Творения

Ибо Отец сотворил Его Христом, помазав мысленным помазанием по причине воспринятия плоти, не потому, что Он как бы должен был освятиться для преуспеяния, но чтобы чрез блаженное посредство Его вселившийся в нас Святый Дух сыноположения (Рим. 8, 15) соделал нас сынами благодати Отца. Господа же — поелику Он дал Ему, как Сыну единородному, господство над всеми, так как все мы избавлены Им от зла тления. Поэтому, будучи Господом по естеству, Он явился Господом всех, когда Отец, соделав Его, чрез воплощение, явным наследию Его, сказал: Проси, говорит, от Мене, и дам ти языки достояние твое, и одержание твое концы земли (Псал. 2, 8).

5. Но также опять говорят, что сказавший — Отец Мой болий Мене есть (Иоан. 14, 28) — не может быть равным [Ему], потому что Он признал себя ниже Отца. Я же убежден божественными Писаниями, что Отец не больше Сына ни по силе, ни по славе, кроме только того, что Он принимает первое имя Отца по естественной последовательности. Почему вполне ясно, что оный справедливый, и истинный и всецелая сладость — Сын воспользовался оным изречением, потому что Отец всемудрый есть глава Сына, т. е. Слова не по избытку чести или славы, но по ипостаси отчества, в которой Он и существует и сказал, потому что корнем сего истиннаго Слова служит Отец, который есть истинный Бог. Ибо, говорит Иов, и корень Слова обрящем его (Иов. 19, 28), т. е. познаем, что Слово происходит из недр Отца; ибо подлинно корнем Слова служат лоно Божие, в котором Слово естественно вкоренено. Поэтому да не безумствуют или когда-либо предполагают так, что было некогда, когда мудрый Отец [не имелъ] Слова, или что оный Отчий и пресветлый Свет был некогда без сияния. Чтó именно сам Господь, восхотев наияснее обозначить, говорит в Евангелиях: видевый Мене виде Отца (Иоан. 14, 9); ибо блеск света вполне познается в сиянии. И опять: не веруеши ли, яко Аз во Отце и Отец во Мне есть (Иоан. 14, 10)? Он же говорит и о том, что Он нераздельно существует в Отце: Аз и Отец едино есма (Иоан. 10, 30).

Ибо Вседержитель Бог не предпочел бы воспользоваться созданным Словом, потому что до рождения Его [Слова] Ему недоставало того, что Он имеет чрез Него.

6. Таковы наши оправдания и подобныя им. Но враги истины, опять заимствуя из евангельских речений, говорят, что Сын не знал будущаго дня или часа суда, но только Отец (Марк. 13, 32) и что посему Он не есть из сущности Отца. Я же утверждаю, лучше же — здравый разум, что имеющий все свойственное Отцу в величии чести (о которой очевидно вспомнил), действительный Сын Отца, когда, например, говорит: Никто же благ, токмо един Бое (Марк. 10, 18), и: несть Мое дати, но имже уготовася от Отца (Матѳ. 20, 23), потому именно говорит, что только Отец знает это, дабы мы ясно познали, что Он, как бы не по собственному самовластию определивши, объявляет, что Он знает сие, но что по воле Отца, т. е. знанию ведает сие и сам; ибо Он есть Слово Его, и мудрость и сияние. Почему Он и неотделим от Отца как по естеству и хотениям, так и предопределениям. Ибо, говорит, Аз и Отец едино есма (Иоан. 10, 30), потому что в противном случае никто не сказал бы, что в нераздельном свойстве вечно пребывающий в лонах Отца знает то, чтó знает Отец, потому что одна воля и одно знание как в Мудром, так и в мудрости Мудраго. Потому и во всем, свойственном Сыну, действует Отец, как в Сыне, всегда желающем всего того, чего желает Отец. Он дал и Ему власть творить суд, как Сыну человеческому. Ибо, говорит: И область даде Ему и суд творити, яко Сын человечь есть (Иоан. 5, 27).

Соответственно чему и опять говорит: Дадеся Ми всяка власть на небеси и на земли (Матѳ. 28, 18). Дадеся имеющему, дабы и истина Отца была явлена и благодарность Сына была познана, потому что, получив по причине воплощения то, чтó имеет по причине общности естества с Отцем, Он не отверг первую причину спасающей нас щедрости, т. е. любовь Отца, которую Он чрез благость Сына своего настолько излил на нас, чтобы мы, люди, возмогли соделаться причастниками (О, столь великое благо!) онаго несравненнаго и непорочнаго естества.

7. Но жалкие защитники неведения опять говорят, что Сын так во всем меньше Отца, что даже Апостол сказал, что Он покорится Отцу (1 Кор. 15, 28). Прекрасно. В таком случае какая причина того, что Он доныне не был покорен, если вообще Он должен покориться? Ибо если он по сущности был меньше Отца, то потому самому от начала Он был покорен Отцу; если же доныне Он не покорялся, но покорится, то какая именно причина или нынешней Его свободы или тогдашняго рабства, когда всякой твари должно быть освобожденною к славе Божией (Рим. 8, 21)? Страшное безумие! Ибо если человек должен уподобляться Богу и соделаться причастником божественнаго естества (2 Петр. 1, 4) в свободе Духа (2 Кор. 3, 17), а Сын тогда должен покориться Отцу, с Которым Он все сотворил, то чтó мог бы кто уразуметь касательно сего? Все у них лишено разумных доказательств. Я же утверждаю, что покорение Сына состоит в том, что я, т. е. член Его, был покорен Богу в лице Христа, что именно значит, что Я прилеплен любовию к Отцу и что Я ничего другаго не желаю кроме того, чего желает Бог: Да будет Бог всяческая во всех (1 Кор. 15, 28). Посему и Псалмопевца имеем говорящим: не Богу ли повинется душа моя; от Того бо спасение мое (Псал. 61, 2). Ибо Сын, как посредник, во плоти своей вполне соединит с Отцем сына посредства, — меня, опять говорю, чтобы Он мог совершенно исполнить образ примирения.

Ибо естественный Сын Отца есть глава всего сыновства, посему в Нем и я уподобляюсь; поэтому именно Он будет и священствовать после суда пред Отцем, ради своего совершившагося усыновления, принося благодарения Отцу, как подобает Сыну по причине естества, первосвященнически же по причине посредства. Ибо, говорит, повем имя твое братии моей; посреде церкви воспою тя (Псал. 21, 23). Чтó именно Апостол, предвидев духом, сказал: тогда и сам Сын покорится Покоршему Ему всяческая, да будет Бог всяческая во всех (1 Кор. 15, 28), чтобы мы ясно познали, что все происходит от единой причины, т. е. от истины Отца. И святяй бо, говорит, и освящаемии от Единаго вси (Евр. 2, 11). Отсюда мы познаем, что Сын не создан; ибо Он освящает; мы же созданы, потому что освящаемся. Почему Сын, как подобает сыну и архиерею, за нас, как я сказал, прославит Отца, приводя к Нему наследие свое — нас, что и значит передать царство Богу и Отцу (1 Кор. 15, 24), как сущий от блаженнаго естества Его и взаимно прославляемый Отцем отеческими приветствиями. Ибо, говорит, от тебя похвала моя в церкви великой (Псал. 24, 18). Церковью же великою называет будущее собрание и ангелов и праведников. Нам же, как рабам освобожденным, подобает непрестанно воспевать велелепную благость Его, воспевая равнославно со Духом, как ныне и во веки, боголепно дарующаго нам блага своего священства.

8. В самом деле, чтó именно имеют в мыслях нежелающие так понимать покорение? Ибо если они предполагают, что Сын уже не будет совозседать с Богом, то они болтают великий вздор. Ибо как возможно раз совозседшему с Отцем (ибо они совершенно не хотят говорить о вечно совозседающем, поелику они весьма бедны мыслями)

И у людей удостоиваемый царства царствует во все время своей жизни, а те объявляют, что всегда живое Слово Божие уже не будет царствовать и притом [тогда], когда царству Его будет покорено все для того, чтобы нечестивые были осуждены Им на вечный огонь, а любящие Его соцарствовали с Ним в вечном свете, т. е. радовались в царстве Его во все веки, так как могуществом Его все покорено им. Ибо как в лице Христа сыноположение покорится Отцу, так силою Христа все покорится тем, кои Христовы, да будет Бог всяческая во всех (1 Кор. 15, 28). Ибо когда потом Отец благодатию святаго своего Отрока и Святаго Духа распрострется во всех святых, то впредь будет одна воля, как у Бога, так и у людей. Апостол сказал, что Он царствует, дондеже положит врагов Своих под ногами Своими (1 Кор. 15, 25); кратко сказать (ибо зачем мне долго излагать безумства неразумных?), он не определил, как они предполагают, что царство Его на время, но что по исполнении суда над ними и по воздаянии каждому по делам Его, Он покажет потом первосвященнический образ царства (почему и называет Его Архиереем грядущих благ (Евр. 9, 11), уже не производя суда (ибо Он исполнил суд), но как первосвященник, вечно даруя отеческия блага наследию своему, потому что судить свойственно царству, а первосвященству — собственными благами увеселять перешедших, по причине непорочности, огонь суда.