Страница 90 из 163
Вот как тяжко человеческой душе при одной мысли о том, как будет раздираться риза Христова — Святая Церковь.
Конечно, святой патриарх Фома знал и веровал во все обетования торжества Церкви, знал, что эти испытания и потрясения не могут сделать бессильными эти обетования, но всё же так скорбел о грядущих днях церковных испытаний, что просил у Бога смерти.
С тех пор прошло почти полторы тысячи лет.
Да, пришли тогда тяжкие испытания и потрясения для Церкви, но были ли это последние испытания? И мы, теперь живущие при новых испытаниях и при новых потрясениях Церкви, скажем ли, что они последние?
Каков внутренний смысл наших современных церковных разделений?
Если отбросить от этих разделений игру честолюбия и всевозможные наносные мотивы и побуждения и оставить лишь самое существо этих разделений и разномыслии, опасных и страшных для Церкви, то они, несомненно, могут быть определены как стремление части церковного общества к обмирщению.
Вот эта стихия, отрывающая часть Церкви, толкающая её на приспособление к мирской жизни, — это и есть внутреннее содержание всех современных разделений и отделений от православия. Православная Церковь хочет остаться Царством Христовым, Царством"не от мира сего". Есть люди в Церкви, которые захотели соединить с царством мирским Святую Церковь, в этом лежит опасное и страшное для Церкви. Сейчас идёт борьба церковная не за что иное, как за этот принцип, чуждый Церкви, за это насильственное приспособление"не от мира сего"церковного Царства к мирскому, земному царству. А чему это научает нас, православных?
Ведь не только же мы должны скорбеть — мы должны чему‑нибудь в этих скорбях научиться. Да, мы научаемся, хоть и плохо научаемся!
Тяжкие церковные распри должны нас научить, как нам надлежит сохранять своё православие.
Ведь в ту эпоху, до которой не хотелось дожить патриарху Фоме, блюстители православия объединились с такой крепостью и такой твёрдостью друг с другом, что чем больше возникало опасностей разделения, тем оставшиеся верными православию объединялись, теснее.
Православие, ныне потрясаемое разделениями, в чём же должно выразить своё основное единство?
Оно должно выразить его в вящем, сугубом, особом подчинении уставу.
Никогда не стоял так высоко авторитет церковных канонов и церковного устава для верующих, как именно сейчас. Надо от многого отказываться во имя устава, даже от того, что имеет видимость практичности, что имеет видимость улучшения в Церкви. Сейчас не время никаким улучшениям в смысле новшеств именно потому, что сейчас ведётся борьба с обмирщением Церкви. Придёт время, Церковь, если пожелает, иное видоизменит. Но ныне надлежит вознести на должную высоту значение церковных канонов и устава.
А как мы здесь расхлябались, до чего нам нужно здесь многому научиться!
Вот сегодня, перед тем как началась исповедь, меня вызвали сюда, в храм, потому что некто, пришедший посмотреть храм наш, пожелал пройти в алтарь — "посмотреть".
И как он был удивлён, и как он был возмущён, когда я сказал, что в алтарь войти ему не позволю! И когда он вопросил меня:"Почему?", я ему сказал о том, что есть канон Церкви, воспрещающий мирянам ходить в алтарь. Он был так озадачен этим, что вдруг сказал мне:"Нет такого канона". И потом в доказательство права прогуливаться по алтарю сказал, что он везде был и его везде пускали.
Вот это общее, ходячее, обывательское отношение к канонам Церкви! Нам надлежит восстановить должное отношение к церковным правилам, тогда у нас не будет ни общей исповеди, ни нарушения постов, ни искажённого богослужения, ни хождения в алтарь, ни многого того, что у нас есть ныне. Но этого одного недостаточно, чтобы оградить Святую Церковь от обмирщения.
Это есть лишь внешнее, что будет для нас твердыней, защищающей Святую Церковь от обмирщения, но это не всё.
Надлежит, чтобы верующие начали строить свою духовную жизнь в противовес строящейся мирской жизни.
Ныне совершается память св. Иоанна Лествичника. Вот тот путь, по которому надлежит идти современному христианину, действительно понимающему смысл и значение современной эпохи. Надлежит верующим твёрдо и ясно осознать, что безбожная мирская жизнь противоположна духовной жизни, что здесь нужно выбирать или то, или другое.
Надо забыть, что в монастырях живут какие‑то специалисты по спасению, а в миру можно жить как вздумается, что Святая Церковь здесь существует лишь постольку, поскольку она не мешать нам жить, как живёт безбожный мир.
Аминь.
16 апреля 1927 г.
За всенощной
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Вот к концу подходит Великий пост. Мы в преддверии Страстной седмицы.
И, оглядываясь на проведённый пост, конечно, каждый чувствует, что он не вполне так пережил его, как бы должно и как бы ему хотелось.
Но когда мы, верующие, смотрим на жизнь людей, стоящих вне Церкви, нас охватывает ужас.
В самом деле, если из нашей жизни выбросить всё то лучшее, что нам дают вот такие великие дни, даже при условии нашей греховной жизни, что же в ней останется?
Ведь когда ты чего‑нибудь не имеешь, тебе нетрудно без этого жить, но когда ты имеешь и теряешь, тогда только понимаешь, чего лишился.
Людям неверующим, не знающим, что даёт религиозная жизнь, невдомёк, какие они несчастные, потому что они совершенно не могут представить себе, какой драгоценности они лишены, какая у них пустота, какая у них темнота, какая внутренняя бессодержательность, какая никчёмность всей жизни.
Но вот когда человек верующий представит себе, и особенно если действительно потеряет веру, тогда ему делается ясно, что даёт вера.
Господь Иисус Христос подготовлял долго Своих учеников к грядущим Своим страданиям — подготовлял их, чтобы не соблазнились, не усомнились, видя унижение и поругание Сына Божия. Он им предрёк о грядущих днях Голгофы. Он раскрыл им тайну спасения мира Голгофской Жертвой. Он укреплял их в грядущие тяжкие дни испытания веры и любви к Нему.
И нас Святое Писание подготовляет к тому, чтобы достойно принять всё то, что даёт Святая Церковь в Страстных Богослужениях.
В Слове Божием есть следующие слова:"Если Меня гнали, будут гнать и вас; если Моё слово соблюдали, будут соблюдать и ваше"(Ин. 15, 20).
Дух Христов живёт в Святой Церкви и в верующих людях, и мы ученики Господа, хотя и грешные, и плохие, и нас так же не приемлет мир, как он не принял Учителя и Спасителя Господа Иисуса Христа. Но так же, как и Господа нашего Иисуса Христа слушали, так же и Его Святую Церковь и нас, верных, слушают.
В рассмотрении евангельских событий, которые могли сделаться соблазном для учеников, мы так же можем усвоить нечто для уяснения нашего положения в миру, особенно в наши дни.
Я хочу сказать о трудном положении верующего человека — трудном не во внешнем только смысле.
Для того чтобы нам радостно и достойно встретить день Святого Христова Воскресения, для этого нам нужно каждому много выбросить из накопившегося и налипшего на наши души. Мы окружены тлетворным, зловредным духом неверия. Как мы ни защищены молитвою, постом, богослужениями, Божией благодатию, но мы живём в условиях жизни мирской, и потому всё то, что могло соблазнить учеников Спасителя, когда перед ними восходил Он на Голгофский Крест, всё это может и соблазняет многих и ныне в миру.
Ибо это поругание Спасителя, это заушение, это биение по ланитам, это надевание царской багряницы, это похуление, эти насмешки, всё то, что могло соблазнить учеников и как бы поколебать их уверенность в торжестве Царя Славы, — всё это решительно так же, хотя и иначе по своей внешней форме, совершается и в нашей жизни.
Разве мало людей, которые потеряли веру потому только, что все не верят?
Разве всеобщее поругание веры, оплевание её не колеблет у многих веру во всемогущество Божие?
Разве духовный путь жизни не представляется многим отжившей мечтой только потому, что большинство торжествуя шествует по мирской дороге гибели?
Разве то, что свершилось на Голгофе, не повторялось, не повторяется и не будет повторяться для тех, для кого в миру и ныне распинается Христос?
И разве при всём искреннейшем желании сохранить веру те, у кого горит в сердце любовь ко Христу, кто с трепетом ждёт этих наступающих дней Голгофы, кого объемлют благоговейный ужас и великая радость при одной мысли о Воскресении Христовом, — разве и они все не нуждаются в подкреплении и утверждении веры?