Страница 19 из 35
Итак, не будем лишать себя этой царской печати и знака, дабы нам не остаться незапечатленными и непрочными, но стоять на основаниях,— на основаниях твердых и не увлекаться. Вот признак людей, принадлежащих Богу,— удаляться от неправды! Ибо как Богу, Который праведен, может принадлежать тот, кто делает неправду, противится Ему делами своими и оскорбляет Его своими поступками?
» Две половины этого стиха указывают на моменты духовной жизни, кои относятся между собою как причина и действие и состоят в неразрывной связи. Основание — вера богопреданная, приемлющая надпись в духе принадлежания Богу, имеет в себе решимость ревнивую стоять в правде Божией и, приняв силы благодати, делом является содетельницею всякой правды, с удалением от всякой неправды.
Но помнить надлежит, что как в духе все совершается по законам свободного произволения, то последнее не есть последствие первого механическое, помимо свободы, а напротив, что свободное произволение, почерпая из веры побуждения ко всякой правде и обязательство к исполнению ее и чрез нее же получая благодатную на то силу, свободным решением определяет себя на делание всякой правды и делает ее в чувстве силы о Господе.
В ком сочетано то и другое, тот никогда не поколеблется. И се — твердое основание Церкви! Апостол говорит в сем месте словами Пророков. Первое изречение: позна Бог сущия Своя — взято из книги Чисел, где по случаю возмущения Корея, Дафана и Авирона, говоривших к Моисею и Аарону: что вы властвуете над нами, мы — сонм Божий, все святы, святой Моисей сказал им: мы не сами собою так поступаем, но Бог позна сущих Своих и приблизил их к Себе,— то есть Бог нас избрал, зная, что верны Ему пребудем (см.: Чис. 16, 5).
Второе взято или из слов святого Моисея, по тому же обстоятельству сказанных к народу, когда кара Божия готова была пасть на означенных возмутителей со всем родом их: отступите от кущ человек жестокосердых сих (Чис. 16, 26), или из слов святого Исайи, где, предсказывая пришествие Господне, избавление людей от рабства греховного и проповедь Евангелия,— он издали обращает речь к хотящим уверовать, чтоб мужественно отступали от упорствующих в неверии: отступите, изыдите от среды их, и нечистот их не прикасайтеся (ср.: Ис. 52, 11).
Как применимо все сие к речи Апостола, очевидно само собою. Стих 20. В велицем же дому не точию сосуды злати и сребряни суть, но и древяни и глиняни, и ови убо в честь, ови же не в честь. Решается второе недоумение: зачем есть слабые в вере и в жизни по вере? Ответ в настоящем стихе такой: так необходимо по течению дел настоящего периода бытия мира и людей.
Объясняется он сравнением положения дел в Церкви с порядками по домоправлению. Как в большом доме бывают вещи золотые и серебряные, бывают и деревянные и глиняные,— и одни из них обращаются на почетное употребление, а другие на непочетное: так и в Церкви — сем доме Божием, великом и славном, есть лица, отвечающие достоинством своим золоту и серебру, и есть лица, отвечающие дереву и глине, — и бывают из них одни досточтимы, а другие никакой не имеют цены.
Последняя половина сравнения Апостолом умолчана. Ее надлежит дополнить нам самим,— и дополняем, как показано. И самая причина, почему так бывает, не обозначена, а только дано разуметь, что как в доме бывает и хорошее и нехорошее, так и в Церкви или среде верующих. Намекается будто: будьте довольны и этим показанием, а далечайшего и глубочайшего не ищите.
Не ваше дело, как и святому Антонию Великому сказано было свыше на пытливое его искание, почему есть добрые и злые. И Спаситель, говоря о Царстве Своем,— притчами о земле, засеянной добрыми семенами, на которой, однако ж, показались потом и плевелы, и о неводе, захватившем добрых и худых рыб,—показал только, что и в Церкви Его так будет, до судной жатвы и до окончательного разбора дел; а почему так будет, не сказал.
Конечно и Он так поступил, внушая, чтоб мы не брались не за свое дело, а веровали, что Господь все устрояет к наилучшему. Думается, что слова: золотые и серебряные, деревянные и глиняные, также в честь и не в честь,— Апостол употребил только для яснейшего показания разности в вещах, бывающих в доме, а не имел в мысли иносказательно указать этим на такие и такие именно разные лица, бывающие среди верующих в Церкви.
Почему можно оставить их без иносказательного истолкования. Впрочем, блаженный Феодорит не счел излишним дать им истолкование, но пишет: «Апостол уподобил сосудам золотым — сияющих благочестием и добродетелию (от всего отрешившихся и Богу всю жизнь посвятивших), серебряным же — при вере и праведности возлюбивших жизнь гражданскую (благочестивых мирян)
, деревянным и глиняным — живущих в злочестии и лукавстве». Под домом наши восточные толковники — святой Златоуст, Феодорит, Экумений и Феофилакт — разумеют мир, а западные — Амвросиаст и, говорят, Киприан и блаженный Августин — разумеют Церковь. Хотя, по течению речи, более к делу подходит последнее разумение; но не следует устранять и первого.
Потому что вопрос о смешении добрых и злых порождается и положением всего мира; почему при решении его нельзя не брать и этого во внимание. К тому же и мир есть дом Божий. Стих 21. Аще убо кто очистит себе от сих, будет сосуд в честь, освящен и благопотребен Владыце, на всякое дело благое уготован. Здесь и причина указывается, по коей благость Божия благоволит терпеть вместе с добрыми и худых, как в Церкви, так и во всем мире, подобно хозяину, терпящему в доме и хорошее и худое.
Хозяин терпит и худое, потому что оно пока к чему-либо гоже, не имея надежды, что оно станет хорошим; Господь же терпит не по этому одному, но особенно потому, что свободная тварь, неверующая и худо живущая, может прийти в себя, опомниться и измениться на лучшее. «Сосуды,— пишет Феодорит,— осудила сама природа (если они не в честь), а людей честными или нечестными соделала воля».
Но сия воля, сейчас неисправная, сейчас же может измениться в исправную. «Выбор лучшего зависит от нашей решимости» (блаженный Феодорит). Решится худой с Божиею помощию — и начнет быть хорошим. Сего-то момента ожидая, благость Божия щадит неверующих и недобрых и удерживает готовую покарать их правду Божию. Это и разумеет Апостол, говоря: аще кто очистит себе от сих.
— От сих — от того, что делает его похожим на сосуд не в честь, от страстей и грехов. Очистить себя — значит: сознать худобу худого в себе, отвратиться от него, положить твердое намерение не делать его более и, исповедав то духовному отцу, получить разрешение и потом уже не допускать себя впадать в ту же вину. Утвердившийся в сем, чистом от всякого худа, образе жизни, внешней и внутренней, уже не будет походить на сосуд в доме, который не в честь, но станет сосудом в честь, благопотребным и гожим на всякое доброе дело — и, кроме того, освященным,— станет некако священною вещию,—как и в самом деле есть: ибо он тогда не прост будет, а благодатию преисполнен и Бога в себе носить будет.
Сего ради изменения и поступления, вместо бесчестного, в такое светлое состояние и терпятся худые. Святой Златоуст говорит: «видишь ли, что быть золотым или глиняным зависит не от природы или вещественной необходимости, а от нашей воли? В природе глиняный сосуд не может сделаться золотым и золотой не может сделаться столь низким, как глиняный; а здесь (в душах людей) бывает великая перемена и превращение.
Павел был глиняным сосудом, но стал золотым; Иуда был золотым сосудом, но стал глиняным. Таким образом, нечистота делает людей глиняными: прелюбодей, корыстолюбец суть глиняные». Что значат в применении слова: сосуд освящен, благопотребен, на всякое дело уготован — можно не пытаться определять в частности. Обще же они значат, что верою и благодатию очистившийся от всего худого, нечистого и страстного, и предавший себя вседействию Божию соделывается в руках Божиих орудием, благопотребным к исполнению промыслительных Его действий о мире и человеках.
Умеет таковой внимать и слышать разумно в сердце своем Божий веления и потом, не щадя живота, исполнять их. Почему в действиях своих он всегда попадает на след воли Божией: что всего драгоценнее для всякого христианина, тем паче для архипастыря. Так как такого рода состояние делает достигшего его наиблагоразумнейшим; то можно положить, что речь Апостола с 19-го стиха указывает путь к достижению благоразумия, о коем он начал давать архипастырю уроки с 14-го стиха.
После сего следующий, 22-й, стих будет иметь значение заключительного предостережения от того, чем можно потерять сей дар, и указания на то, чем он обезопашивается и укореняется. Стих 22. Похотей юных бегай: держися же правды, веры, любве, мира со всеми призывающими Господа от чистаго сердца. Того бегай, а этого держись — и будешь Домувладыце сосуд благопотребен, то есть будешь в руках Господа благопотребное орудие к водворению спасения среди людей. Святой Тимофей, конечно, уже был таков.