Страница 95 из 136
"Сам дая всему жизнь и дыхание и всё. От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли" (ст. 26). Это свойственно Богу. Но, заметь, это может быть сказано и о Сыне. "Он, будучи Господом", говорит, "неба и земли", – неба и земли, которые они считали богами. Объясняет им сотворение мира и людей. "Назначив предопределенные времена и пределы их обитанию, дабы они искали Бога, не ощутят ли Его и не найдут ли, хотя Он и недалеко от каждого из нас: ибо мы Им живем и движемся и существуем, как и некоторые из ваших стихотворцев говорили: мы Его и род" (ст. 27, 28). Это сказал поэт Арат. Смотри, как он заимствует доказательства и из того, что ими самими сделано и сказано. "Итак мы, будучи родом Божиим, не должны думать, что Божество подобно золоту, или серебру, или камню, получившему образ от искусства и вымысла человеческого" (ст. 29). Но поэтому-то, скажут, и должны? Отнюдь нет; ни мы, ни наши души не (совершенно) подобны (Богу). Почему же он не стал прямо научать любомудрию и не сказал: Бог безтелесен по существу, невидим, неизобразим? Потому, что излишне было бы говорить это людям, которые еще не знали, что Бог один.
Потому, не говоря об этом, он останавливается на боле близком предмете и говорит: "итак, оставляя времена неведения, Бог ныне повелевает людям всем повсюду покаяться, ибо Он назначил день, в который будет праведно судить вселенную, посредством предопределенного Им Мужа, подав удостоверение всем, воскресив Его из мертвых" (ст. 30, 31). Смотри: тронув их душу словами: "назначил день", и устрашив, он потом благовременно присовокупляет: "воскресив Его из мертвых". Но обратимся к вышесказанному. "В ожидании их в Афинах Павел возмутился", говорит (писатель), "духом". Не гнев или негодование означает здесь раздражение, но горячность души и ревность, как и в другом месте, где говорится: "произошло огорчение" между ними (Деян.15:39). 2. Смотри, как это устрояется, тогда как он невольно остался здесь, ожидая своих спутников. Что значит: "возмутился"? Иначе сказать: возревновал; этот дар далек от гнева и негодования. Он не мог снести и скорбел духом. "Итак он рассуждал", говорит (писатель), "в синагоге с Иудеями и с чтущими Бога". Смотри: он опять беседует с иудеями. "Чтущими Бога", же называются здесь прозелиты, иудеи со времени пришествия Христова рассеялись повсюду, как потому, что с того времени закон потерял силу, так и для того, чтобы научать людей благочестию. Но сами они не получали никакой пользы, а только уверялись в своих бедствиях.
"Некоторые из эпикурейских и стоических философов стали спорить с ним". Афиняне тогда уже не управлялись своими законами, как подвластные римлянам. А отчего философы стали состязаться с ним? Они видели, что другие беседуют с ним и что этот человек пользуется славою. И смотри, как обидно они тотчас же (выражаются), – "душевный человек не принимает того, что от Духа Божия" (1Кор.2:14): "кажется", говорят, "он проповедует о чужих божествах". Демонами они называли своих богов; а города их были наполнены идолами. "И, взяв его, привели в ареопаг и говорили". Для чего повели его в ареопаг? Чтобы устрашить его, так как там судились уголовные преступления. "Можем ли мы знать, что это за новое учение, проповедуемое тобою? Ибо что-то странное ты влагаешь в уши наши. Посему хотим знать, что это такое? Афиняне же все и живущие у них иностранцы ни в чем охотнее не проводили время, как в том, чтобы говорить или слушать что-нибудь новое". Здесь указывается на то, что хотя они постоянно проводили время в том, чтобы говорить или слушать, но и для них казалось странным это (учение Павла), которого они еще не слыхали. "И, став Павел среди ареопага, сказал: Афиняне! по всему вижу я, что вы как бы особенно набожны. Ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник".
Не сказал прямо: идолов, но для предисловия к речи сказал: "вижу я, что вы как бы особенно набожны", по причине упомянутого жертвенника. "Бог", говорит, "сотворивший мир и всё, что в нем". Произнес одно слово, которым ниспроверг все учения философов. Эпикурейцы утверждали, что все произошло само собою и составилось из атомов; стоики, – что все телесно и (составилось) из огнеобразного вещества; а он говорит, что "мир и всё, что в нем" – дело Божие. Видишь ли, какая краткость и в краткости какая ясность? И смотри, что им казалось странным. То, что Бог сотворил мир. Что теперь всякий знает, того не знали афиняне и мудрейшие из афинян. Если же Он сотворил, то очевидно, что Он есть Господь. Заметь, какое, по словам его, отличительное свойство Божества: творчество, которое принадлежит и Сыну. И пророки везде говорят, что творить свойственно Богу, – не так, как эти (еретики), которые признают творцом иное существо, а не Господа, предполагая несозданное вещество. Здесь он высказал и подтвердил свою мысль, но некоторым образом ниспроверг учение и этих (еретиков). "Не в рукотворенных", говорит, "храмах живет ". (Бог) обитает и в храмах, но не в таких, а в душе человеческой. Смотри, как он ниспровергает чувственное служение (Богу). Как? Разве Бог не обитал в храме Иерусалимском? Нет, но только действовал. Разве Он не принимал служения от рук человеческих у иудеев?
Не от рук, но от души, и этого требовал не потому, чтобы имел в том нужду. "Ужели Я", говорит Он, "ем мясо волов и пью кровь козлов?" (Пс.49:13). Затем, сказав: "и не требует служения рук человеческих, как бы имеющий в чем-либо нужду", – не довольно ведь того, что Он ни в чем не нуждается, как сказано, хотя и это есть божеское свойство, но надлежит быть еще и другому, – он присовокупляет: "Сам дая всему жизнь и дыхание и всё". Указывает два отличительных свойства Божества: ни в чем не нуждаться и всем подавать все. Сравни с этим то, что говорили о Боге Платон или Эпикур, и все в сравнении с этим окажется пустословием. "Дая", говорит, "всему жизнь и дыхание". Вот и по отношению к душе, утверждает он, Бог есть творец ее, а не родитель. Посмотри еще, как он опровергает учение о веществе. "От одной крови", говорит, "Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли". Это гораздо лучше их (учения) и ниспровергает и атомы и (несозданное) вещество. Здесь он показывает, что и душа человеческая неделима, и что быть Творцом не то значит, что они говорят. А словами, что Бог "не требует служения рук человеческих", выражает то, что Он принимает служение душой и умом. "Он", говорит, "будучи Господом неба и земли", – следовательно не частные боги. "Бог, сотворивший мир и всё, что в нем".
Сказав наперед, как произошло небо, он потом изъяснил, что Бог живет не в рукотворенных (храмах) и как бы так сказал: если Он – Бог, то очевидно сотворил все; если же не сотворил, то Он и не Бог. Боги, говорит, которые не сотворили неба и земли, должны быть отвергнуты. Таким образом, он преподал учение гораздо выше философов (хотя и не сказал еще о важнейшем, так как еще не пришло время, а он говорил с ними, как с детьми) – учение о творении, господстве (Бога), о том, что Он не нуждается ни в чем. 3. Сказав, что (Бог) "от одной крови Он произвел весь род человеческий", он указал причину всех благ. Что может сравниться с этим величием? Удивительно – сотворить от одного столь многих; но еще удивительнее – обладать всеми. "Сам дая всему", говорит, "жизнь и дыхание". Что значит: "назначив предопределенные времена и пределы их обитанию, дабы они искали Бога, не ощутят ли Его и не найдут ли"? Никому, говорит, не нужно было ходить и искать Бога; или, если не так, то: определил искать Бога, но определил не навсегда, а на "предопределенные времена". Этими словами он выражает, что и теперь искавшие не нашли Его, хотя Он был так явен для ищущих, как бы находящийся пред нами осязаемый предмет. Не таково это небо, чтобы в одном месте оно было, а в другом – нет, чтобы в одно время было, а в другое – нет; но во всякое время и на всяком месте можно найти его.
Так устроил (Бог), что ищущим Его не препятствует ни место, ни время. Это самое и им много послужило бы во благо, если бы они захотели, т.е. что это небо находится везде, существует во всякое время. Потому он и сказал: "хотя Он и недалеко от каждого из нас", но находящегося близ всех. Это значит, что Бог не только дал нам жизнь и дыхание и все, но, что важнее всего, открыл путь к познанию Его, даровал то, чрез что мы можем найти и достигнуть Его. Но мы не захотели искать Его, хотя Он близ нас. "Недалеко", говорит, "от каждого из нас". Так, близок ко всем, говорит, находящимся повсюду во вселенной. Что может быть больше этого? Смотри, как он ниспровергает частных (богов). Что я говорю: "недалеко"? Он так близок, что без Него невозможно и жить. "Ибо мы Им живем и движемся и существуем". Как бы указывает на вещественный пример в таком роде: как невозможно не знать воздуха, который разлит повсюду и находится недалеко от каждого из нас, или лучше, находится и в нас самих, так точно – и Творца всего. Смотри, как (Павел) приписывает Ему все – и промышление и сохранение, бытие, действие и продолжение (всего). Не сказал: чрез Него, но, что означает большую близость: "Им". Ничего подобного не сказал тот поэт, который выразился: "мы Его и род". Тот сказал о Юпитере, а он относит это к Творцу, разумея не то самое существо, которое тот (разумел), – да не будет!