Страница 61 из 70
90
Вольтер. Опыт об эпической поэзии, Гл. 9.
91
Мысль эта подхвачена А. В. Шлегелем в «Сравнении «Федр»: «Боюсь, что авторы нового времени, используя трагические сюжеты древности, сделали их более оскорбительными и жестоклми по сути, смягчив и сгладив их внешнюю форму» (Schiegel A. G. Comparaison entre la «Phиdre» de Racine et celle de Euripide. Paris. 1807, p. 105).
92
Пока была удача (лат.).
93
Илиада. XXIV. 487.
94
Илиада, XXIV, 488.
95
Илиада, XXIV. 499. Пер. Η. М. Минского.
96
Тот был недавно тобою убит, защищая отчизну, // Гектор (греч.). — Илиада, XXIV, 500—501. Пер. Η. М. Минского.
97
Илиада, XXIV. 499.
98
Неточная цитата из письма Вольтера г. деФормону от 25 июня 1732 г. Рассуждая о трагедиях Вольтера, Шатобриан преувеличивает симпатию автора «Заиры» и «Альзиры» к христианству.
99
Заира, д. 2, явл. 3. Пер. Г. А. Шенгели.
100
Мы следовали латинскому тексту Евангелия от Матфея (II, 10). Мы не понимаем, почему Саси перевел rama как Рама, город. Rama (однокоренное с г реческим (ρέόαμνος) обозначает ветвь дерева, пролив, горную цепь. В этом последнем смысле оно и употребляется по–древнееврейски, и в латинском переводе Библии Иеремн я так и говорит; «Vox in excelso».
101
Иер., 31, 15.
102
См.: Фенелон. Приключения Телемака, кн. 19.
103
Где Астианакс? Где Гектор? (лат.) — Энеида, III, 312.
104
Расин. Андромаха, д. 1, явл. 4. Пер. И. Я. Шафаренко и В. Е. Шора.
105
Матф., 18, 3.
106
Мар., 9. 35—36.
107
Расин. Андромаха, д. 4, явл. 1. Пер. И. Я. Шафаренко и В. Е. Шора.
108
Низложил сильных с престолов (Лука, I, 52).
109
Илиада, VI, 476 и сл.
110
Пусть побуждает тебя подражать высоким примерам // Мысль, что Эней—твой отец и что брат твоей матери — Гектор (лат.), — Энеида, XII, 439—440.
111
Расин. Андромаха, д. 4. явл. 1.
112
Согласно теоретикам XVIII в., расиновское подражание природе заключалось в показе разнообразных богатств человеческого сердца. Шатобриан дифференцировал эти богатства и выделил в них, с одной стороны, природу «языческую», повинующуюся только инстинкту, и, с другой, — природу «евангельскую», обуздывающую инстинкты. Гений Раснна, по Шатобриану, — в показе борьбы двух этих природ (см.: Roubine Lectures de Racine. Paris, 1971, p. 87).
113
Сами древние обязаны той небольшой долей человечности, что была им свойственна, своему культу: религиозное чувство повелевало им проявлять гостеприимство, уважать просителей и страдальцев. Лишь удостоившись покровительства Юпитера, несчастный мог встретить хоть какое–то сострадание на земле: столь жесток человек без религии!
114
Мало кто знает, что Вольтер заимствовал эти слова у другого поэта; Роу использовал их до него в своем «Тамерлане», и автор «Альзиры» всего лишь перевел буквально стихи английского трагического поэта;
«Узнай несходство наших вер: твоя
Кинжал твой направляет в грудь мою,
Моя, простив, тебе дарует жизнь».
115
Вольтер. Альзира, д. 4, явл. 1.
116
Роу И. Тамерлан, д. 3, явл. 2.
117
Имеется в виду трагедия Еврипида «Ифигения в Авлнле».
118
См.: Brumoy P. Le thйвtre des Grecs, t. 8. 2–me йdition. Paris, 1821, p. 265—266.
119
Рассуждая о стремлении к неведомой красоте, Шатобриан переосмысливает ту линию эстетики XVII в., которая связана с понятием je ne sais quoi («не знаю что»). В XVII в. функция je ne sais quoi — сообщать некий статус тому, что иррационально и не может быть выражено даже в самом совершенном создании человека. Прежде всего je ne sais quoi обнаруживается в природе, этике, человеческих характерах; оно — основа взаимной симпатии людей. С природы понятие это переносится на искусство; je ne sais quoi — то неуловимое, что чарует в творении художника. С подобной «этико–искусствоведческой» трактовкой в XVII в. соседствовало истолкование je ne sais quoi как благодати, божественного голоса, ощущаемого в глубине человеческой души (см.: Le Brun /. La spiritualitй de Bossuet. Paris, 1972, p. 436). Шатобриан продолжает по преимуществу именно эту линию: порыв к неведомому, к je ne sais quoi; неспособность удовлетвориться земным, дольним для него — свидетельство потребности в вере, залог бессмертия души.
120
Картины жизни миссионеров в Канаде, нарисованные Шатобрианом в 4–й части «Гения христианства», привлекли впоследствии внимание таких русских писателей, как К. Н. Батюшков («О лучших свойствах сердца») и Л. С. Пушкин («Путешествие в Арзрум»).
121
Имеются в виду отец Лоренцо в «Ромео и Джульетте» (1595) Шекспира, священник Прнмроз в «Векфильдском священнике» (1766) О. Голдсмита, доктор Уиллиамс в «Памеле» (1740), доктор Льюэн в «Клариссе» и доктор Бартлетт в «Истории сэра Грандисоиа» С. Ричардсона. «Мелани» (1770) —драма Ж. Ф. Лагарпа.
122
Энеида, VI, 46.
123
Несут ответы по воздуху (лат.) — Энеида, VI, 82.
124
Энеида, VI, 83—84.
125
Ни выражение, ни цвет лица не остались неизменными (лат.) —Энеида, VI, 47.
126
О меланхолии см. примеч. 37 к «О чувстве» Балланша.
127
И мне не чуждо страдание (лат.) — Энеида, I, 630.
128
Эврнал, например, так говорит о матери:
«…из Троянской земли, из Акесгы,
Вместе со мной уплывала она, нигде не осталась».
Мгновение спустя он добавляет:
«…не снести мне слез материнских».
Б миг, когда Вольцент уже занес меч над Эвриалом,
Нис восклицает: «Вот я, виновный во всем!..
…Без меня 6 недостало Сил я отнаги ему…» 4·.
Финал этого восхитительного эпизода также построен на отрицании.
129
Энеида, IX, 285—286; 289.
130
Энеида, IX, 428—429.
131
Внимание Шатобриана к теме «тайны» можно считать одним из проявлений общеромантической концепции «невыразимости» тайн природы и мироздания средствами человеческого разума и языка. В главе «О природе тайны» (Гений христианства, ч. 1, кн. 1, гл. 2) Шатобриан объясняет влечением к таинственному разнообразнейшие факты духовной и физической жизни человека: трепет, испытываемый при виде развалин старинных зданий; предпочтение, отдаваемое лесу перед пустыней, и пр. С влечением к тайне, невыразимому, je ne sais quoi связано и пристрастие Шатобриана к отрицательным эпитетам, характеризующее его самого гораздо больше, чем Вергилия (см.: Mourot J. Thиmes, mots et tours nйgatifs chez Chateaubriand. — «Le Franзais moderne», 1954, N 4).
132
Расин. Гофолия, д. 3, явл. 7. Пер. Ю. Б. Корнеева.
133
Энеида, IX, 390—396. О сходстве Расина с Вергилием много писали в XVII в.; это был единственный вопрос, в котором совпадали мнения Древних и Новых; сближению двух поэтов способствовало популярное в ту пору отождествление века Людовика XIV с веком Августа; Расину предназначалась в новом веке Августа та же роль, которую Вергилий играл в старом. Шатобриан, следуя своей концепции, должен был бы прийти к выводу о превосходстве Расина над нехристианским поэтом, однако зачастую он отдает пальму первенства римскому поэту. Ср. еще более скептическую расстановку акцентов в записи Жубера: «Расин — Вергилий для невежд» (Joubert /. Carnets, t. 2, p. 560).
134
Агамемнон, Ахилл, Орест, Мнтридат, Дкомат— персонажи трагедий Расина «Ифигения в Авлиде» (1674), «Андромаха» (1 С67), «Митридат» (1673); Агриппина — героиня трагедии Расина «Брига–ник» (1669); Амата, Дидона — героини «Энеиды».
135
«Духовные гимны» (1694)—цикл стихов в подражание Священному писанию, созданный Расином для воспитанниц благородного пансиона в Сен–Сире.
136
См. «Гений христианства», ч. 1, кн. 5, гл. 14. При Октавипне земля отца Вергилия была конфискована; впрочем, поэту удалось отхлопотать поместье отца. Родные места Вергилий покинул гораздо раньше, отправившись учиться в Кремону. О сбивчивой речи и деревенской внешности Вергилия рассказывает его биограф, римский грамматик IV в. Клавдий Тиберий Донат, автор комментария к «Энеиде» и сочинения «Жизнь Вергилия».
137
Боги решили иначе (лат.) — Энеида, II, 428; Умирая, вспоминает свой любимый Аргос (лат.) — Энеида, X, 782; Учись доблести у меня, мальчик, а быть счастливым учись у других (лат.) — Энеида, XII, 435; Высокий дом в Лирнессе, могила в полях под Лаврентом (лат.) — Энеида, XII, 547.
138
См.: Платон. Федон, 85 а.
139
Расин. Андромаха, д. 1, явл. 3. Пер. И. Я. Шафаренко и В. Е. Шора.
140
…В слезах озирали // Моря безбрежного даль и одно повторяли: «О горе!» (лат.) — Энеида, V, 614—615.
141