Страница 110 из 154
Если и течение не имеет значения, зачем ты трудишься? Если мое желание — ничто, зачем сам Бог говорил: «если захотите и послушаетесь, то будете вкушать блага земли» (Ис. 1:19)? Если желание человеческое — ничто, зачем Христос говорил: «сколько раз хотел Я собрать детей твоих, и вы не захотели» (Мф. 23:37)? «Не от желающего и не от подвизающегося». Если текущий не при чем, зачем апостол говорил Галатам: «вы шли хорошо: кто остановил вас» (Гал. 5:7)? Если и желающий, и текущий бессильны, зачем Павел говорит: «я бегу не так, как на неверное» (1 Кор. 9:26): «забывая заднее и простираясь вперед, стремлюсь к цели» (Фил. 3:13)? Зачем трудишься, зачем бежишь? Ведь ты же сказал: «не от желающего и не от подвизающегося»? Но все эти недоумения разрешаются Писанием. Не от желания Исаака (ведь он хотел дать благословение первенцу), ни от трудов Исава (охотившегося в поле для отца своего), но от милующего Бога зависело (оказать милость) Иакову. Не желанию Исава, ни усердию Исаака обязан Иаков оказанною ему милостью, но исключительно милующему Богу. Итак, «не от желающего» — объяснено. Но этим не устраняются однако все затруднения: остается еще — «от Бога милующего», — сохраняет свою силу возражение, опирающееся на слова: «кого хочет, милует; а кого хочет, ожесточает» (Рим. 9:18). Вникни, брат, тщательно в мои слова.
Бог знает все наперед, именно знает, не сам определяет будущее, но по предведению знает то, что должно быть и будет. Иное ведь дело — что устрояет Он Своим промыслом, иное — что предусматривает Он относительно наших поступков; иное — предопределять, иное — знать по предведению. Если я предусматриваю зло, имеющее совершиться, — мое предведение не производит самого зла. Объясню примером. Мне случается нередко наблюдать, что юноша получает после родителей богатое наследство и тотчас торопится воспользоваться своей свободой, утопает в наслаждениях, увлекается зрелищами, скачками. О таком я тотчас же наперед решаю, что он в короткое время пустит на ветер отцовское богатство и промотает наследство. Но ведь, конечно, предведение мое не предрешает будущего, оно является лишь выводом из ряда подобных случаев; если оно оправдывается на деле, так это обуславливается отнюдь не волею того, кто предусмотрел событие, но исключительно образом жизни виновника растраты. А как часто наблюдается подобное и в других делах! Идет ли путник по скользкой дороге, без посоха в руках, мы тотчас при виде его говорим: он подскользнется; он не знает, что дорога опасна, и непременно упадет. Но неужели он упадет именно потому, что ты предсказал это?
4. Я вовсе не хочу сказать, что мое предведение и божественное — одинаковы. Но по тому, что бывает с нами, ты можешь судить о том, что выше нас. И это не все: возражатели идут дальше. Они говорят: Бог сам подтверждает, что Он делает людей добрыми или злыми; как иначе поймешь ты Его слова Иеремии: «прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя» (Иер. 1:5)? Ведь сам же Он говорит: «с самого рождения отступили нечестивые» — прежде рождения, «от утробы [матери] заблуждаются, говоря ложь» — прежде рождения (Пс. 57:4). Видишь, как от чрева матери один признается праведным, а другой злым? Не по природе ли, значит? Хорошо говорил, утверждают они, Спаситель иудеям: «заблуждаетесь, не зная Писаний, ни силы Божией» (Мф. 22:29). Но читай, как следует, и не извращай написанного. «Прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя». Не прежде всего «освятил тебя», но прежде «познал тебя», а потом уже «освятил тебя». Сначала поставлено здесь предведение, а затем после него — определение. И «прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя». После того как я узнал тебя, я освятил тебя. Так и апостол говорит: «кого Он предузнал, тем и предопределил» (Рим. 8:29). Не сказал прежде: «предопределил» — и тогда уже: «предузнал».
Прошу вас, содействуйте труждающемуся в слове — своим усердием, а не кликами. Бог — свидетель, я не ищу их. Я ищу только общей пользы. А вы порадуйте меня своим вниманием. Сказанное у пророка: «и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя», в позднейшее время повторяется у апостола. Разве не говорит апостол подобно Иеремии: «кого Он предузнал», и «Он избрал нас прежде создания мира» (Рим. 8:29; Ефес. 1:4)? Иеремию узнал Бог во чреве матери, а об апостолах предузнал прежде сложения мира, и не просто предузнал только тогда, но и предизбрал. Итак, посмотрим, воздействует ли предведение на природу. Если апостолы избраны прежде сложения мира, и этим определены были к праведности по природе, а не по свободному влечению к добродетели, то почему были призваны те, которым предведение предназначило быть мытарями? Почему Павел преследует? Почему блудницы спешат в царство небесное? Ведь если о блуднице было известно, что она достойна царства небесного, — как она сделалась блудницей? Если о Павле Бог знал все, — почему предведение не отразилось на его природе? Почему тот, кто был в числе предуведенных от сложения мира, оказался хульником, гонителем и мучителем? Видишь, предведение не создает природы, а только предусматривает расположение воли? Если предведение делало апостолом, почему Матфей делается мытарем?
Ведь мытарем быть тоже самое, что идолопоклонником, как видно из сделанного Спасителем сопоставления: «да будет он тебе, как язычник и мытарь» (Мф. 18:17). Значит, мытарство он поставил наравне с идолопоклонством. Итак, если Матфей был предуведен, то почему не предведение сделало его апостолом, но воля расположила к послушанию? Разве была спасена и причтена к верным. Очевидно, и о ней было предведение Божие. Зачем же она сделалась блудницей? Зачем жемчужина, уже известная своей ценностью, брошена была в грязь? Повсюду видишь ты, что природа безразлична, а действует свободная воля, — согласная с божественным предведением, но вполне самостоятельная в своих проявлениях. И предведение Божие оправдывается, и влияние человека на свою судьбу сказывается осязательно. Слова Павла помогут тебе разъяснить дело. «Кого Он предузнал, тем и предопределил. А кого Он предопределил, тех и призвал, а кого призвал, тех и оправдал» (Рим. 8:29, 30). Почему Иуда призван, но не оправдан? «Кого Он предузнал, тем и предопределил, тех и призвал». Значит, быть избранным от чрева матери не дает еще никакого преимущества пророку, если даже в избранных от века природа не подчиняется предведению, но остается свободной наряду с ним. Итак, можно считать доказанным, что предведение не стесняется природы, — если, конечно, не найдется охотника спорить во что бы то ни стало, до полного бесстыдства перед истиной.
Почему же однако сказаны были фараону известные слова: «для того самого Я и поставил тебя, чтобы показать над тобою силу Мою и чтобы проповедано было имя Мое по всей земле» (Рим. 9:17)? Чтобы показать Свою силу, ты наказываешь человека? Чтобы прославить Свое могущество, ты губишь невинного? Если он виновен, упрекай его; а если невинен, не обвиняй. Итак, что же значит: «показать над тобою силу Мою»? Я воспользуюсь тут одним подходящим примером из древности, а вы послушайте внимательно. Врачебное искусство с глубокой древности старалось постигнуть природу человека, его внутреннее строение и отправления; средством для этого служила анатомия, причем вскрытию подвергались — для общей пользы в смысле лечения — живые люди. Но, конечно, было бы крайне несправедливо — для спасения одних приносить в жертву других — живых людей. Что же делали древние? Они брали осужденных на смерть за разбой, или за прелюбодеяние, или за чародейство, и их–то живыми подвергали вскрытию. По отношению к таким преступникам это не было несправедливостью, а между тем человечеству от этого была польза. Человеку, все равно уже осужденному на казнь за преступления, при жизни вскрывались внутренности для наблюдения за их еще не прекратившимися отправлениями.
Вот и Бог, как искуснейший Врач (ведь Врач и есть Тот, Кто сказал: «Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию», и: «не здоровые имеют нужду во враче, но больные» — Мф. 9:13, 12), берет фараона, уже подлежащего бесчисленным казням за его собственные грехи. А действительно тот был виновен во многих преступлениях. Во–первых, с его стороны было хулой говорить: «не знаю Господа» (Исх. 5:2); а хула есть начало зол. Во–вторых, Он несправедливо притеснял народ, свободных людей осудив на рабство и тяжкие работы. В–третьих, невинных младенцев он топил в реке. В–четвертых, проповеданного ему Господа он отверг. В–пятых, при виде чудес проявлял крайнее бесстыдство по отношению к благочестию. Его–то, подлежавшего тяжкой каре, Бог взял и, как отличный врач, подверг рассечению чудесами, не наказывая его сразу до смерти. Так и врачи, производящие вскрытие, не сразу казнят человека, но постепенно рассекают члены, производя между тем нужные им наблюдения над отправлениями органов. Наводит на него жаб, вооружает против него необычайные полчища — полчища жаб, саранчи, чтобы показать всю силу Своего могущества. Не послал ангела с неба, ни полки херувимов, не посылает на противоборствующих ему серафимов, но, показывая свое могущество, выставляет полчища жаб. Выступили воинства саранчи, не имевшие никакого видимого предводителя, но руководимые повелением Божиим.