Статьи и речи

А то, что говорит Иисус, не надо вырывать из контекста. Вот, что Он говорит: «Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам; Ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят» (Мф.7:7–8), и дальше: «Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними; ибо в этом закон и пророки» (Мф.7:12). Значит, Господь не просто зовет нас просить, чтобы нам было дано, но зовет нас искать, а искать — это уже действие, активное действие! Зовет нас стучать, зовет нас к действию, а не только к молитве. Молитва не имеет смысла без действия, молитва тогда значима, сильна и не кощунственна, когда она вводит нас в действие, когда она призывает нас к действию. Если мы действительно молимся, а не просто, кощунствуя, произносим слова молитвы, то просим мы Бога изменить не ситуацию, а нас самих! Мы просим сил, мудрости, терпения, смирения, мы просим решимости и дерзновения. И если ситуация такова, что ее необходимо менять, то мы просим сил, чтобы изменить ее, просим сил, чтобы быть активнее, просим сил, чтобы побеждать зло добром.

Святитель Тихон Задонский в XVIII веке говорил: «Молитва — это хлеб для души». Действительно, молитва питает душу, укрепляет душу, укрепляет наше сердце. Это такая пища ангельская, которая укрепляет нашу душу, наше сердце, как хлеб укрепляет наше тело. И молитва, когда мы понимаем ее именно так, очень много дает, она действительно преображает нас, она действительно дает нам увидеть реальность в подлинном свете.

Возьмите комнату. Если в этой комнате темно, то мы не видим, какие там стоят вещи, какие на стенах висят картины или фотографии. Мы наощупь чувствуем, что на стенах что‑то висит, что на столе лежат какие‑то книги и бумаги, но не знаем, что в этих книгах написано, не знаем, что на этих картинах нарисовано. Но вот в комнате загорается свет. Все остается на своих местах — и книги, и бумаги, и картины, — но теперь, при свете, мы видим все то, что в темноте только нащупывали, мы видим, что написано в книгах и на бумагах, видим, что нарисовано на картинах и т. д.

Так и в процессе молитвы — мы открываем мир в его подлинности. То, что мы, пока не молимся, только нащупываем, как будто в темноте, при свете Христовом, который просвещает всех, мы начинаем видеть. Вот, что дает нам молитва. Действительно, очень много, больше, чем много. Молитва дает нам видение, молитва дает нам зрение, молитва освещает нашу жизнь, как свеча освещает абсолютно темную комнату. Именно через молитву Бог дает нам все возможности, чтобы творить святую волю Его, быть проводниками Его воли в жизни.

Но, повторяю, Бог не человек, Бог не похож на человека, и у Него нельзя что‑то выклянчить, выпросить, вымолить. Молитва это не магическое заклинание, которое, как кажется язычнику, изменяет реальность. Молитва — это выход на прямой разговор с Богом, Который изменяет и укрепляет меня. Не реальность изменяет молитва, а меня. Не мир вокруг нас переделывается, благодаря моей молитве, не подносится мне что‑то на блюдечке, благодаря этой молитве, нет — у меня появляются силы, у меня появляется мудрость, у меня появляется смелость, терпение, дерзновение, смирение, решимость.

Все это дает Бог в избытке и в преизбытке, если мы молимся, если мы действительно распахиваем перед ним сердце, а не пытаемся, оставаясь абсолютно пассивными, выклянчить что‑то у Него. Поэтому после слов «просите, и дано будет вам» в Евангелии говорит нам дальше Иисус: «ищите, и найдете». Он зовет нас не просто просить, но искать, Он зовет нас делать и действовать, Он зовет нас, прежде всего, то, что мы бы хотели получить от кого‑то, давать другим.

Вот, что открывается нам через молитву, поэтому без молитвы жизни нет, без молитвы есть только существование. Без молитвы мы живем как будто в состоянии расслабленности, в состоянии паралича. Как Он укрепляет нас, когда мы молимся! Поэтому действительно нельзя не воскликнуть вместе с учениками: «Господи! научи нас молиться, как и Иоанн научил учеников своих» (Лк.11:1).

В наших молитвословах и разных других духовных книгах есть множество Божественных молитв, которые, как некогда сказал Пушкин, «удивительным образом ориентируют нас на подлинность молитвы». Прежде всего, это, конечно, молитва Ефрема Сирина. Удивительная молитва, составленная в глубокой древности, в первые века истории нашей церкви, она полностью отражает то, что необходимо говорить сердцем, обращаясь к Богу. Мы просим у Бога и Владыки нашей жизни не дать нам «духа праздности, уныния, любоначалия и празднословия», и мы просим даровать нам «дух целомудрия, смиренномудрия, терпения и любви». Мы просим дать нам дар видеть наши грехи и не осуждать ближних. Вот, наверное, программа для первой молитвы почти каждого или просто каждого дня. Не только во время Великого поста, но вообще, когда трудно, когда молитва не получается, тогда надо использовать этот удивительный дар от Бога, полученный нами через преподобного Ефрема, эту молитву, которая нас именно ориентирует на то, что просить.

А то, что получается? Иван Сергеевич Тургенев, который был человеком нецерковным, но глубоко верующим, был человеком капризным и наблюдательным и, иногда, ядовитым, говорил о молитве: «Всякая молитва заключается в том, что мы просим: «Господи, сделай так, чтобы дважды два не было четыре!» Но просить об этом бессмысленно, глупо и нелепо. И поэтому, именно потому, что мы просим о том, чтобы дважды два не было четыре, наши молитвы оказываются «неуслышанными». Нам же надо просить сил и мудрости, терпения и смирения и, повторяю, дерзновения и решимости! Мы с вами часто говорим, размышляя о христианской жизни, что важно, чтобы христианин был кротким, терпеливым, смиренным, любвеобильным, но очень часто забываем о том важнейшем качестве христианина, которому на самом деле нас учит Господь на каждой странице Евангелия, и которому нас учат святые мученики и подвижники: это решимость, дерзновение, смелость, бесстрашие. Вот решимости нам, христианам, здорово не хватает!

О. ГЕОРГИЙ ЧИСТЯКОВ

ОТВЕТЫ НА ВОПРОСЫ

ПОСЛЕ РАДИОБЕСЕДЫ «О «НЕУСЛЫШАННЫХ» МОЛИТВАХ»

09.05.96 г.

(кассета 14, сторона А)

— Я бабушка, у меня три внучки, так уж сложилось, что мы без мамы их растим, и сын из‑за разных неприятностей начал выпивать. И мы вчетвером, три внучки и я, молимся за него. У нас, правда, адреса разные, кто кому молится: кто Богородице, кто Иисусу Христу, кто Николаю Угоднику, кто Пантелеймону. Может быть, у нас недостаточно любви, или это невозможно, если человек сам не задумает исправить себя?

— Мы с вами должны о чём молиться? Чтобы Господь вас всех вразумил научиться чувствовать друг друга. Дал вам мудрость, дал вам силы, смирение, терпение, решимость почувствовать друг друга, передать друг другу свою любовь, свою боль и своё страдание. Чтобы вы все пятеро, три ваших девочки, Вы и папа их, чтобы вы все вместе почувствовали друг друга, и чтобы он мог опираться на вас четверых и через вас на Бога, а не кидаться к наркотику, не кидаться к рюмке, которая помогает ему забыться, отвлечься. Вы должны помочь ему своей любовью переориентироваться. С выпивающим человеком, с алкоголиком всегда повторяется одна и та же история: человек ищет лёгкого выхода, человек ищет простого способа, как забыться, как отключиться, как выпасть из ситуации. Это уход из ситуации. А нам с вами надо ему помочь найти решимость, дерзновение, найти силы справляться с ситуацией. И найти силы (а эти силы только у Бога можно найти), чтобы, в конце концов, изменить ситуацию.

Ваш сын и папа ваших девочек должен почувствовать, что вы – это стена рядом с ним, должен почувствовать вашу поддержку, должен почувствовать вашу любовь и, в конце концов, почувствовать, что девочкам он нужен здоровый и невыпивающий! Что девочкам он нужен работоспособный не только для того, чтобы деньги зарабатывать, но работоспособный для того, чтобы они могли жить нормально друг с другом, делиться всеми новостями, проблемами, чтобы они могли составлять действительно живую и активную семью. Вот, что он должен почувствовать: что они его ждут здоровым, что они его ждут трезвым, причём трезвым не в смысле антонима к слову «пьяным», а в смысле какой‑то внутренней трезвости, внутренней глубины. Ведь чем старше они будут становиться, тем больше они будут нуждаться в отце! У нас какой‑то биологический подход к проблеме отцов и детей: маленький ребёнок, как маленький котёнок, нуждается в родителях, ребёнок вырастает и перестаёт нуждаться в родителях, как в них перестаёт нуждаться котёнок в своей матери кошке. Нет, наоборот, у людей всё наоборот! Чем мы старше, тем больше и больше нуждаемся мы в наших родителях, потому что мы нуждаемся в их мудрости, мы нуждаемся в их любви, в их поддержке! И девочки в нём будут нуждаться всё больше и больше. Это биологическая нужда в нём пройдёт, что папа оденет, обует, укроет, даст денежку и т.