Троицкие листки

* * *

Не правда ли, как эти простые, краткие наставления, взятые нами из вымышленной повести, или, говоря попросту, из старинной сказки, — поучительны, как они напоминают ветхозаветные притчи Соломоновы? Так и чувствуется, когда читаешь их, что в старое доброе время наши предки постоянно читали священные книги, и до того проникались учением Слова Божия, что даже в вымышленных повестях, в сказках отражался дух сего учения. Еще более отразился он в наших народных пословицах (Выборки из них под названием "Духовные сокровища мудрости народной" приведены в листках №№ 479, 488, 525 и 529).

Приведем здесь еще для сравнения отеческие наставления простого русского крестьянина, Ивана Тихоновича Посошкова, жившего при Петре Великом, сделанные из книги Ивана Посошкова "Завещание отеческое".

О крестьянском житии

Если и далеко будешь жить от церкви святой, все же во все воскресные и праздничные дни в святую церковь неопустительно ходи, и по силе своей в честь Богу свечечки подавай. Каждый год говей и Тела Христова приобщайся. И живи смирно, ни с кем не бранись, и с воровскими людьми не водись, и стану ворам у себя не держи. На чужой работе работай так, как работаешь на себя: чужой работы ничем от своей не отличай. Никакого лживого слова никогда никому не говори, потому ложь от диавола есть. Те люди, которые любят лгать, сынами диавола нарекутся, а потому весьма бойся лжи, дабы тебе не быть сыном диавола. И обиды никому никакой не делай, но живи ты по-христиански, питайся своими трудами, а не чужими. Так береги себя, чтобы тебе у соседа или у постороннего человека не взять в обиду ему ни репинки, не горошинки. А если кто приезжий попросится у тебя ночевать, то всячески охраняй его пожитки, а самому ему дай покойный ночлег, и если есть у тебя, то положи пред ним хлеба, молока, яиц даром, если же ты беден, то, по крайней мере, дай ему за деньги, чего попросит, а лишнего с него не бери. А бедняка, хотя бы и сам ты был бедняк, накорми даром: Бог тебе за него заплатит. А если уж у тебя нет ничего, то дай ему хотя квасу напиться: и за то от Бога получишь награду. И во всем веди себя по-христиански.

Ворожей к себе никаких не принимай, и сам не касайся ворожбы, никаким приметам не верь и всю свою надежду возлагай на Господа Бога. А если какой ворожбе коснешься, то все свои добрые дела погубишь и вместо благословения заслужишь проклятие, вместо Царства Йебесного наследуешь вечную муку. Поэтому весьма бойся, сын мой, всякой неправды и ворожбы, дабы тебе не погубить души своей. И в каком бы положении ты ни был, сын мой, за все будь Богу благодарен, и ни в чем на Бога не ропщи. Живи так, и спасешься, и будешь наследником Царства Небесного.

760. Почему мы покланяемся четвероконечному Кресту Христову?

Есть некое неразумных человек сомнение и вопрос: каковому кресту Христову кланятися — осмоконечному ли токмо или и четвероконечному? На сие отвечаю от Священного Писания. Во-первых, от Ветхого, от образований ветхих Креста Христова. Моисей, егда распростре руце свои и побеждаше Амалика, — не образ ли бяше четвероконечного Креста Господня? И Иаков, старого закона патриарх, егда благословляше сыны Иосифовы, Манассию и Ефрема, преложив руки своя во образ четвероконечного Креста Господня. И иная ветхая образования Креста, яже подробно исчисляти время нам не достанет. Таже и от Нового Завета Господня, из Священного Писания, многия на многих местех явная свидетельства изобретаются. В день Воздвижения Креста Господня на утрени, по великом славословии, во стихирах на поклонении Кресту поют сице: "Четвероконечный мip днесь освящается, четверочастному воздвизаему Твоему Кресту, Христе Боже ". В "Каноннике" московском Честному Кресту Канон, творение святого Григория Синаита, в песни 1-й пишется сице: "Кресте Всечестный, четвероконечная сило, апостолом благолепие". В песни 4-й чтется сице: "Твоя высота, Живоносне Кресте, воздушнаго виет князя, и глубина всея бездны закаляет змия, широту паки воображает, низлагая мирскаго князя крепостию твоею".

Се, четвероконечный Крест, имеяй высоту, глубину и широту, и потому крест глаголется трисоставный, трелюбезный, треблаженный, триипостасныя Троицы образ: высотой бо знаменует Отца, в Вышних живущего, глубиной — Сына, сошедшего даже до ада, широтой же купно и долготой знаменует Духа Святаго, везде сущаго и вся исполняющаго; того ради знаменующиеся крестным знамением глаголем: "Во имя Отца и Сына, и Святаго Духа". Святой Афанасий Великий в вопросе глаголет. "Крестному образу от двою древу слагаему покланяемся, иже на четыри страны разделяется". Святой Иоанн Дамаскин в книзе 4-й, "О православной вере", в главе 12 пишет сице: "Яко четыри края креста средним центром держатся и состягаются, тако Божиею силою высота же и глубина, долгота же и широта содержатся". В книзе, глаголемой "Евангелие учительное Воскресное", на Москве печатанной, в "Слове" на Воздвижение Честнаго Креста пишется сице: "Крестный образ на четыре страны разделяемый от посреднего знамения показует, яко вся Божественной силой держимы суть: вышняя убо вышним рогом содержится, нижняя же — нижним, посредняя же — двоими странами, си есть двоими концами Пречестного древа крестного".

И паки там же пишется сие: "И блаженный Павел знаменует к Ефессеям глаголя: Да возможете разумети со всеми святыми, что есть широта, и глубина, и долгота, и высота; знаменуя высотою небесная, глубиною же нижняя, широтою же и долготою посредняя концы, всесильною державою содержимыя".

И в нашем граде Ростове обретается Крест, который даде Иоанн Богослов преподобному Аврамию, — но и сей не осмоконечный есть. Аще же кто не имеет веры, да идет и сам зрит его. Но и мир сей зримый подобием крестного четвероконечия созда Бог — созда на четыри части: восток, запад, полудень, полунощь; и человека созда Бог по подобию четвероконечия крестного, — егда бо распростирает человек руце, бывает яко четвероконечный крест. Се толикия от святых Отец и церковных книг о четвероконечном кресте свидетельства.

Но и самих сумнишихся раскольников о четвероконечном кресте вопрошаю: каковым они крестом крестятся? О сложении перстов ныне не глаголю — пущай, каковым сложением хотят крестятся, по упрямству их, аще сие и не должни творити, — точию таков крест на себе полагают. Но о том глаголем — четвероконечный ли, или осмоконечный? Егда бо персты своя кладут на челе — знаменуют вышний конец креста, егда же на чрево полагают — знаменуют нижний конец креста, на рамех же полагающе руку — предзначают два конца: в широту и долготу положенныя. Аще же хотят, дабы был осмоконечный крест, почто не осмоконечным крестятся? Надобно, дабы едино положение в долготу на чело и на чрево, три же положения, едино на челе, другое на рамена, третие на чрево, и тако будет осмоконечный крест, — но тако не крестятся! Еще же аще кто и благословит каковым крестом? Не четвероконечным ли? И все вещи четвероконечным крестом благословляются. Сие глаголах о кресте четвероконечном не аки бы отвергая осмоконечный или шестероконечный крест Христов, — но да загражду уста незнающих, сказав о самой сути и силе поклонения Кресту Христову. Потому надобно сказать и о прочих святых вещах, чем мы их почитаем, чтоб дать изъяснение поклонения Кресту Христову.

Мы почитаем Святое Евангелие, но и в котором многие вещи обретаются: бумага и чернила, ими же слова Христовы суть на бумаге написаны, и вся история движения Христова; иногда Евангелие обложено сребром, златом, иногда парчою драгоценною. Егда убо покланяемся Евангелию Святому, что мы почитаем, и в чем сила есть поклонения Евангелию? В том ли, во еже бы мы почитали доски или сребро, или злато, или парчу, или бумагу? Мню, ни един от православных сие не речет. Что убо почитаем, — так слова Христовы, учение Христово и всю историю жития Христова, — посему и все Евангелие почитаем. Таже, егда почитаем и икону святую, например, Христову или Богородичну, или некоего святого. И во иконе многая вещи обретаются: доска, вапы или краски, имиже пишет иконописец, изображение первообразного. Что убо почитаем: доску ли, или вапы, или изображение первообразного, и ради сего и всю икону почитаем? — Аще же мы ради изображения первообразного почитаем икону. Явственно является безумие некоторых человек, которые, егда икона новая, не хотят почитати, аще же старая и окоптелая, или и новая, но лишь когда окоптят дымом, то почитают, — то есть таковые не изображение первообразного почитают, но дым и черноту, грязь и закоптелость? Следовательно не суть христиане, но идолопоклонники.