Толкование на паремии из книги Бытия

Глава: IV. Паремия, положенная на вечерне в четверток первой седмицы Великого поста (Быт 2, 4–19).

В сей паремии содержится повествование о сотворении Адама в дополнение к сказанному о сем в 1–й гл. Бытия, о местопребывании Адама и о намерении Божием создать ему жену.

Ст. 4. 5. Сия книга бытия небесе и земли, егда бысть, в оньже день сотвори Господь Бог небо и землю, и всякий злак селный (полевой), прежде даже быти на земли, и всяку траву селную, прежде даже прозябнути: не бо одожди Господь Бог на землю, и человек не бяше делати ю.

В сих словах содержится сокращенное повторение предшествовавшего сказания о шестидневном творении. Сия книга бытия небесе и земли, егда бысть, в оньже день сотвори Господь небо и землю, т. е. таково сказание о про­исхождении всего мира, — небесе и земли, — о происхож­дении не предвечном, а временном, не самобытном по законам природы, а единственно по воле Творца, от Кото­рого все существующее получило свое бытие в известное время.

— Творение мира продолжалось шесть дней. Сему не противоречит свиде­тельство Бытописателя как бы об одном дне: егда бысть, в онъже день сотвори Господь Бог небо и землю. Ибо здесь под днем разумеется не день в тесном смысле, не сутки, а вообще время, в каковом смысле это слово употребляется и в других местах Писания, например: «Грядет день Иеговы воинств на все высокомерное и выспреннее. — И един Иегова будет высок в оный день. — В тот день (т. е. в то время) человек бросит идолов своих» (Ис 2, 12, 17, 20). — Господь сотворил не только небо и землю, но и все, что на них. Избегая повторения сказанного об этом в 1–й главе Бытия (см. первые три паремии), бытописатель упоминает здесь только о сотворении злаков и трав, замечая, что они сотворены прежде далее быти на земли, прежде даже прозябнути, т. е. прежде чем могли родиться по законам природы, которые вступили в действие в растительном царстве только тогда, когда уже оно вызвано к бытию волею Творца, когда растения, по манию Творца, явились на свет вдруг, совершенно готовые, в состоянии зрелости. Почему же не раньше? Ответом на сие служат дальнейшие слова: не бо одожди Господь на землю и человек не бяше делати ю. Орошение земли дождевою влагою и труд чело­века, возделывающего землю, разводящего и воспитываю­щего разные растения, — вот обыкновенные условия для их произрастания, по законам природы.

Но эти условия еще не были даны, — суша, едва отрешившаяся от покрывав­ших ее вод, орошаема была одними парами, поднимавши­мися с земли, и еще не был сотворен человек. Об орошении суши парами бытописатель говорит:

6. Источник же исхождаше из земли и напаяше все лице земли.

Источник, по точнейшему и более удобовразумительному переложению с еврейского подлинника, —пар. Пары, подобно водам из обильного источника, орошали поверх­ность земную так обильно, что едва проникал чрез них свет солнца.

7. И созда Бог человека, персть (взем) от земли, и вдуну в лице его дыхание жизни: и бысть человек в душу живу.

Человек превосходит все земные существа по телесно­му своему устройству и по духовной природе. Соответст­венно сему сотворение его является более сложным дейст­вием Творческого всемогущества, чем сотворение прочих земных существ. Кроме того, что сотворение человека, как мы видели, предваряется совещанием Лиц Пресвятой Тро­ицы, — оно производится не вдруг, как сотворение прочих существ, а с некоторой постепенностью, показывающей преимущественное внимание к нему Творца. Творец спе­рва берет от земли персть (тонкий прах), которая с одной стороны должна освятиться и прославиться в составе чело­века, с другой — напоминать ему урок смирения, — и из персти, как бы скудельник (Ис 45, 9. Иер 19, 6), образует тело человека и потом в лице его вдыхает дыхание жизни, т. е. непосредственно, прямо от Себя, сообщает ему жизнь, обнаруживающуюся между прочим в способности челове­ка дышать, — вдыхать и выдыхать воздух, столь необхо­димый для жизни. И бысть человек в душу живу, т. е. стал живым, одушевленным существом. И дыхание жизни, и душа живая, — оба сии выражения в Св. Писании прилага­ются не к одному человеку, но вместе к прочим животным. Так о потопе сказано: и вся, елика имут дыхание жизни, и все еже на суши умре (Быт 7, 22).

В повествовании о сотворении рыб, птиц и земных животных употреблено о них выражение: души живыя (Быт 1,20,21,24, 30), Это не значит однако, что человеку дарована душа одинаковая по природе с душами животных, и что бытописатель постав­ляет сущность души человеческой только в животном ды­хании. Резкое, существенное различие души человеческой от душ животных явствует не только из ее превосходства пред ними, как существа одаренного разумом и свободою, но и из того, что говорит Моисей о способе сотворения ее: прочие животные вызываются к бытию по одному Твор­ческому слову, и сего слова достаточно, чтобы вместе с телом явилась в них душа. Притом выражения: да изведут воды гады душ живых (Быт 1, 20), да изведет земля душу живу породу, четвероногая (—24)

Напротив, человек только по телу созидается из земли, хотя и в сем отношении он превознесен над прочими животными способом сотворения; душа же его получила бытие непосредственно от Бога, в образовании ее не участво­вала ни одна из стихий природы, — это значит, что по природе своей она не имеет ничего сродного с ними, след­ственно и с душами животных. Дуновение, чрез которое она получила свое бытие, указывает на богоподобие и на происходящее отсюда ее назначение жить в ближайшем общении с Богом, как ее первообразом. Но не надобно преувеличивать достоинство души человеческой предпо­ложением, будто она, как происшедшая от Бога чрез вдуновение, по сему самому не сотворена, а дана или уделена человеку от существа Божия, и, таким образом, есть, как выражались язычники, «частица Божия дыхания». Такое предположение, кроме того, что не совместно с понятием о простоте существа Божия, чуждого всякой сложности и дели­мости, — противоречит ясному свидетельству бытописателя о происхождении от Бога всего человека чрез сотворение: сотворим человека по образу Нашему и по подобию (Быт 1,26), сказал Господь, и как сказал, так и поступил: сотвори Бог человека, по образу Божию сотвори его (— 27). Далее бытописатель повествует о местопребывании Адама.

8. И насади Господь Бог рай во Едеме на востоцех, и введе тамо человека, егоже созда.

Соответственно превосходству человека пред прочими земными тварями, и жилище для него назначается превос­ходное. Это было не дикое какое‑нибудь пустынное или лесное место, подобное местам, назначенным для обитания бессловесных животных, а рай, или, по–нашему, сад, место, наполненное отборными и с некоторым изяществом рас­пределенными растениями, снабженное всеми удобствами для жизни покойной и счастливой, и обнесенное оградой, т. е. какими‑либо естественными преградами.

Слово рай у 70 толковников обозначено словом παραδεισοζ (увеселитель­ный обширный парк), которое, впрочем, встречается и в Еврейских книгах (Еккл 2, 5; Песн 4, 13), куда вошло из Зендского языка со времен Соломонова царствования, славного процветанием торговых сношений Ев­реев с отдаленными народами.

Сад этот находился в стране Едемской, самое имя кото­рой (на евр. языке значит веселие) указывает на превосход­ство ее пред соседними странами. На всем протяжении своем страна эта была прекрасна, но венец красоты ее был тот уголок, который находился на восточной ее стороне, — рай. Сам Господь насадил его, т. е. в день сотворения растительного царства с особенною любовию и тщатель­ностию устроил и украсил место, приготовленное Им в жилище человеку. Но не столько внешние удобства состав­ляли преимущество этого жилища, сколько то, что рай был местом богоявлений. Бытописатель уже о падших праро­дителях свидетельствует: и услышаста глас Господа Бога, ходяща в раи по полудни. Адам говорит Богу: глас слышах Тебе, ходяща в раи (Быт 3, 8,10). Адам и жена его издалека узнают глас Бога, ходящего в раю, как глас, уже прежде слышанный и известный из прежних богоявлений. В сем отношении райская жизнь, по выражению св. Григория Богослова, (Твор. св. отц. IV, 244) была жизнию небесною, хотя рай был на земле.