Статьи и речи

Слушатель: Добрый день. Мне кажется, что в очень большой степени источником порождения суеверий является сама религия. Религия от науки отличается тем, что наука, ставя перед собой проблему, решая ее, движется от приближения к приближению. В прекрасном переводе Рачковским Корана на русский язык с арабского суеверия трактуются как происходящие от аравийского слова"суе" — "ночь". В связи с этим я хотел бы спросить отца Георгия, как он считает, церковь считает себя ответственной за ту модель, которую он создала на протяжении столетий: земля плоская, Бог наверху, чуть ниже — ангелы, в самом низу — черти, и грешники мечутся?

Но, кроме суеверий, есть еще и знамения. Вот давайте посмотрим на эту проблему таким образом. Как известно из Библии, евреи питались манной небесной в течение ровно 1 года и 1 месяца, и вместе это дает число 11. Как вы считаете, события 11 сентября 2001 года — это не знамение Бога евреям, чтобы они перестали вести не угодную Богу жизнь?

Татьяна Ткачук: Отец Георгий, пожалуйста.

Георгий Чистяков: Ну, конечно, события 11 сентября никакого отношения не имеют к тем нумерологическим выкладкам, с которыми нас сейчас познакомил наш радиослушатель. Что же касается того, что мы, христиане, ответственны, безусловно ответственны за то, что в минувшие века зачастую нашими предками распространялись и насаждались какие‑то идеи, на самом деле, далекие от Евангелия, далекие от того, чему учит Христос, и далекие от научной правды…

Знаете, еще Владимир Иванович Вернадский заметил, удивительно тонко и замечательно, что христианство очистилось от чего‑то такого лишнего только к XX веку. Вот в XX веке наука и религия поняли, что они могут сосуществовать, не претендуя на то, чтобы одна заменила другую, и вместе с тем быть полезными человечеству, каждая по–своему.

Татьяна Ткачук: Спасибо, отец Георгий. И, Елена, вопрос к вам. Несмотря на усилия церкви, несмотря на усилия в свое время Коммунистической партии, суеверия продолжают жить, и ничего с ними сделать невозможно. Каковы, на ваш взгляд, культурные факторы и механизмы, позволяющие поддерживать суеверия в таком массовом сознании?

Елена Левкиевская: Сразу нужно сказать, что, помимо культурных факторов, существует огромное количество факторов, влияющих на сохранение такой вот мифологизированной формы сознания. Это и социальные факторы, и психологические, и даже политические, и многое другое. Но поскольку в рамках нашего сегодняшнего разговора я ответственна за культурологический аспект, я бы хотела остановиться на нем подробнее. Дело в том, что для культуры существует огромная проблема — это передача культурной информации (а суеверия, как ни странно это может прозвучать, тоже культурная информация), которая по тем или иным причинам важна для общества, передача ее в последующие поколения.

Поскольку наша жизнь неспокойная, существовали войны, эпидемии и многое другое, в результате чего какое‑то поколение почти оказывалось выбитым, полностью уходило из жизни, то существовали механизмы, позволяющие передать эту информацию дальше. Вот суеверия вполне, как и весь комплекс народных представлений, очень часто передаются не прямо от одного поколения к другому, например — от матери к дочери, а от бабушки к внучке, то есть через поколение. Кстати говоря, Осип Мандельштам очень остро и тонко это почувствовал, когда в своем стихотворении писал:

"И ни одно сокровище, быть может,

Минуя внуков, к правнукам уйдет.

И снова бард чужую песню сложит

И как свою ее произнесет".

Вот эта живучесть суеверий объясняется, с одной стороны, важностью этой культурной информации для общества, потому что это позволяет не просто человеку снимать стресс в каких‑то ситуациях, а строить его отношения как с другими членами общества (потому что существуют запреты и предписания), так и с окружающим миром. Это делает мир из хаотического, непонятного, непредсказуемого — космическим, понятным и предсказуемым и регулирует поведение человека в обществе и в природе. И именно это с культурологической точки зрения помогает суевериям выжить среди вот этого потока новой культурной информации, которая сейчас существует.

Татьяна Ткачук: Спасибо, Елена.

И снова Петербург, Юлия Михайловна на линии. Здравствуйте.

Слушатель: Добрый день. Хочу сразу сказать, что всегда с удовольствием мы слушаем отца Георгия, только в последнее время редко стали его слышать. Много лет тому назад, когда моя дочь поступала в университет и шла на очень важный экзамен, ей пришлось вернуться с полдороги, потому что она забыла кое‑что очень важное. И что? Она прекрасно сдала этот экзамен! И вот с тех пор я перестала верить во всякие суеверия. А тем, кто верит в суеверия, я хочу сказать, что никак это с христианством не соотносится. Знаете, дорогие друзья, если бы наша жизнь зависела от полного соблюдения всех примет, подумайте, как бы хорошо сложилась наша жизнь!

Татьяна Ткачук: Спасибо вам за звонок.

Давайте мы поговорим об одном из самых распространенных суеверий — о боязни"сглаза". История этого суеверия, как удалось мне узнать, оказывается, такова: в Древней Индии считали, что душа человека обитает в его зрачке, и, следовательно, в зрачках недоброжелателя или даже колдуна обитает злая душа, и вот эта злая душа может похитить душу другого человека. Вот любопытная статистика по Соединенным Штатам Америки: опросили 1300 студентов Стенфордского университета, и оказалось, что 84 процента девушек и 72 процента юношей верят в сглаз (это данные из книги профессора Гиффорда"Дурной глаз"). В общем, цифры говорят сами за себя, на мой взгляд. На одном из психоаналитических сайтов я прочла, что главная причина столь широкой веры в сглаз — это психологическая напряженность, которая возникает, когда люди пристально разглядывают друг друга (вспомним, кстати, предупреждение, касающееся агрессивных собак, что нельзя агрессивной собаке, собаке–охраннику, бойцовской собаке смотреть в глаза). Однако эта теория, на мой взгляд, не очень увязывается с другими попытками объяснить природу вещей. Психологи часто говорят: не доверяйте людям, которые избегают смотреть вам в глаза при разговоре, это плохой признак. Татьяна, в чем здесь противоречие, и что же ближе к истине?

Татьяна Мизинова: На самом деле, если честно, я не вижу здесь глобального противоречия. Да, действительно, когда мы смотрим пристально друг другу в глаза — это бессознательно воспринимается как своего рода провокация — либо сексуальная, либо агрессивная провокация. Поэтому это создает определенное напряжение и дискомфорт. Что касается того, что люди, говорящие неправду, отводят взгляд и стараются не встречаться глазами, да, действительно. Ведь только 40 процентов мы получаем информации из уст человека, а все остальное мы как бы считываем с его невербальной стороны — и здесь глаза как раз играют очень большую роль, не зря же их называют"зеркалом души".

В зависимости от того, куда человек во время речи переводит взгляд, можно даже определить, говорит он правду или нет. Когда человек говорит неправду, он как бы конструирует, выстраивает логические построения, и при этом активизируются определенные зоны головного мозга, в связи с чем рефлекторно человек передвигает глаза вправо наверх. Поэтому, зная какие‑то правила, достаточно просто понять, насколько человек с вами искренен или нет. В общем‑то, люди, наверное, на основании какого‑то опыта умеют это определять и, соответственно, не доверяют людям, отводящим взгляд.

Глаза, конечно, вообще играют очень большую роль в наших коммуникациях. И не случайно мы можем говорить о сглазе как об одном из самых распространенных суеверий.

Татьяна Ткачук: Спасибо, Татьяна. Елена, что вы думаете по поводу этого суеверия?

Елена Левкиевская: Сглаз действительно одно из самых распространенных суеверий в нашей культуре. И это представление о вредоносности"злого глаза"исходит из более общих представлений о материальности взгляда, о том, что взгляд — это некое вполне реальное физическое оружие, своеобразное только, что может поразить другого человека, если на него смотрит человек со злой волей, со злыми мыслями, который хочет этому другому человеку навредить. Недаром наибольшее количество оберегов, особенно детей, скота, дома, существует именно от сглаза, и есть всевозможные"профилактические средства"его предотвращения.