Статьи и речи

И как раз после воскресенья laetare наступает четвёртая неделя поста, когда читается Евангелие о слепорождённом, когда читается Евангелие о воскрешении Лазаря, когда каким‑то особым совершенно образом переживается вхождение будущих христиан, катехуменов, в церковь, их духовное прозрение, с одной стороны, и радость покаяния для тех, кто уже крещён, но уже своими грехами сумел себя поссорить с Богом.

Осталось ещё две недели поста, последние пятнадцать его дней, они называются временем Страсти – Temps de la Passion. Если на Востоке одна Страстная неделя, то на Западе две недели, которые связываются со Страстями Иисуса, и, в сущности, особые богослужения начинаются уже в пятницу перед Вербным воскресеньем. Эта пятница называется днём Божьей Матери семи скорбей, или Notre Dame de sept douleurs, в разных языках по–разному, но суть одна и та же: это праздник в честь Богородицы, праздник в честь Святой Девы, который всецело связан с Её стоянием у креста, с тем, что Она становится соучастницей страданий Своего Сына. Уже интроит этого дня подчёркивает то, о чём пойдёт речь во время сегодняшнего богослужения. Это 25–й стих 19–й главы Евангелия от Иоанна, я прочитаю первые строчки по–латыни, потому что это важно. Stabant juxta crucem Jesu mater eius et soror matris eius, что значит: juxta crucem - стояли около креста Иисусова; Mater eius et soror matris eius – Её сестра.

Stabat mater – вот отсюда Якопоне да Тоди, францисканский монах, который жил на рубеже XIII‑XIV веков, возьмёт первые слова для своей знаменитой секвенции Stabat Mater dolorosa – стояла Мать, juxta crucem tecum stare. Там будут слова секвенции Якопоне: стоять вместе с Тобою, обращается к Святой Деве автор, рядом с крестом, у креста – juxta crucem. Здесь, действительно, все слова берутся из евангельского стиха, который становится интроитом во время богослужения в пятницу, после воскресения Страсти, после того дня, который называется Domenico di Passione. Значит, всё богослужение посвящено Святой Деве, Божьей Матери, и Её стоянию у креста. Этому посвящено и Евангелие. Это как раз то самое место из Иоанна, где рассказывается, как Мария стояла у креста Иисуса и как, увидев рядом с Ней ученика, Иисус, обращаясь к Матери, сказал: вот Твой сын, и, обращаясь к ученику, сказал: вот твоя Мать, и таким образом как бы усыновил человечество Марии, в лице любимого ученика усыновил человечество Марии. Это, с точки зрения богословской, очень важный момент: он становится центральным во время этого богослужения. Градуал составлен опять‑таки из текстов песнопений в честь Матери Божьей – Dolorosa et lacrimabilis es Virgo Maria – Ты полна скорби и вся в слезах, Дева Мария, стоящая у креста Господа Иисуса, Твоего Сына и Искупителя.

А затем, после градуала и трактуса, звучит, правда это нововведение XVIII века, в качестве секвенции звучит полностью гимн:

Stabat Mater dolorosa

juxta crucem lacrimosa

dum pendebat Filius

cuius animam gementem

contristatam et dolentem,

pertransivit gladius.

O quam tristis

est afflicta

fuit illa benedicta

mater Unigeniti!

Quae maerebat

et dolebat pia mater

dum videbat

nati poenas incliti!

Я не буду, с Вашего разрешения, полностью давать перевод этого гимна, потому что его можно найти в книжках. Есть прекрасный, правда со снятыми рифмами, перевод Василия Андреевича Жуковского; есть с сохранёнными рифмами перевод Эллиса, поэта начала ХХ века, поэта, одного из символистов, который затем уехал в Европу и стал католическим священником. В его книге, по–моему, она называется Стигматы, есть и перевод этой секвенции. Так вот, интересно, что эти гимны, они всё‑таки создавались не для конкретного места в ткани богослужения, и Stabat Mater – казалось бы, такой, как говорят обычно, один из семи великих гимнов западного средневековья.

Действительно, насчитывается только семь гимнов такой значимости, как Stabat Mater, а вот когда Якопоне его составил, то всё это было написано для внелитургических песнопений. Только в XVIII веке ему было определено место в богослужении, в качестве секвенции, то есть перед чтением Евангелия в день Богородицы семи скорбей. Причём, надо сказать, что в средневековых ритуалах было довольно много секвенций в самые разные дни. В настоящее время осталось только, я думаю, четыре праздника в течение литургического года, или максимум пять, когда положены секвенции. Это день Богородицы семи скорбей, то есть пятница, за два дня до Вербного воскресенья, когда поётсяStabat Mater, это дневная пасхальная служба – не вечерняя служба Vigilia Paschali, а именно уже утренняя Литургия в самый воскресный день, когда звучит секвенция Victimae Paschali, laudes immolent Christiani, о ней в следующий раз; это Пятидесятница, пятидесятый день после Пасхи – День сошествия Святого Духа, когда поётся секвенция Veni Sancte Spiritus – Приди, Дух Святой, Et emitte caelitus lucis tuae radium – ниспошли нам с неба луч Твоего света; Veni Pater pauperum, veni, datur munerum, и так далее, там всё рифмуется.

Вообще большинство секвенций замечательны тем, что они писались в те времена, в XII, XIII веках, когда европейское стихосложение только–только открыло рифму и поэтому там всё рифмуется. Кроме того, конечно, секвенция положена во время Литургии об усопших, во время Литургии, которая совершается 2 ноября, в день Всех усопших, на другой день после дня Всех Святых. Есть у Клоделя прекрасные стихи о богослужении этого дня, это Dies ira, конечно. И просто во время погребения, когда совершается месса о умершем, когда его хоронят, то же самое, – есть секвенция Dies ira, dies illa. Она написана тоже францисканцем, непосредственным учеником святого Франциска – Томмазо да Челано (Фомой Челанским), и этот гимн тоже поётся в качестве секвенции.

И, наконец, есть ещё праздник, который называется F? te‑Dieu – это как бы повторение дня Тайной Вечери, но только не во время поста, а уже после Пятидесятницы, в четверг, на второй неделе после Пятидесятницы, его латинское название – Corpus Christi, праздник Тела Христова. Этот праздник зачастую теперь переносится на воскресенье, второе после Пятидесятницы. По той причине, что все работают и в будни никто не может приходить в церковь, богослужебные торжества приходятся теперь, в основном, на воскресные дни. А раньше это был четверг. В этот день поётся замечательный гимн Laude, Sion, Salvatorem, который написал Фома Аквинский: Сион, восхвали Спасителя.

Ну вот и все секвенции в честь святых, в честь других праздников. Если взять многотомный Acta Sanctorum, в который были собраны в XVIII веке не только жития святых, но и песнопения в честь святых, можно найти десятки, если не сотни секвенций в честь разных святых и праздников, но они ушли в прошлое, они сегодня уже не звучат, это рудимент средневековья. И более того, даже в музыкальных текстах их уже почти нет, то есть они были когда‑то в XII, XIII веках, их было много, а к эпохе Тридентского собора, к XVI веку, они почти все уже вышли из употребления.

Замечательная секвенция Stabat Mater dolorosa ещё раз прозвучит полностью в качестве секвенции, тоже перед Евангелием, 15 сентября, потому что 15 сентября праздник Семи скорбей Богородицы повторяется. Его переживают верующие Великим постом, в пятницу перед Вербным воскресеньем, и затем он повторяется 15 сентября, и тогда вновь звучит этот гимн о Скорбящей Матери, которая вся в слезах стояла при кресте, на котором висел Её Сын, душу которой – стенающую, скорбящую и печальную пронзил меч, pertransivit gladius. Здесь имеется в виду, что в Евангелии от Луки, в самом его начале, говорится, что старец Симеон в день Сретения Господня предрёк Марии, что и Ей самой меч пронзит душу. Так вот, это вспоминает автор секвенции: О, как печальна, полна печали – наверное так, была эта благословенная Матерь Единородного Сына, Которая печалилась и страдала, Благая Матерь, когда видела муки висящего Сына. Надо сказать, что мне очень трудно переводить сейчас с листа этот текст – не потому, что он труден по грамматике, грамматика самая простая; он написан уже в те времена, когда латынь была для авторов не совсем родным языком и поэтому все эти тексты написаны очень просто, с точки зрения грамматики.