Страница 98 из 133
Ничто так не враждебно для души, как порок; и наоборот, ничто столько не делает ее безопасной, как мир и добродетель. Потому должно начать с того, что до нас касается, и тогда привлечем Бога к себе. Бог не есть Бог вражды и войны. Потому оставь вражду и войну и с Богом и с ближним, живи мирно со всеми. Подумай, кого спасает Бог: «Блаженны», — говорит Он, — «миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими» (Мф. 5:9). Таковые непрестанно подражают Сыну Божию, и ты подражай Ему: живи мирно. Чем более враждует против тебя брат, тем большая ожидает тебя награда. Послушай, что говорит пророк: «Долго жила душа моя с ненавидящими мир» (Пс. 119:6). Вот это добродетель, это выше ума человеческого, это приближает к Богу.
Нет ничего так приятного Богу, как непамятозлобие. Оно освобождает тебя от грехов, изглаживает твои вины; а когда бранимся и деремся, то удаляемся от Бога. От препирательства происходит вражда, а от вражды памятозлобие. Подсеки корень, и не будет плода; таким образом научимся презирать житейское. Не бывает, истинно не бывает борьбы из–за предметов духовных; но все, что — ты видишь — ни случается, борьба ли, зависть ли, и что бы кто ни назвал, случается из–за предметов житейских: всякая борьба имеет свое начало или в любостяжании, или в зависти, или в тщеславии. Потому, если мы будем жить мирно, то научимся и презирать земное. Похитил ли кто–нибудь твое имение? Он нисколько не обидел тебя, лишь бы не похитил богатства горнего. Воспрепятствовал ли твоей славе? Лишь бы не славе у Бога, а славе ничтожной, которая собственно и не слава, а только имя славы, или лучше — бесславие. Похитил ли честь у тебя? Не у тебя (похитил), а у себя. Как обидчик обижает не другого, а себя, так и коварствующий против ближнего прежде всего губит себя, потому что кто копает яму для ближнего, тот сам падает в нее. Итак, не будем коварствовать против других, чтобы не причинить вреда себе. Когда станем ниспровергать славу других, припомним, что вредим себе, что коварствуем более против себя.
И действительно, хотя преодолевши (врага) повредим ему пред людьми, за то самих себя обидим пред Богом, раздражив Его. Итак, не будем вредить себе. И как, обижая ближних, мы обижаем себя, так, благодетельствуя им, благотворим себе. Потому, когда враг причинил тебе вред, в таком случае, размысливши, что он оказал тебе благодеяние, ты, если благоразумен, не только не плати ему равным злом, но еще благотвори. Но ты скажешь: удар весьма ощутителен. Подумай же о том, что ты не только не делаешь добра врагу твоему, но еще наказываешь его, а себе благодетельствуешь, — и ты тотчас начнешь благодетельствовать. Что же? Ужели, скажешь, с таким намерением должно делать (добро)? Не с таким намерением должно делать; но когда сердце твое не может перенести (обиды), то хотя таким образом преклони его, и ты скоро решишься оставить вражду; после же того будешь благотворить врагу, как другу, — и таким образом получишь будущие блага, которых все мы и да сподобимся достигнуть во Христе Иисусе (Господе нашем, Которому со Отцом и Святым. Духом слава, ныне и присно, и во веки веков. Аминь).
БЕСЕДА 15
«Я весьма возрадовался в Господе, что вы уже вновь начали заботиться о мне; вы и прежде заботились, но вам не благоприятствовали обстоятельства. Говорю это не потому, что нуждаюсь, ибо я научился быть довольным тем, что у меня есть. Умею жить и в скудости, умею жить и в изобилии; научился всему и во всем, насыщаться и терпеть голод, быть и в обилии и в недостатке. Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе. Впрочем, вы хорошо поступили, приняв участие в моей скорби» (Флп. 4:10–14).
Милостыня введена не для принимающих, а для подающих. — Смирение ап. Павла. — Польза от скорби. — Бедствия царей.
1. Часто я говорил, что милостыня введена не для принимающих, а для подающих, так как последние приобретают наибольшую пользу. Это самое и здесь показывает Павел. Каким образом? Филиппийцы, спустя много времени, послали ему нечто, поручив это Епафродиту. Потому (апостол), намереваясь отправить его обратно с этим посланием, смотри, как и хвалит их, и показывает, что присланное принесло пользу не принимающим, но дающим. Делает же это для того, чтобы благодетельствующие не надмевались, и были ревностнее в благотворении, так как через это они приносят более пользы самим себе, а принимающие (благодеяния) не без страха бы спешили принимать, чтобы не подвергнуться осуждению, так как сказано: «Блаженнее давать, нежели принимать» (Деян. 20:35). Итак, что показывает он словами: «Я весьма возрадовался в Господе»? Я возрадовался, говорит он, не тому, чему радуются в мире и в настоящей жизни, но «в Господе» (возрадовался) не тому, что я успокоился, но тому, что вы преуспели, — а в этом и состоит мое спокойствие. Поэтому также сказал: «весьма», — потому что радость его была не плотская, и не о покое своем радовался он, а об их преуспеянии. И смотри, как он, упрекнувши их немного за прошедшее время, тотчас это прикрыл, поучая непрестанно и всегда пребывать в благотворении. «Что вы уже вновь», — говорит. Выражением: «уже вновь» — он показывает продолжительное время.
«Начали» (άνεδάλετε, процвели) — говорит как бы о деревьях, которые дали ростки, потом засохли, и опять дали ростки. А этим показывает, что они прежде, процветши, увяли, потом, увядши, опять дали побеги; потому в слове — «начали» заключается и укоризна и похвала, так как немаловажное дело — процвести увядшему. Этим он показывает, что все случилось с ними от нерадения. «Заботиться о мне; вы и прежде заботились». Здесь разъясняет, что они и прежде в подобных случаях обыкновенно отличались щедростью, — почему и присовокупил: «Заботиться о мне; вы и прежде заботились». И чтобы ты не подумал, что их прежняя великая ревность и в других отношениях увяла, но лишь в одном этом (в отношении благотворения), — для этого смотри, как он предостерегает, говоря: «Что вы уже вновь начали заботиться о мне»; как бы так сказал: я говорю — «уже вновь» относительно к этому только, потому что в других отношениях вы не таковы. Может быть здесь спросит кто–нибудь: каким образом тот, который говорит: «Блаженнее давать, нежели принимать» (Деян. 20:35), и: «Нуждам моим и нуждам бывших при мне послужили руки мои сии» (с. 34), и который опять к Коринфянам написал: «Ибо для меня лучше умереть, нежели чтобы кто уничтожил похвалу мою» (1 Кор. 9:15), — (каким образом он) теперь не видит, что уничтожает похвалу свою? Как? Принявши (посланное).
Ведь если похвала состояла в том, чтобы ничего не принимать, то как теперь он принимает? Что же должно сказать? Там справедливо он не принимал по причине лжеапостолов. «Дабы они, чем хвалятся», — говорит, — «в том оказались такими же, как и мы» (2 Кор. 11:12). Апостол не сказал — суть (бескорыстны), но — «хвалятся», показывая через это, что они брали, только тайно. Вот почему сказал: «чем хвалятся». И он принимал, хотя не там. Потому он же говорил: «Похвала сия не отнимется у меня» (2 Кор. 11:10). И не просто сказал: «не отнимется», — но что? «В странах Ахаии»; и еще: «другим церквам я причинял издержки, получая от них содержание для служения вам» (ст. 8). Из этого видно, что он принимал. Впрочем, Павел, если где и принимал, правильно принимал, имея столь важное дело; а как могут брать те, которые ничего не делают? Но я, скажешь, молюсь? Это еще не дело: можно и молиться и дело делать. Но я пощусь? И это не дело. Смотри, как этот блаженный во многих местах и проповедует, и работает. «Но вам», — говорит, — «не благоприятствовали обстоятельства». Что значит: «Но вам не благоприятствовали обстоятельства»? Это зависело, говорит, не от вашего нерадения, но от необходимости; вы не имели в руках, сами были небогаты. Вот что значат слова: «Но вам не благоприятствовали обстоятельства».
Это заимствовано от общего обыкновения; так говорит большая часть людей, когда житейские потребности текут к ним не обильно, а скудно. «Говорю это не потому, что нуждаюсь», т. е. я сказал: «уже вновь», и этим укорил (вас) не по желанию собственной пользы, и не жалуясь на скудость, будто я беден, — так как не этого искал. Откуда видно, Павел, что ты не тщеславишься? «И мы пишем вам не иное», — говорит он к Коринфянам, — «как то, что вы читаете или разумеете» (2 Кор. 1:13). И к Филиппийцам не сказал бы так, чтобы не быть обличенным (во лжи). Не сказал бы этого, если бы тщеславился, потому что говорил знающим (его), и от них было бы стыднее слышать обличение (во лжи). «Ибо я», — говорит, — «научился быть довольным тем, что у меня есть». Значит это — дело научения, упражнения и старания; это не легко, напротив, весьма трудно и весьма утомительно. «Довольным тем», — говорит, — «что у меня есть. Умею жить и в скудости, умею жить и в изобилии; научился всему и во всем», то есть, я умею и малым пользоваться, и сносить голод и бедность. «Жить в скудости, и жить в изобилии». Да, скажут; но «жить в изобилии» не есть искусство, равно как и не добродетель. И очень даже добродетель, так же как «и жить в скудости». Каким образом? Таким, что как скудость располагает делать много зла, так и изобилие.