Страница 131 из 167
Не в воздаяние за свою праведность просит он жизни, но умоляет о том, чтобы она была дарована ему как дар милости, обещаясь за то соблюдать откровения Божии. «Во век слово Твое, Господи, пребывает на небе» (ст. 89). Для Тебя, говорит, Владыка, все легко и возможно. Повелением Твоим пребывает неподвижным свод небес. То же говорил псалмопевец и в сто сорок восьмом псалме: «поставил их во век и в век века: повеление дал — и не пройдет оно» (Пс. 148:6). Итак, самое небо пребывает так, как оно создано Тобою, Владыка, а обитающие на нем ангелы соблюдают божественный закон, и чужды всякого преступления, потому что исполняют Твое слово по своей силе и крепости. «В род и род — истина Твоя. Ты основал землю, и она пребывает» (ст. 90).
3. Некогда был дан закон израильтянам: они являются первым родом, первым поколением; а потом нам, язычникам, был дан закон евангельский. Он–то и есть истина. Ее сохранил Ты и для рода иудейского, и для другого, явившегося вслед за тем; это говорит он о народе из язычников, получившем спасение чрез Спасителя нашего Христа. «По установлению Твоему пребывает день, ибо все служит Тебе» (ст. 91). Ты дал земле неподвижность на долгое время, и она пребывает, как Ты повелел. Ты установил смену дня и ночи, и она совершается по Твоим законам. Земля исполняет Твое творческое слово и производит во время свое травы, растения, деревья, приносит плоды и семена в пищу всем животным, и «по установлению Твоему пребывает день». Солнце, восходя, направляется к западу. «Ибо все служит Тебе» — и все послушно Твоему мановению. Ты Творец всего, и все покорно Тебе, Богу. «Если бы закон Твой не был утешением для меня, я погиб бы в уничижении моем» (ст. 92). Всякий из благочестивых, подвергшись несчастию, мог бы сказать это: и Иосиф, избежавший рабства, прелюбодеяния и клеветы, и Даниил, когда ему запрещено было молиться, и три отрока, когда их принуждали поклониться изображению, и победоносные мученики, потерпевшие всевозможные виды мучений. Справедливо говорит это и блаженный Давид, изгнанный Саулом и принужденный жить среди иноплеменных и враждебных людей.
Он вошел бы в общение с нечестием, если бы не продолжал везде поучаться божественным законам. Потому и прибавляет «во век не забуду оправданий Твоих, ибо ими Ты оживил меня» (ст. 93). Вот блаженный человек, который с полной истинностью обращает к Богу такие слова и оправданиями Его живет в этом мире! Конечно, грешник, преступая заповеди Божии, не может сказать: «во век не забуду оправданий Твоих, ибо ими Ты оживил меня», а пророк по опыту говорит, что оправдания Твои дают жизнь и память о них не изгладится у меня. «Я — Твой, спаси меня, ибо я оправдания Твои взыскал» (ст. 94). Различно можно понимать эти слова: «я — Твой»; например: я — твой раб, твой слуга, твой сын по благодати. Итак, кто уверен, что сохранил заповеди Божии, тот сам говорит: «я — Твой, спаси меня». За что? «Ибо я оправдания Твои взыскал». А те, которые творят дела врага Твоего, конечно, не ищут Твоих заповедей и не могут сказать: «я — Твой, спаси меня». Значит, не все мы можем употребить это восклицание. Лжет раб греха, называя себя Божиим. «Кто кем побежден, тот тому и раб» (2 Петр. 2:19). Итак, если, освободившись от греха, предпочтем божественные законы, тогда можем воспользоваться этим воззванием. «Меня ожидали грешники, чтобы погубить меня, (а) я уразумел откровения Твои» (ст. 95). «Ожидали» — Симмах и Феодотион перевели: «надеялись».
Значит, они надеялись предать меня смерти, но я, внимая Твоим оправданиям, в них снискал себе жизнь. Часто слуги греха восстают на праведных, не ожидая ни суда и воздаяния, ни наказания, заслуженного их злобой, уповая на временное, собирая богатство неправдой и расточая чужие сокровища, а праведные между тем исследуют откровения Божии, и что бы ни случилось с ними, не отступают от Его заповедей. «Я видел предел всякого совершенства, (но) заповедь Твоя чрезвычайно широка» (ст. 96). Все, говорит, человеческое: и богатство, и достоинство, и могущество, власть князей и военноначальников, правителей и царей, все это имеет конец, и конец скорый. А заповедь Твоя широка и неистощима, и соблюдающим ее доставляет бесконечное и вечное богатство и блага, недоступные никаким переменам. Конечно, сами грешники, наслаждаясь богатством и удовольствиями настоящей жизни и пользуясь здесь благоденствием и, могуществом, понимают, что настоящие блага имеют конец. Но пророк не ограничивается этим, — он восклицает: «я видел предел всякого совершенства», а заповедь Божия весьма широка и пребывает во век и имеет воздаянием вечные блага.
«Как возлюбил я закон Твой, Господи! Во всякий день он — поучение для меня» (ст. 97). Не всякий, исполняющий закон Божий, исполняет его с любовью, но одни по нужде и страху наказания, другие рассчитывая на славу пред людьми. Искренно же преданные добродетели стремятся исполнять заповеди только по любви к добру. Будем же внимательны, братие, к тому, что говорится. Пророк дает нам пример весь день поучаться заповедям Божиим и божественному закону: так неужели мы два или три часа не посвятим на слушание божественного чтения, которое может повлиять на исправление нашей жизни? Есть конечно люди, которые, подобно бесчувственному аспиду, затыкают уши свои и удаляются, не желая слышать божественных слов и душеполезных наставлений. Но еще ужаснее, что и некоторые клирики, наши братья и сослужители, делают это. И если бы мы не имели от апостола заповеди, гласящей: «обличай, запрещай, увещевай» (2 Тим. 4:2), то наложили бы молчание на свои уста и постарались бы снести и стерпеть это. Впрочем, люди — мудры и разумны и могут сами позаботиться о своем исправлении, как написано: «от высокомерия происходит раздор, а у советующихся — мудрость» (Притч. 8:10). «Заповедью Твоею Ты сделал меня мудрее врагов моих, ибо она — на век моя» (ст. 98).
4. Исповедав горячую любовь к божественному закону, пророк все приписывает благодати Божией. От Тебя, говорит, получив мудрость и разум, я возлюбил Твой закон. По Твоему дарованию я знаю больше врагов; за это они стараются уничтожить меня, но я даже не пытаюсь оградить себя от их насилия, воображая себе вечную пользу добродетели. И лик апостолов возглашает это, потому что он имел врагов в лице книжников и фарисеев. Умудренные Христом Богом, они проповедали евангельское слово, и их учение приобрело вечное значение, а учение книжников и фарисеев было временным. «Я стал разумнее всех учителей моих, ибо откровения Твои — поучение для меня. Я стал сведущ более старцев, ибо заповеди Твои взыскал!» (ст. 99–100). Царям свойственно учить, а подчиненным — учиться. Саул царствовал, да и по возрасту он был старейшим. Но, однако, ни обладание царством, ни возраст — не умудрили его, и он искал убить благодетеля. А великий Давид уже в положении подданного и в юном возрасте возлюбил любомудрие и не хотел ни быть зачинщиком неправого дела, ни отвечать насилием на насилие. Этой самой мысли держится и пророк здесь. Впоследствии учители закона и книжники, желавшие пользоваться от людей названием «равви», учили тому, что было незаконно; апостолы же проповедовали, разумея истинное знание по свидетельству закона и пророков.
Вот к этим–то учителям иудейским относится название старцев, так как по времени они прежде апостолов; но апостолы превзошли их в уразумении как закона, так и пророков, постигая их духовный смысл. Потому и заповеди Божии были поняты апостолами в их настоящем смысле. «От всякого лукавого пути я удерживал ноги мои, чтобы хранить слова Твои» (ст. 101). Невозможно, конечно, в одно и то же время идти по двум путям — распущенности и целомудрия, правды и неправды, но должно избегать противного пути и держаться правого; при этом условии возможно быть хранителем слова Божия. Сам пророк, соблюдая все заповеди, говорит: «от всякого лукавого пути я удерживал ноги мои». Этого не может сказать ни обидчик, ни злоречивый, ни корыстолюбец, ни завистник, ни братоненавистник, ни тот, кто воздает злом за зло. «От судов Твоих я не уклонился, ибо Ты даровал мне закон» (ст. 102). Эти слова внушают нам не уклоняться никогда от суда и заповедей Божиих. Зная, что Ты — Законодатель их, я был привязан к ним всею душою. Потому он и прибавил, «как сладки гортани моей слова Твои! Слаще меда для уст моих» (ст. 103). Мед сладок только до горла, а потом он идет в чрево и извергается, слова же Божии услаждают сердце и душу. И в другом псалме пророк говорит: «вожделеннее золота и многоценного камня и слаще сотового меда» (Пс. 18:11).