духовный взгляд, определенный закон духовной жизни. Духовная жизнь и ее цели не изменяются в зависимости от времени.
И действительно, мы знаем, что с момента первой проповеди Евангелия до сего времени со всех концов мира собираются граждане одного и того же града, чтобы сделаться сынами Царствия Небесного. Все граждане этого града говорят на одном языке, все знают друг друга, потому что они прошли одну и ту же жизнь в Православии, прошли через одну и ту же борьбу по законам духовной жизни.
Святые Отцы говорили о последних временах, как об очень слабых временах, когда не будет таких великих знамений, какие совершались в ранние апостольские времена и первыми монахами в пустыне, когда были сотворены тысячи чудес, великие Отцы воскрешали умерших, происходило множество сверхъестественных явлений, и те же святые Отцы утверждали, что придут времена, когда подобные поразительные чудеса прекратятся, что перед концом света почти не будет ничего подобного, что те, которые будут идти по пути спасения, ничем по виду не будут отличаться от других за исключением того, что в них каким-то образом не умрет борьба со всеми этими искушениями.
Просто одно лишь сохранение живой искры истинной христианской веры, не совершая чудес, не совершая вообще ничего особенного, уже сделает их, если они претерпят до конца, столь же великими или даже более великими, чем те великие Отцы, которые творили сверхъестественные чудеса.
Поэтому, в наше время внешняя активность для православных христиан, по-видимому, весьма ограничена в сравнении с прошлыми временами. По-видимому, это так. И все же, внутренняя духовная активность так же возможна, как и прежде, для тех, кто не хочет устраниться от борьбы. И действительно, оглянувшись вокруг, мы видим весьма впечатляющие примеры: Святой Иоанн Кронштадтский, совершивший тысячи чудес, возможно больше чудес, чем кто бы то ни было в истории Церкви, Святитель Нектарий в Греции, смиреннейший человек, презираемый за плохое управление своей епархией, но чудотворец, особенно после смерти; и наш Архиепископ Иоанн* который жил вот на этой земле и ступал по ней, и не раз проходил пешком сорок миль, добираясь до этого места и, конечно, благословляя всю эту округу, особенно благословляя ее Курской Иконой Божией Матери.
И мы убеждаемся, глядя на этих людей и видя в них гигантов духовной жизни, что возможно что-то делать даже в наши злосчастные времена. * Иоанн (Максимович), Архиепископ Сан-Францисский, основатель Братства Преп. Германа Аляскинского, в котором подвизался Иеромонах Серафим (Роуз) - прим. пер. 4. Не быть слепыми
Все это дает возможность сделать некоторые практические выводы касательно тех качеств, которые необходимы для того, чтобы духовная жизнь была созидательной и плодотворной. Во-первых: мы должны уметь видеть вещи такими, какие они есть, т.е. не быть слепыми, не действовать и не жить слепо, не думая о том, что творится в мире. Мы должны знать, что существует такое явление, как апостасия, что в мире есть много таких, которые называют себя христианами, но весьма отличаются друг от друга, часто находятся во вражде друг к другу и к нам, и что не может такого быть, что все они правы и находятся на верном пути.
Мы из истории знаем, какое множество искажений, ошибочных взглядов, неправильных действий примешивалось к Христианству. Мы являемся свидетелями ужасающего революционного движения в современном мире, т.е. движения, абсолютно уждого христианству, целью которого является всемирная империя атеизма, провозвестником которой является коммунизм. Причем, это движение имеет место не только в среде неверующих, и не только среди неправославных, но и в среде самих православных.
Оглядываясь кругом, мы видим, что многие православные просто полностью земные и не думают о высокой стороне своей веры. Они относятся к ней, как к чему-то само собой разумеющемуся. Они как бы говорят: "В нашей религии все установленное осуществляется автоматически. Всегда где-нибудь есть священник. Если его нет в этом городе, то он есть в другом. У него Таинства и Святое Причастие.
Мы просто поедем к нему и получим все, что нам нужно. Потом мы вернемся домой. Вот и все ... И наши религиозные потребности удовлетворены".
Читая о жизни христиан в прошлом, мы видим, что это не считалось достаточным даже самыми простыми верующими. Они всегда делали нечто сверх этого автоматического уровня. Они вставали очень рано утром. В каждом селе совершались ежедневные Богослужения. В 4-5 часов утра начинались часы, люди просыпались и шли в храм каждое утро, а вечером - на вечернее Богослужение.
Читая Жития многих святых, мы узнаем о том, с каким чувством они в детстве слушали звон церковных колоколов. Если ребенок проявлял особую ревность к Богу, то он, бывало, первым вставал поутру и будил родителей, чтобы идти к службе. Если отец не мог идти, так как он должен был работать в поле, ребенок будил мать и с нею шел в храм. Иногда он шел один. Вся атмосфера была пропитана церковным. - наша атмосфера пропитана мирским.
Во всем мире мы найдем очень мало таких мест, где хотя бы совершаются ежедневные Богослужения. Люди отвыкают от самой идеи необходимости ежедневных церковных служб. И вот в виду всего этого мы сталкиваемся с огромным по важности феноменом: обмирщенное отношение к жизни самих тех людей, которые находятся внутри церковной ограды. Мы должны оценивать этот феномен реалистично - таким, каким он является: это апостасия, искажение, зло, демоническая активность и обмирщение в таком масштабе, в каком оно ранее еще никогда не существовало в истории мира. Все это анти-духовно, анти-православно.
Все это ведет вниз, и тех, кто идет этим путем, он не приведет ко спасению.