Страница 3 из 25
Часть 2. Образование Сеть учебных заведений
"Ведь Вы готовите кирпичи, из которых будет сложено чудное здание новой России. Какой прекрасный кирпичный завод"
Прот. Георгий Спасский [17]
Первой причиной приведшей к эмиграции сотен тысяч русских были соображения личной безопасности. Чуть позже к этому присоединился еще и фактор их несогласия с теми процессами, которые происходили на родине и не соответствовали их представлениям о будущем России. Русские беженцы остались за границей, где начали строить новую жизнь. Одной из причин, побудившей их к невозвращению, можно назвать также желание привить своим детям взгляды на сущность русской культуры, в том свете, как они это сами понимали. И, несмотря на все противоречия, которые имели место в русской эмигрантской среде, они преодолевались ради молодого поколения, которому по их убеждению предстояло строить новую свободную Россию.
Первой задачей в этой связи, было необходимо восстановить равновесие, между физическим и моральным здоровьем детей. Эта деятельность, направленная на попечение и нормализацию жизни подрастающего поколения была одной из самых успешных и плодотворных в русской зарубежной среде, так как значительное число людей изъявило желание работать в направлении попечения, детского воспитания и образования. Особо здесь следует отметить деятельность организаций Красного Креста и Земско-городского комитета помощи российским гражданам и объединение земских и городских деятелей.
"Земгор", как его называют в зарубежье, является второй общественной организацией, начавшей свою деятельность в России и развившей ее после эвакуации почти во всех странах рассеяния. Мы говорили уже о значительной культурно-просветительской работе Земгора... В период расцвета своей деятельности Земгор содержал полностью или субсидировал в разных странах 65 учреждений и обслуживал в школьном отношении свыше 6000 детей" [18].
Основным направлением работы в сфере детской психологии, была цель, чтобы, как можно быстрее залечить душевные раны, полученные юными существами. Все эти вопросы, связанные с психологическими травмами обсуждались в эмигрантской печати, но, к сожалению, на серьезный методический уровень эти материалы не вышли. Все осталось в виде исследовательских попыток частного характера. В первую очередь, это материалы, как локального, так и более широкого спектра, написанные в форме автобиографических сочинений [19].
Для нашего дня, думаю, может показаться во многом полезным, опыт наших соотечественников живших за рубежом, в абсолютно чуждом культурном окружении, по сохранению, особенно у детей знаний традиционной русской культуры. Мы, проживающие в России сегодняшней, оказались в условиях стремительной деградации и разрушения векового культурно-исторического наследия, совершенно бессильны и беззащитны перед темными силами зла. Нам остро необходимо сохранять и прививать навыки, которые позволили бы в будущем играть созидательную роль на благо России. Здесь, наша цель, у тех, кто пытался сохранять Россию за рубежом и у тех, кто живет в современной России, - едина. Вот, что писал в 1924 г. один из русских педагогов в диаспоре: "Нам нельзя думать только о снабжении учащихся каким-нибудь комплексом знаний... нельзя думать только об интеллекте, когда больна вся душа... Весь строй школы должен... одновременно лечить, воспитывать и учить... Далее наша школа, в виду переживаемого времени, должна думать о воспитании воли, характера, борьбе с той дряблостью и мягкотелостью, которая так разительно сказалась в русской интеллигенции в годину тяжких испытаний. Наконец...
самое важное: руководствуясь новейшими течениями педагогики и психологии, наша школа должна быть строго национальной, на нас лежит трудная, ответственная задача сохранить в детях, а в нужных случаях зажечь святой огонь любви к утраченной отчизне, познакомить их с величием родной истории, красотой родной поэзии и литературы - словом дать знание и понимание родного края" [20].
Первые русские школы в условиях эмиграции появились уже в Турции. Заслуживает внимания, имевшая место в этот период времени, инициатива Софии Владимировны Денисовой, которая устроила приют с обучением ремеслами для детей вывезенных из Константинополя. Основная же заслуга в создании русских школ для детей в начальный период эмиграции принадлежала Земско-городскому комитету. Параллельно с этим создавались другие учебные заведения, такие как: гимназия В.В. Нератовой, гимназия Святителя Николая Чудотворца в Харбие, приют-школа Британского благотворительного общества в Буюк Дере, начальная школа бар. О.М. Врангель [21] и католическая школа-интернат, основанная священником Александром Сипягиным [22] [23] в 1921 г.
В других местах русского расселения также уделялось внимание детскому образованию. В Греции, несмотря на свои проблемы, связанные с последствиями принятия собственных беженцев, тем не менее, появилась гимназия в Салониках, действовавшая при материальной поддержке со стороны митр. Платона (Рождественского) [24].
Что касается ситуации, связанной с расселением русских в славянских странах и уделяемому там вниманию на воспитание русских детей, то этот вопрос, безусловно, заслуживает особого исследования, я же позволю, в настоящей работе в качестве характеристики привести слова современника и очевидца тех дней, который говорит "о радушии народных масс... исполненный симпатии характер порыва, которым был охвачен весь славянский мир под впечатлением разразившейся над русским народом катастрофы. Этот могучий моральный порыв, особенно ценный в нашу бездушную эпоху, не может не принести плодов" [25] для русских детей.
Большим покровителем школьного дела в Париже был архиепископ Иоанн (Максимович), известный также и в Северной Африке, как епархиальный архиерей Касабланского прихода Успения Божией Матери [26]. Касабланский приход в Марокко славился хорошо организованной постановкой занятий с детьми, в местном Церковном Вестнике упоминалось русской школе, изучении религиоведческих дисциплин, о занятиях скаутов и кружковой работе. Сам же "...архиепископ Иоанн все послевоенные годы собирал деньги на... содержание и неизменно содействовал процветанию и воспитанию... юношей в русском и православном духе" [27].
Особо о роли зарубежных приходов в деле воспитания и образования детей, в настоящей работе посвящена отдельная глава. Материал же настоящего раздела, нацелен на освящение светского характера зарубежных педагогических инициатив в диаспоре.
Так как местные школы, принимавшие русских детей, не могли дать необходимых знаний о России, то непосредственно эмигрантские учебные заведения, напротив, основной упор делали на преподавание таких дисциплин, как русский язык, литература, история, география. Исходя из того, что главной целью системы образования в эмиграции было сохранение русского самосознания, поэтому, естественные науки и математика, интернациональные по своему характеру, преподавались по учебным программам местных стран. Для собственно своих школ, русская диаспора взяла за образец систему преподавания, которая использовалась в старых русских дореволюционных гимназиях, где главный упор делался на преподавание гуманитарных наук, особое внимание уделялось русской литературе, отечественной истории и классическим и новым языкам.
В 1924 г. в зарубежье насчитывалось 90 школ Земгора, в которых было 8835 приходящих учеников и 4954 учащихся на полном пансионе [28].
История школьного дела африканской русской диаспоры имеет уникальные об образцы организации школьного дела. Так, например, в тунисском городе Бизерта была устроена школа для 500 русских детей на военном корабле - линкоре "Георгий Победоносец". Преподавателями здесь были люди с опытом военно-педагогической работы, а также профессора, выпускники пяти российских университетов.
Из других североафриканских стран следует назвать Марокко, где в городе Курибге, при фосфатном предприятии, на котором работало много русских специалистов, заводским управлением была устроена специальная школа для русских детей [29].
В тех местах, где русские общины были малочисленны и, где не было возможности иметь полноценную русскую школу, детей отдавали в местные учебные заведения. Основную общеобразовательную программу они выполняли наряду с детьми основного населения страны проживания.
В педагогическом процессе, охватывающем русских эмигрантских детей новые тенденции наблюдались в преподавании так называемых "русских дисциплинах" - языке, истории и географии. В отличие от россиян, постоянно проживающих в пределах своей родины, дети русских эмигрантов не видели ее пейзажей, не были знакомы с ее природой, не знали народных обычаев и т.д. Новое поколение видело только чужие страны и не знало России. Все эти проблемы и недостатки, на сколько позволяли возможности, необходимо было преодолевать в учебном процессе. Педагоги старались максимально использовать иллюстративный материал, приводить больше примеров из литературных и художественных источников. Были в этом стремлении и некоторые курьезы, так, например, оберегая все, что было связано со старой Россией, строго придерживались старых орфографических форм в правописании, совершенно не принимая нового русского алфавита.