Страница 139 из 141
Здесь вместе с тем следует упомянуть, что, как пишет о. Александр Ельчанинов:
«Священство — единственная профессия, где люди поворачиваются к тебе своей самой серьезной стороной и где ты все время живешь "всерьез"».
Здесь христианин выполняет наиболее великое из предначертанного человеку, которое так определяется епископом Михаилом Таврическим: «Всюду, где только можно, насаждать царство любви и гармонического развития личности в духе при помощи Христа».
Ап. Павел пишет: «Если кто епископства желает, доброго дела желает»(1 Тим. 3, 1). Но здесь неуместно побуждение. Пастыри избираются Самим Богом. «Не вы Меня избрали, а Я вас избрал и поставил вас», — сказал Господь апостолам(Ин. 15, 16). И Своих избранных Господь Сам приведет к Себе, и ничто в жизни не заглушит у Божия избранника внутреннего зовущего голоса — настойчивого стука Высокого Гостя(Откр. 3, 20).
Часто думают, что умственный труд — это высший, наиболее почетный труд для человека, а физический — низший. Так ли это?
Какую профессию выбрал Себе на земле Сам Строитель и Творец Мира и занимался ею до тех пор, пока не вышел на Свое верховное служение?
Как мы знаем, Он был плотником (Мк. 6, 3).
А из кого выбрал Он Себе первых учеников и апостолов?
Можно было бы думать, что их следовало выбирать из мудрецов, книжников, учителей. Но нет — это были простые неученые рыбаки. И ап. Павел пишет: «Но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее» (1 Кор. 1, 27–28).
Есть, вместе с тем, одно преимущество у простого физического труда или ремесла перед умственным трудом. Последний требует всего человека — и его рук, и ума, а через ум завладевает чаще всего и сердцем.
Физический труд или привычное ремесло занимает преимущественно руки, оставляя в значительной мере свободным ум и не затрагивая сердца. И если в человеке есть склонность к молитве, то такой труд менее другого помешает ему заниматься молитвой и богомыслием, оставляя свободу отдавать ум и сердце Единому и Вечному.
Правда, для Господа нужны Свои рабы во всех слоях общества. Но тем, кому на долю выпал умственный труд с необходимостью непрерывного совершенствования в какой-либо специальности и постоянной заботы — следить за новейшими достижениями в данной отрасли науки или техники, тем можно сказать слова ап. Павла: «А мне вас жаль» (1Кор. 7, 28).
Вместе с тем таким христианам надо знать, что книжная мудрость и эрудиция — богатство познаниями в науке или технике — представляют ту же опасность, как и всякое богатство. Они чаще всего всецело овладевают человеком и его сердцем.
Св. отцы даже опасаются утонченности ума. Так, св. Исаак Сириянин пишет:
«Ходи перед Богом в простоте, а не в мудровании ума. За простотой следует вера, а за утонченностью и изворотливостью мудрования — самомнение, за самомнением же — удаление от Бога».
Следует предостеречь также от часто напрасной затраты времени и сил у девушек, стремящихся к профессиям, требующим длительной подготовки.
Если девушка имеет склонность к семейной жизни (а таких громадное большинство), то ее подготовка (поми-мо изучения Закона Божия) должна быть направлена более всего на воспитание детей и мудрое ведение всех дел семьи и семейного хозяйства. Для этого от нее потребуется уменье хорошо шить, готовить пищу, хорошо разбираться в медицинских вопросах.
И если даже такие девушки останутся одинокими, то и в этом случае незачем им затрачивать много сил и времени для подготовки к трудным профессиям. Для одинокой много ли надо в жизни? Ведь «жизнь человека не зависит от изобилия его имения», — сказал Господь (Лк. 12, 15).
И почему бы девушке не выбрать скромное ремесло медицинской сестры или даже швеи, которое всюду нужно, дает верный кусок хлеба и опыт, что может быть использовано и в семейной жизни.
Часто при выборе профессии следует принимать во внимание и состояние здоровья: в современной промышленности есть много предприятий, на которых атмосфера такова, что и крепкое здоровье быстро разрушается.
Поэтому родителям и самим юношам необходимо предварительно хорошенько разузнать про условия работы, которую они выбирают.
Против ряда профессий следует решительно предостеречь. Со званием христианина в современных условиях вряд ли допустима, например, профессия артиста.
В Древней Руси считалось недопустимым и позорным «надевать на себя личину». Ведь человек сотворен по образу и подобию Божию(Быт. 1, 20), а христианин призван быть в чине «царственного священства народа святого» (1 Пет. 2, 9).
Совместимо ли это со многими ролями, которые будут поручаться актеру? И может ли «образ Божий» служить угождению часто низких вкусов и прихотей толпы? В первые века христианства актеров отлучали от Церкви, а св. Иоанн Златоуст даже запрещал христианам общение с ними или вкушение с ними пищи.
Казалось бы, что всякое звание не противоречит званию христианина. Так, мы знаем святых из воинов (мученик Иоанн Воин, мученик Меркурий, благоверный князь Александр Невский и многие другие).
Но надо вспомнить царя Давида. Давид был Помазанником Божиим, пророком и псалмопевцем, и все же Господь не захотел, чтобы первый Иерусалимский храм был построен его руками: на них было Слишком много пролитой им человеческой крови. Поэтому храм был построен сыном Давида — Соломоном.
Надо помнить слова ап. Павла о сосудах, из которых одни «в почетном, а другие в низком употреблении»(2 Тим. 3, 20). И поскольку это в нашей воле — зачем избирать себе путь для более «низкого употребления»?
Пусть избегают также юноши горделивых мечтаний о высоком положении в мире. «Что высоко у людей, то мерзость пред Богом» (Лк. 16, 15), — говорит Господь.
И чем выше на земном поприще стоит человек, тем ему бывает труднее и тем опаснее для его души, а иногда и для тела: «Подальше от царей — голова целей», — говорит пословица. На высоких местах требуется или большая мудрость, которой может не хватить, или требуется «прислуживаться», т. е. кривить душой, лицемерить, льстить, а все это — неправда перед Богом, это может повести к гибели души.
Глава 25
Молитва родителей о детях — залог успеха воспитания
Просите и дано будет вам.
Лк. 11, 9
Глубокий знаток духовной жизни св. Исаак Сириянин основным условием для успеха всякого дела человека считал нижеследующее:
«Всякую вещь, малую и великую, должно ему в молитве испрашивать себе у Создателя своего».
Итак, первым условием успеха воспитания детей является усиленная молитва о них родителей. А если мы чувствуем слабость и невнимательность нашей молитвы, то, по учению св. отцов, качество нашей молитвы мы должны, как говорилось выше, восполнять количеством ее. Так советовал прп. Серафим. Он рекомендовал родителям не ограничиваться в своей молитве обычными правилами, но, подражая инокам, вставать на молитву и в полунощный час.
Примеры усиленной молитвы за своих детей мы видим еще у праведников Ветхого Завета.
Так, Иов, «вставая рано утром, возносил всесожжения по числу всех детей своих, говоря: "Может быть, сыновья мои согрешили" и так делал Иов во все дни»(Иов. 1,5).
В своей молитве за детей Иов был близок духу Христову — духу посредничества между Богом и людьми.
Как и всякая молитва, молитва родителей за детей может быть разумной и неразумной. Ап. Иаков говорит: «Просите и не получаете, потому что просите не на добро» (Иак. 4, 3).
О чем же прежде всего должны молиться родители в отношении детей?
Очевидно, что основное стремление родителей должно быть направлено к воспитанию ребенка живым членом воинствующей Церкви Христовой. И молитву об этом Господь исполнит в свое время. Но когда придет это время, нам не дано знать; бывают случаи, что Господь вел юношей не прямым путем, но, спасая их от гордости, допускал временно уклонения их с прямого пути и падения. Пусть в таких случаях не отчаиваются родители, но еще прилежнее умоляют Всемогущего («утомляют своею молитвою Неутомимого»).
Надо помнить в таких случаях пример горячей молитвы Моники за своего сына — блаженного Августина. Последний в юношеские годы попал в дурную среду, стал вести порочную жизнь и присоединился к ереси манихеев.
Все, что могла, — все сделала Моника для исправления сына. Она не только увещевала его, но одно время даже лишила его общения с собою, удалив из своего дома, несмотря на безграничную любовь к нему. Моника оплакивала своего сына, как мертвеца, и непрестанно молилась о его возвращении к истинной вере.
Обращение его случилось не скоро, но до этого Господь не оставил ее без утешения, и в одном сновидении она видела ангела, предсказавшего ей о будущем обращении сына. Не оставляя своих увещеваний, она просила одного епископа повлиять на сына.