Страница 8 из 44
Выше было сказано, что отец Иларион в известные времена посещал храм села Головинщина для слушания в нем Божественной литургии. Здесь же прибавим, что он по окончании церковной службы заходил иногда к своему духовному другу отцу Трофиму, для свидания с ним и духовного собеседования. В одно из таких посещений угоднику Божию попущено было Господом великое испытание. Дело было зимой. Возвращаясь из Головинщины в свои пещеры вечером, отец Иларион вследствие сильной вьюги сбился с дороги. А как ноги его были босы и все тело защищал только один тонкий холщовый халат, то, проникнутый насквозь жестоким холодом, он совершенно изнемог и упал в снег без чувств. В такую пору и в стороне от дороги чего можно было ему ожидать, кроме неминуемой смерти? Но Всеблагий Господь, по премудрому Своему Промышлению попустивший верному рабу Своему впасть в такую беду, подал и благовременную помощь: проезжавший в то же время некий крестьянин сбился по следу отца Илариона с дороги и нечаянно подъехал к нему, уже полузамерзшему. Узнав труженика по одежде, сердобольный крестьянин взял его к себе в сани и привез к дому отца Трофима. Видя бесчувственный труп своего друга, смутившийся священник не хотел было вносить его в свой дом, опасаясь в случае действительной смерти отца Илариона неприятностей со стороны полицейских властей.
И пока отец Трофим с домашними обдумывал, как поступить в этом затруднительном случае, замерзавший еще около часа пролежал в санях без признаков жизни. Наконец любовь и сострадание священника к своему духовному другу взяли верх над боязнью, и полузамерзшее тело внесено было в дом. Тут после разных поданных пособий отец Иларион открыл глаза и едва слышным голосом попросил отца Трофима отслужить молебен Божией Матери Целительнице. Тотчас же это было исполнено. Во время молебна он все-таки лежал с закрытыми глазами и без малейшего движения. По окончании же молебна, когда отец Трофим подошел к нему с крестом, он поспешно встал, затем, став на колена, крепко поцеловал крест и, поклонившись священнику в ноги, не говоря ни слова, немедленно вышел из дома и скрылся. Священник, изумленный таким поступком блаженного, велел было его воротить, но посланные во мраке бурной ночи не могли найти и следов его. А угодник Божий на другой же день пришел в головинщинский храм к литургии, по обычаю босой и нимало не обмороженный.
По премудрому Промыслу Божию ему предстоял не вековой затвор, а до времени различные тяжкие испытания.
Наляцать (церк.-слав.) - «натягивать лук, стрелять» (см.: Пс. 77, 9); изощренные - «остроконечные» (см.: Пс. 119, 4).-
Ред.
^
Впоследствии диакон села Головинщина, давно уже умерший в преклонных летах. Он много помогал господину Ключареву в справках и собирании сведений об отце Иларионе.
^
Здесь и далее слово «сотрудник» употреблено согласно реалиям того времени - в значении «соработник, сподвижник».-
Ред.
^
Рим. 5, 5.-
Ред.
^
См. молитвы по 8 и 10 кафизмах.-
Ред.
^
Стужать (церк.-слав.) - «досаждать, утеснять» (см. Пс. 3, 2; 22, 5 и др.).-
Ред.
^
Запинатели - от церк.-слав. глагола «запинать» - «сопротивляться, чинить препятствия».-
Ред.
^
То есть братство, община.-
Ред.
^
См.: Мф. 10, 16:
Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков: итак будьте мудры, как змии, и просты, как голуби.-
Ред.
^
Глава IV
Временные отлучки отца Илариона из пещер.- Его почитатели и духовные друзья в городе Ельце.- Отношения его с Елецкой затворницей Меланией.- Недоброжелатели и гонители отца Илариона.- Чудесное избавление его от елецкой полиции.- Отец Иларион в Задонске.- Намек его иеросхимонаху Нафанаилу о схиме.- Духовное общение с иеросхимонахом Агапитом.- Отец Иларион на пути из Киева заболел.- Принятие им в Коренной пустыни тайного пострига в мантию.- Возвращение его в Головинщинские пещеры.- Исцеление им глухого и расслабленного мальчика, впоследствии своевольно удалившегося от него.- Совет отца Илариона Дарье Дмитриевне Кутуковой.- Желание Филатова, управляющего имением господина Соловово, причинить зло отцу Илариону, не увенчавшееся успехом.- Клевета на отца Илариона и ссылка его в Петропавловскую пустынь под епитимию, уничтожение его пещер.- Посещение отцом Иларионом жившего вблизи Петропавловской пустыни затворника.- Злоба раненбургского городничего на отца Илариона.- Возвращение его из пустыни.
Егда же гонят вы во граде сем,
бегайте в другий.
Мф. 10, 23
Человек предполагает, а Бог располагает. Мудрое изречение мудрых людей оправдалось и на отце Иларионе. Его намерение провести остальную жизнь, сколько бы она ни продолжалась, в беспримерном затворе не только не осуществилось, но и с самыми пещерами своими в Воловом овраге он должен был в непродолжительном времени расстаться. Промыслом Божиим так устраивались обстоятельства, что верный раб Иисуса Христа, хотя на некое время, должен был уподобиться своему Господу,
не имевшему в земной жизни
где главы подклонити[
1]. Известно уже, что во избежание молвы и славы человеческой отец Иларион оставлял иногда свое мирное пребывание, укрываясь в глубине леса по нескольку дней. Кроме того, множество посетителей обратило на него внимание полицейских властей, от преследования которых он по необходимости должен был покидать свои пещеры на более продолжительное время, уходя в более отдаленные места, из которых особенно известен город Елец Орловской губернии. Там он имел преданных ему христолюбивых людей, у которых всегда находил тихий и радушный приют.
В Ельце он останавливался в доме купца Михаила Ивановича Лаврова-Кречета, который со всем своим семейством питал к отцу Илариону любовь и глубокое уважение, за что и сам со всем домом своим получил благословение и милость от Господа. Этот христолюбец, отличавшийся благотворительностью и благочестием, всегда говаривал: «Я всем моим капиталом обязан молитвам отца Илариона; с тех пор как он стал меня посещать, Господь благословил дом мой всяким изобилием». Действительно, дом Лаврова с тех пор возвысился. Умирая, он оставил трем сыновьям своим богатое наследство, которым они пользуются и доныне.
У сего благотворителя отец Иларион проводил иногда весь Великий пост и Светлую седмицу. Для сего в доме Лаврова ему отводилось уединенное помещение. Сюда каждый воскресный день приходил к нему духовник и приобщал его Святых Христовых Таин. В Ельце во время таких своих посещений блаженный, если позволяли обстоятельства, проводил иногда безвыходно в храме Божием: Лазареву субботу, день Входа Господня в Иерусалим и затем дни с Великого четверга до среды Светлой седмицы.
Находясь в этом городе, отец Иларион по временам посещал Елецкий Знаменский девичий монастырь, начальница которого монахиня Олимпиада[
2] и другие старицы назидались его благоугодной жизнью и всегда принимали его с уважением. В этом монастыре он захаживал к подвижнице девице Мелании, которая всю жизнь свою проводила в великих скорбях и искушениях. Однажды он неожиданно вошел в ее келью с таким приветствием:
«Егда бо немощствую, тогда силен есмь (2 Кор. 12, 10)
». Прозорливец провидел духом постигшие ее скорби и потому явился к ней, как посланный от Господа Ангел Утешитель. Мелания удивилась неожиданному его появлению и прежде всего возблагодарила за сие Бога, а потом упала к ногам угодника Божия и горько заплакала. Душа ее была растрогана и умилена. Вздохнув свободнее, она вступила с ним в беседу, которая продолжалась немалое время. Отец Иларион и сам испытывал в то время большие скорби и гонения от мирских властей по поводу своего пустынножительства, потому и в Елец пришел, дабы на время уклониться от оных, по заповеди Апостола,
дав место гневу Божию (ср.: Рим. 12, 19). Мелания ожила духом. Она часто и сама приходила в дом Лавровых, которые были вместе и ее благодетелями, и подолгу беседовала там с отцом Иларионом[
3].
В Ельце отец Иларион имел много преданных ему людей, имел даже и единомысленных, подобных ему подвижников Христовых. Таковы были: священник Преображенской церкви отец Иоанн Борисович[
4] и юродивый старец Иоанн Тимофеевич Каменев, с которыми он находился в духовном общении.
В одно время, посетив начальницу и других стариц, все они втроем пришли к блаженной Мелании, которую Каменев стал убеждать, чтобы она пребывала в своей келье с молчанием и приготовляла себя к совершенному безмолвию и затворнической жизни. «Не могу понести»,- отвечала она. Тогда все трое начали убеждать ее к тому и обещали за нее молиться, вследствие чего Мелания и решилась на новый для нее великий подвиг. Наступивший вскоре затем Великий пост она провела до Лазаревой субботы безвыходно в своем уединении. Побывав в этот день в храме Божием, она пошла в дом Лавровых с намерением пригласить к себе на Пасху гостившего у них в то время отца Илариона. Лавровы приняли ее с необыкновенной лаской, но не согласились отпустить его, а потому Мелания возвратилась со скорбью в свою келью, в самый же день Пасхи даже плакала о том. Вдруг пришел к ней отец Иларион и радостно сказал: «Христос Воскресе!». После приветствия он с кротостью укорял Меланию в такой неблаговременной скорби и малодушии. Обрадованная Мелания высказала ему свои помыслы и, переменив печальные слезы на радостные, благодарила Бога и посетившего ее дорогого гостя. Поговорив довольно о спасении души, они пошли в церковь к вечерне. По возвращении из церкви Мелания забыла свои скорби и торжествовала духом.