Жития

17. Однажды въ Іюле месяце не хватило воды, и онъ былъ въ большомъ стесненіи, и, устремивъ очи къ Богу, молился ему, говоря: Господи Боже, даждь мне немного воды ради необходимой потребы смиреннаго этого тела. И услышалъ его Богъ, и тотчасъ взошло небольшое облако надъ Сусакимомъ и оросило кругомъ келію его и наполнило все его ямы между камнями. Я считаю заслуживающимъ вниманія упомянуть здесь о душеполезныхъ разсказахъ, которые разсказалъ мне авва Іоаннъ. Когда мы шли по пустыне, онъ показалъ мне некое место, про которое сказалъ, что это гробница блаженной Маріи. Я же, удивившись сему, просилъ его разсказать объ этомъ. Онъ же сказалъ въ ответъ, что не задолго передъ этимъ, когда я уходилъ вместе съ соучастникомъ моимъ аввою Параммономъ къ авве Киріаку, взглянувъ издалека, мы увидали кого–то, подобно человеку, стоявшаго близъ дикаго тамариска и, подумавъ, что это одинъ изъ тамошнихъ отшельниковъ, ибо въ этихъ местностяхъ было много отшельниковъ, поспешили, чтобы поклониться ему.

18. Когда же мы приблизились къ месту, онъ сделался невидимымъ, мы же, пораженные страхомъ и робостью, стали на молитву, полагая, что это лукавый духъ, и, по окончаніи: аминь, осмотревшись тамъ и сямъ, обрели подземную пещеру, въ которую спустившись, какъ мы полагали, скрылся отъ насъ истинный рабъ Божій. Приблизившись къ пещере, мы его молили и заклинали, говоря: не лишай насъ, отче, твоихъ молитвъ и благаго свиданія съ тобою. Онъ же, едва ответивъ, сказалъ: что хотите вы отъ меня? Я ведь женщина. И она спросила насъ, говоря: куда вы идете? Мы же сказали: мы идемъ къ отшельнику авве Киріаку, но скажи намъ, какъ твое имя и какъ ты живешь, и какъ ты здесь очутилась? Она же сказала: проходите; и когда вы вернетесь, я скажу вамъ. Когда же мы утверждали, что не уйдемъ никуда прежде чемъ она скажетъ объ себе, она ответила, говоря: имя мое: Марія зовусь я. Я была певчею светаго Христова Воскресенія и діаволъ соблазнилъ многихъ на меня; и я, убоявшись, чтобы какъ либо не сделаться ответственною за соблазнъ ихъ и не присоединить прегрешенія къ моимъ прегрешеніямъ, молила Бога избавить меня отъ вины въ ихъ соблазнахъ.

19. Однажды, умилившись сердцемъ, вследствіе страха Божія, я спустилась къ святому Силоаму и зачерпнула воды въ этотъ сосудъ; я взяла также и эту корзинку моченыхъ овощей и ночью вышла изъ святаго града, предавъ себя Богу, который и привелъ меня сюда; и вотъ я живу здесь 18 летъ. И благодатію Божіею ни вода не изсякла, ни корзинка съ моченьемъ не оскудела до сегодняшняго дня, и я не видала человека, исключая васъ сегодня. Но, ступайте, сказала она, и исполните ваше послушаніе, a нa обратномъ пути навестите меня. Услышавъ это, мы отправились къ авве Киріаку и возвестили ему и объ этомъ; онъ же, услышавъ, удивился и сказалъ: слава тебе, Боже, что ты имеешь столькихъ сокровенныхъ святыхъ. Но, ступайте, чада, и какъ она сказала вамъ, такъ и сотворите. И взявъ благословеніе святаго старца, мы пришли къ пещере и постучавшись, по обычаю отшельниковъ, такъ какъ никто не отвечалъ, вошли, и обрели ее скончавшеюся. И не имея въ чемъ ее положить во гробъ и похороншъ, пошли въ нашу лавру Сука и принесли все потребное и, опрятавъ ее, погребли въ пещере, заваливъ дверь каменьями.

20. Это разсказалъ авва Іоаннъ, и я счелъ необходимымъ, какъ было сказано, передать письму на умиленіе слушающихъ и читающихъ и на прославленіе Христа, дающаго до конца постоянство Своей любви. Ho следуетъ разсказу возвратиться къ авве Киріаку. Когда онъ исполнилъ восемъ летъ въ Сусакиме и достигъ глубокой старости, то отцы лавры Сука, придя привели его въ пещеру иже во святыхъ Харитона, после удаленія приверженцевъ Оригена изъ новой лавры. Когда онъ жилъ въ пещере, я, смиренный, часто приходилъ къ нему и получалъ большую пользу для своей души; онъ былъ совсемъ пожилой, исполнивши сто седьмой годъ. Онъ прибылъ во святый градъ 18 летъ, и оставался у иже во святыхъ Герасима 9 летъ, и въ обители великаго Евфимія 10 летъ, и провелъ въ лавре Сука, отличаясь въ различныхъ послушаніяхъ, 39 летъ, и въ пустыне Натуфа, питаясь скилами, 5 летъ; онъ безмолствовалъ въ Сусакиме 7 летъ, и въ пещере иже во святыхъ Харитона 5 летъ, и, удалившись опять въ Сусакимъ, 8 летъ.

21. За два года до его кончины отцы, придя, увели его, употребивъ много моленій, въ пещеру блаженнаго Харитона, когда онъ былъ уже, какъ сказано, совсемъ пожилымъ. И будучи толикимъ старцемъ, онъ оставался крепкимъ и съ охотою выстаивалъ правило псалмопенія и собственноручно прислуживалъ приходящимъ къ нему, нисколько не утомляясь, но будучи силенъ во всемъ въ укреплявшемъ его Христе. Онъ былъ мужъ кроткій, доступный, пророческій, учительный, православнейшій, высокій ростомъ, благовидный, имевшій невредимыми все члены, и былъ во истину исполненъ благодати и Духа Святаго. Впавъ после многихъ дней въ телесную слабость, онъ призвалъ всехъ отцовъ лавры и целовавъ ихъ почилъ въ мире [44], предавъ духъ Господу и пріялъ отъ него венецъ праведности, который Онъ обещалъ любящимъ ее. И теперь онъ въ покоище праведныхъ, молясь за насъ, дабы и мы, последовавъ по стопамъ его, получили возвещенныя блага во Христе Іисусе Господе, съ нимъ же слава Отцу и Святому Духу во веки вековъ. Аминь.

Печатается по изданiю: Палестинскiй Патерикъ. Выпускъ седьмой: Житiе преподобнаго Кирiака Отшельника. — Второе изданiе Императорскаго Православнаго Палестинскаго общества. СПб.: Типографiя В. Киршбаума, 1899. — 23 с.

Житіе иже во святыхъ отца нашего аввы феодосія Киновіарха.

1. Достоблаженный и небожитель феодосій, великая слава Палестины, гордость пустыни, утвержденіе иноческаго образа, вождь и поборникъ правыхъ ученій, вождь и защитникъ общежительнаго правила, имелъ отечествомъ страну Каппадокійскую, весь именуемую Могарисъ, подчиненную городу Кесаріи [45], лежащую недалеко отъ города Команъ [46], прозываемаго золотымъ. Вследствіе сего онъ изъ детства сделался полезнейшимъ певцомъ въ святой Команской церкви и точно былъ наученъ церковному правилу, и изучилъ псалтырь и остальныя божественныя писанія. Затемъ, подчиняясь Божію произволенію и желанію, онъ пришелъ въ Іерусалимъ въ царствованіе боголюбиваго Маркіана [47], желая безмолствовать въ близъ лежащей пустыне. Его принялъ въ столпе Давидове [48] некій старецъ каппадокіянинъ, Лонгинъ, который былъ однимъ изъ рачителей Святаго Воскресенія Христа Бога нашего. Когда феодосій желалъ удалиться въ одинъ изъ пустынныхъ монастырей, такъ какъ былъ любителемъ безмолвія и облекся въ страхъ Божій, какъ бы въ одежду, блаженный Лонгинъ не дозволилъ, по причине раскола пустынныхъ монаховъ, не общевавшихся кафолической церкви, но увлеченныхъ любовью къ спору и не православіемъ Евтихія и Діоскора. Онъ, взявъ его, приставилъ къ иже во святыхъ Икеліи, которая тогда строила храмъ Богородицы въ Кафисмате [49] какъ человека, который можетъ быть ей полезенъ въ церковномъ правиле и остальныхъ службахъ.

Сія блаженная Икелія, прошедшая весь путь благочестія, указала въ числе первыхъ быть Сретенію Спасителя нашего Бога со свечами. Она, принявъ сего священнаго юношу феодосія и обретя его прекраснымъ певцомъ, сопричла къ чину бывшихъ подъ ея начальствомъ тамошнихъ ревнителей, мужей благоразумныхъ [50]. По истеченіи некотораго времени и по кончине блаженной Икеліи, ему поручается устроеніе этого места. И когда онъ проходилъ оное безпорочно, случилось, что скончался игуменъ этого места и все согласно выбираютъ феодосія въ игумена церкви Кафисматы. Онъ же, узнавъ и опасаясь опасности начальства, бежалъ и сперва прибылъ въ места около Метопъ [51] къ блаженному отшельнику Марину и къ авве Луке Метопину [52] и выучился иноческому правилу отъ нихъ, которыхъ въ числе первыхъ воспиталъ въ монашеской строгости иже во святыхъ Евфимій. Пробывъ у нихъ несколько летъ, авва феодосій взошелъ на вершину, где ныне съ Богомъ водружена его святая обитель [53], отстоящая отъ святаго града на шесть миль, и остался тамъ въ пещере, въ которой ныне почиваютъ его честные останки, довольствуясь дико растущими травами. Затемъ, принявъ некоего ученика, онъ обучилъ его такому же суровому образу жизни. Некогда увидавъ, что онъ приготовляетъ горшокъ и котелокъ, прогналъ его, сказавъ: Если ты хочешь есть вареное, то не можешь оставаться со мною, ведущимъ более суровую жизнь.