Святитель Иоанн Златоуст, собрание сочинений. Том шестой. Книга первая

Как лишившийся зрения беззащитен от вся­кой обиды, так и гордый, который не знает Господа (а начало гордыни, говорит Премудрый, удаление человека от Господа (Сирах.10:14)), лишившись этого света, легко преодолевается и людьми. Если бы даже он был силен, и тогда Богу не нужно было бы опол­чаться против него; Тому, для которого было достаточно одного хотения, чтобы произвесть все, гораздо легче уничтожить все. Для чего же сказано: противится? Для того, чтобы показать сильное отвращение Его к гордому. Итак, что гордость есть тяжкая рана, видно как отсюда, так и с других сторон. Если хотите, то с другой стороны мы раскроем и причину, от которой происходит эта рана. Писание, начиная обличать кого-либо, обыкновенно не только высказывает грех его, но доказывает нам и причину греха; оно делает это для того, чтобы предостеречь здоровых от впадения в те же грехи. И врачи, приходя к больным, еще прежде болезней иссле­дуют причины их, чтобы уничтожить зло в самом источнике, так как кто, оставляя корень, подрезывает одни ветви, тот не делает ничего иного, как только трудится напрасно. Где же Писание указывает и на грех и на причину греха? Так, оно обличает живших пред потопом за непристойные связи, и послушай, какую представляет причину: сыны Божии, говорит, увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал (Быт.6:2). Что же?

Не красота ли причиною греха? Нет; она – дело премудрости Божией; а дело Божие никогда не может быть причиною порока. Или зрение? Нет; и оно – дело природы. Что же? Взгляд порочный, потому что он происходит от развращенной воли. Потому и один премудрый, увещевая, гово­рит: отвращай око твое от женщины благообразной и не засматривайся на чужую красоту (Сирах.9:8). Не сказал: не смотри, – это случается и само собою, – но: не засматривайся, говорит, запрещая намеренный взгляд, пытливое зрение, продолжи­тельно-порочное рассматривание, происходящее от развращен­ной и похотливой души. Но какой, скажешь, отсюда может быть вред? От нее, говорит он, загорается любовь (в ц.сл.: похоть) (Сир. 9:9). Как огонь, касаясь сена или соломы, не медлит, но как скоро коснулся этого вещества, тотчас обращается в яркий пламень, так и огонь похоти, находящейся в нас, когда посредством взгляда очей коснется благовидной и блестящей красоты, тотчас воспламеняет душу. Потому не смотри на вре­менное удовольствие, доставляемое зрением, но взирай на не­престанное мучение, происходящее от похоти. Удовольствие, на­несши рану, обыкновенно прекращается; а рана не прекращается, но часто остается и губит.

Как олень, смертельно раненный стрелою, хотя бы убежал от рук охотников, не получаем, от этого уже никакой пользы, – так и душа, пораженная стре­лою похоти, от непристойного и любопытного взгляда, хотя бы бросивши стрелу и ушла, растлевается и погибает, видя везде этого врага, ее преследующего. Впрочем я говорил о том (не нужно позволять слову делать длинные отступления), что Писание обыкновенно показывает и грехи и причины их. Так и здесь, послушай, что говорит оно об Озии. Оно сооб­щает нам не только то, что возгордилось сердце его, но прибавило и то, от чего оно возгордилось. От чего же оно превознеслось? Когда он сделался силен, говорит, возгордилось сердце его (2Пар.26:16). Он не вынес величия власти, но как от пресыщения бывает воспаление, а от воспаления происходит горячка, и потом не­редко отсюда приключается смерть, так и здесь от великого изобилия счастливых обстоятельств произошла гордость. Что в телах воспаление, то в душах гордость. Потом от гор­дости явилось в нем и желание того, что не принадлежало ему. 5. Об этом мы распространяемся не напрасно, но для того, чтобы вы никогда не завидовали и не приписывали блаженства людям, облеченным властью, зная, как опасно их положение, и чтобы никогда не считали несчастными живущих в бедности и угнетении, зная, что это доставляет большую безопасность. Потому и пророк восклицал: благо мне, что Ты смирил меня (Пс.118:71).

Посмотри, какое зло произошло от высо­кого положения. Возгордилось, говорит Писание, сердце его на погибель (2Пар.26:16). Что значит: на погибельвозгордилось сердце его означают, что гордость его не осталась внутри и не была потушена, но вышла наружу и, обра­тившись в порочное действие, погубила все его добродетели. Блаженное дело – совершенно не допускать порочного помысла, как и пророк говорил: не превозносилось сердце мое (Пс.130:1); не сказал: оно вознеслось, но я обуздал его, а даже и не начинало возноситься, т.е. я постоянно соблюдал душу недоступною для порока. Это – блаженное дело; близко к нему и то, чтобы вошедшие помыслы тотчас прогонять и не позволять им оставаться долго, дабы не образовалась в нас нива для пороков. Если же и до такой степени мы будем беспечными, то есть средство избавления и от этой беспечности, по человеко­любию Божию, и много врачебных средств против таких ран приготовлено неизреченною и великою Его благостию. Впрочем, окончим слово, чтобы не случилось теперь того, чего мы боя­лись в начале, чтобы обилие предметов не обременило вашей памяти. Поэтому же необходимо кратко перечислить сказанное. Так поступают матери: когда они положат за пазуху детям плодов, или сластей, или чего-нибудь подобного, то, чтобы по рассеянности детей что-нибудь из данного им не выпало, крепко стягивают одежду их поясом, чтобы со всех сто­рон сделать преграду.

Сделаем тоже и мы; широко распустив­шееся слово стянем и отдадим на сохранение памяти. Вы слы­шали, что не должно делать ничего напоказ, сколь великое зло – беспечность, как она легко низвергает и ведущего безу­коризненную жизнь. Вы узнали, какая нам нужна заботливость особенно при самом конце жизни, и что не должно ни отчаи­ваться впавшему в грех, если он исправляется, ни полагаться на себя добродетельному, если он предается беспечности. Гово­рили мы вам о различии грехов и о том, что не должно за­сматриваться на красоту телесную, и показали, какое происходит от этого зло. Вы помните сказанное вам о гордости, равно как и о порочных помыслах. Сохраняя это, отправимся домой; или лучше, сохраняя это, послушаем и совершеннейшего наставления отличного учителя (т.е. епископа Флавиана). Наши слова, каковы бы они ни были, но­сят на себе признаки молодости; а его слова, каковы бы они ни были, украшаются старческою мудростью. Наши слова подобны потоку, несущемуся стремительно; а его слова подобны источнику, изливающему реки с великим спокойствием, и уподобляюще­муся более течению елея, нежели воды. Примем же эти потоки, чтобы образовался в нас источник воды, текущей в жизнь вечную (Ин.4:14), который да сподобимся все мы получить благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со святым и благим Духом, честь, слава и держава, ныне и присно, и во веки веков.

Аминь. [1] Почти во всех рукописях имеется: – на первую Паралипоменон, но здесь, несомненно, разумеется 2 Паралипо­менон, где излагается история Озии. [2] Св. И. Зл., цитируя здесь прор. Иезекииля, приводит его слова из 3:20 и 18:24 не буквально, а в перифразе. [3] И здесь св. И. Зл., цитируя пр. Иезекииля, приводит его слова из 18:21-22 не буквально, а в перифразе.

63.

Беседа 4.

На слова пророка Исаии: в год смерти царя Озии видел я Господа, сидящего на престоле высоком и превознесенном; похвала городу Антиохии и вдохновенное обличение запрещающих брак. 1. Прекрасное у нас сегодня зрелище и блистательное со­брание. Какая же причина этому? Сегодняшняя жатва – плод вчерашнего посева. Вчера мы насаждали, а сегодня собираем плоды. Мы возделываем не бездушную землю, чтобы ей ме­длить плодами, но разумные души. Здесь не природа медлитель­ная, но благодать споспешествующая. Благоустроенный у нас народ, послушные люди. Вчера они призваны, а сегодня полу­чают венцы. Сегодняшнее послушание – плод вчерашнего уве­щания. Потому и мы охотно бросаем семена, что видим чистую ниву, не терние заглушающее, не дорогу утаптываемую, не ка­мень бесплодный, но глубокую и тучную почву, которая, прини­мая семена, тотчас приносит нам и колос. Я постоянно го­ворю и не перестану говорить: хвала нашему городу не за то, что он имеет сенат, – и мы можем перечислять консулов, имеет много статуй, обширную торговлю и выгодное местополо­жение, – но зато, что в нем живет народ, любящий слушать, храмы Божии наполнены, церковь более и более находит себе отрады в слове, которое льется каждый день и никогда не на­сыщает жажды слушателей. Город делается достойным удив­ления не по зданиям, а по своим жителям.