Тайна беззакония

А как только она делает попытку «обитать в городах и других населенных местах», она принимает формы мира и усаживается у подножья антихристова трона.

Таким образом, постоянно осуществляемое антихристом изгнание Церкви в пустыню в действительности имеет провиденческий смысл. Оно не позволяет человеческому началу слишком отяжелить и омрачить божественное начало. Оно не позволяет земным формам занять место божественных. Сам Христос устанавливает нарастание своего Мистического Тела в истории так, чтобы оно никогда бы не стало слишком человеческим и никогда не пропало бы в мире. Поэтому Он и позволяет антихристу очищать свое Тело от ненужных наростов, дабы еще ярче засияла его внутренняя непорочность. Драма Иова — постоянная драма Церкви. Дьявол, этот вечный «клеветник братий наших» (Откр.,12, 10), постоянно появляется перед лицом Господа и упрекает Церковь в том, что будто бы она любит Христа только потому, что Его Евангелие гарантирует ее провозглашающим хорошую жизнь, большие почести и земную власть. Но если только они утратят эти блага, они тут же начнут злословить прямо пред глазами Христа. Дьявол говорит об этом, имея большой опыт, он прекрасно знает, что такие люди действительно есть в Церкви. Ведь Церковь это то поле, где рядом с пшеницей произрастают плевелы, и та сеть, в которой рядом с хорошей рыбой плавает и худая. Поэтому Бог и отдает в руки антихриста земные проявления Церкви: ее богатства, ее славу и ее власть. И это орудие Провидения очищает Тело Христа от всякого земного загрязнения, как некогда очистило и Иова.

Это орудие уничтожает все, чему представители Церкви не раз радовались и чем гордились, забывая о том, что они сильны не колесницами и конями, но «именем Господа, Бога нашего» (Пс., 19, 8). Тогда приходит время давления на Церковь. Тогда действительно не один начинает злословить Христу. Плевелы отделяются от пшеницы, и плохие рыбы покидают хороших, выплывая в воды мира.

Вне сомнения, это тяжкое время божественного испытания. Но вместе оно и время обновления и очищения. Изгнание Церкви в пустыню — это ее реколекции, ибо Бог всегда призывает из пустыни святых и пророков, которые выпрямляют искривления прошлого и каются за его ошибки. Возвращающаяся из пустыни Церковь идет, как Невеста Христова, украшенная и омывшаяся в слезах и молитвах своих детей. Божественное Провидение превращает внешнюю победу антихриста в тяжкое его поражение, ибо пустыня, вместо того чтобы погубить Церковь, ее укрепляет и готовит к новой деятельности и к новой борьбе.

2. ГОНЕНИЯ

Изгнание Церкви в пустыню очень часто связано с кровавыми преследованиями, которые представляют собой вторую форму антихристовой борьбы. Если вытеснение из жизни в основном относится к Церкви в целом, то преследования постигают уже отдельных ее членов и требуют от них кровавой жертвы. Перед лицом законов гонителей не один христианин повторяет слова Петра, произнесенные им перед синедрионом, который хотел запретить апостолам благовествовать об Иисусе: «должно повиноваться больше Богу, нежели человекам» (Деян., 5, 29). Но мир так же, как и иудеи, которые, видя отвагу апостолов, «разрывались от гнева и умышляли умертвить их» (5, 33), во все времена «разрывается от гнева», видя непреклонность сторонников Христа. Гонения на Церковь — постоянная отличительная черта ее истории. С самых первых дней существования Церкви, с самого рождения Христа в Вифлееме и до наших времен, когда провозглашаются и защищаются права и свободы человека, христиане презираемы и убиваемы не потому, что они преступники, но только за то, что они своей жизнью исповедуют и осуществляют Христа. Правда, в разные времена антихрист пытается замаскировать, прикрыть эти гонения какой-нибудь вуалью — политической, социальной, культурной. Во все времена убийство христиан объявляется службой, направленной на достижение политического единства, социального порядка или культурного прогресса.

«Наступает время, когда всякий, убивающий вас, будет думать, что он тем служит Богу», — говорил Христос апостолам во время Последней Вечери (Иоанн, 16, 2). Всякое преследование Церкви идет под прикрытием служебной деятельности.

И все же через все эти прозрачные прикрытия просматривается истинная цель гонителей — уничтожить сторонников Христа в мире. В глазах мира быть христианином уже преступление, преступление, которое заслуживает смерти. Преследования Церкви никогда не бывают чисто человеческим недоразумением. Они всегда скрывают в себе антихристовы умыслы; они всегда основаны на стремлении антихриста погубить Церковь Христову. И это действительно так, даже и в том случае, когда отдельные преследователи не понимают ни этих замыслов, ни этих стремлений, предполагая, что убивая, они служат высшей цели. Гонения на Церковь всегда носят религиозный характер. Это проявление той работы дьявола, а именно — убийства, которая сопровождает его всегда и везде, ибо дьявол, как сказал о нем Сам Христос, «был человекоубийца от начала» (Иоанн, 8, 44).

Вот почему и соловьевский антихрист сразу же изгоняет верных Христу христиан в пустыню, а несколько позже издает указ, «приговаривавший к смерти всех непокорных евреев и христиан». Свои гонения он тоже прикрыл политическим флером: мол, иудеи подняли против него восстание и что он вынужден был издать такой жестокий приказ, исходя из соображений государственной безопасности. Но в действительности этот указ был не чем иным, как продолжением убийств, которые произошли в храме всех культов и жертвами которых стали папа Петр и старец Иоанн. Восстание иудеев здесь послужило антихристу только поводом для выплеска своей мести на тех, кто остался верен Христу и не уселся у подножья его трона. Борьба дьявола против распространяющегося в истории Христа главное и самое глубокое основание для гонений на Церковь. Дьявол, будучи не в состоянии вторично убить Личность Христа, убивает отдельных членов Его Мистического Тела, надеясь таким образом уничтожить само Тело, и изгнать Христа из мировой истории.

Таким образом, этот сущностно религиозный характер гонений на Церковь объясняет нам их происхождение, которое кроется в непримиримом противоречии между Церковью и миром. Церковь есть в мире, но она не от мира. Она не от мира взята и не от его начал развита. Она не есть продолжение мира. Церковь дана сверху. Она надприродна. Она миру чужда. Поэтому мир и принимает ее как чужую. Сам Христос указал на это различие и этим различием бъяснял ожидаемые гонения. На Последней Вечере Он говорил своим апостолам: «Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел. Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир» (Иоанн, 15, 18—19). И мир выплескивает эту свою ненависть даже с кровью. Церковь примирилась бы с миром только в том случае, если бы она стала Церковью от мира, если бы она приняла его дух, его формы и влилась бы в его жизнь.

В повести Соловьева такое слияние Церкви и мира как раз и происходит тогда, когда Аполлония избирают папой. Государственный канцлер берет в свои руки руль Церкви. Поэтому император, поздравляя его с новой должностью, долго держит его в своих объятиях, выражая таким образом осуществленное единство «церкви» и мира. Но именно поэтому церковь Аполлония и стала антихристовой. Примирение с миром отдаляет Церковь от Христа. Правда, властелины мира осыпают такую «церковь» своими милостями. Они гарантируют ей хорошую жизнь, великие почести и сильную власть. Но именно поэтому эта церковь от мира и перестает быть носительницей и распространительницей искупительного подвига Христа в истории человечества. Она становится отступницей, отпавшей. Она вновь повторяет грех первых людей — не идет по пути открытому Богом. Она выбирает земные дары и, поднявшись со своего места, идет к трону антихриста, отвергнув Христа. Слияние Церкви с миром возможно только за счет Святого Духа. Но пока Церковь не слилась с миром, она преследуется, гонится и умерщвляется. Избежать гонений можно только ценой отречения от Христа.

Если бы нам был задан вопрос, почему мир ненавидит Церковь, мы вынуждены были бы ответить: это происходит потому что Церковь препятствует ему оставаться в его фактичности. В жизни Церкви повторяется то, что произошло и в жизни Христа. Главное обвинение, выдвинутое иудеями Христу перед Пилатом, было: «мы нашли, что Он развращает народ наш» (Лука, 23, 2). Вне сомнения, иудеи здесь имели в виду политическое развращение, поэтому и объяснили Пилату, что будто бы Христос «запрещает давать подать кесарю, называя Себя Христом Царем» (там же). Однако в своем обвинении они выразили самую сущность деятельности Христа и Его Церкви в мире. Христос именно для того и пришел на землю, чтобы «развращать». Христос, призывая человека перешагнуть через себя самого, подняться над своей фактичностью, почувствовать себя странником в этой действительности, возмутил покой мира. Своей Нагорной Проповедью Он разрушил все доселе существовавшие отношения людей — со своими врагами, со своими друзьями, с женщинами, с богатством, обеспеченностью, даже с Богом. «Вы слышали, что сказано древним — А Я говорю вам» — на этом противопоставлении построена не только Нагорная Проповедь, им переплетена и вся Его жизнь и Его учение. В нем и заключался тот великий переворот, который произошел не только в иудейском народе, но и во всем человечестве. Этот переворот не был каким-то политическим переворотом.