Страница 6 из 54
Все это еще больше склоняло митрополита к мысли о возвращении в лоно Московского Патриархата.[66]
Двадцатого ноября 1944 года митрополит Евлогий был тайно принят в советском посольстве. Весь прием был устроен так, чтобы расположить к себе, возможно, все еще сомневающегося иерарха. Цель была достигнута. Митрополит Евлогий согласился вновь вернуться в Патриаршию Церковь. Впоследствии, многие из противников такого шага митрополита Евлогия станут обвинять его в том, что он это сделал из-за старческой болезни и наступившего в результате всего этого слабоумия.
Несмотря ни на что, воссоединение русских приходов во Франции с Московским Патриархатом все-таки состоялось. Это произошло уже после окончания Второй Мировой войны.
В августе 1945 года в Париж прибыл митрополит Николай (Ярушевич), который совершил совместное богослужение с митрополитом Евлогием. В беседе с ним митрополит Николай рассказал о возрождении церковной жизни в СССР, о якобы существующей самостоятельности Русской Православной Церкви и т.д. Все закончилось призывами к воссоединению. Согласно стенографической записи, митрополит Евлогий уже был полным младенцем: просился только умереть на Родине.[67]
Присоединение русских приходов к Московскому Патриархату вызвало неоднозначную реакцию среди эмиграции во Франции. Многим не нравилось то, что Экзархат терял те права и привилегии, ту автономию, которую он имел в лоне Константинопольского Патриархата. Так, например, без согласия митрополита Евлогия было осуществлено перемещение архиепископа Сергия из Праги в Вену, оттуда в Берлин и, наконец, в советскую Россию.[68]
В августе 1946 года митрополит Евлогий скончался. Указом Московской Патриархии Экзархом был назначен бывший карловацкий митрополит Серафим, в годы войны притеснявший сторонников митрополита Евлогия. Деятелями Парижского Экзархата это было воспринято, как и прежнее перемещение архиепископа Сергия, как свидетельство пренебрежения Московской Патриархией свободой Экзархата.[69] Осуждался и сам покойный митрополит Евлогий за то, что счел нужным ограничиться только своим единоличным авторитетом и, не прибег к соборной форме решения насущных вопросов Экзархата в виде общеепархиального съезда духовенства и мирян. Его действия квалифицировались не иначе как переворот сверху, не проникший в низшие слои церковного народа.[70]
На епархиальном съезде 16-20 октября 1946 года, самом широком по представительству с 1931 году, фактически единогласно решено было остаться под юрисдикцией Константинопольского Патриархата.[71] Русский Экзархат потерял только шесть приходов, частично в пользу Московского Патриархата, частично в пользу Зарубежной Церкви.[72]
Возглавивший Русский Экзархат митрополит Владимир (Тихоницкий) предпринял попытку объединения всего русского церковного Зарубежья. В городе Вэвэ (Швейцария) он встретился с митрополитом Анастасием, Первоиерархом РПЦЗ. Митрополит Владимир даже предлагал подчинить свой Экзархат Зарубежному Синоду при одном только условии - вхождения Синода в лоно Вселенского Патриархата. Но митрополит Анастасий, видя в этом несвободу, зависимость Русской Православной Церкви от Константинопольского Патриархата, отказался от такого шага, при этом, сохранив теплые отношения с митрополитом Владимиром, которого все почитали за аскета и молитвенника.[73]
Двадцатого марта 1947 года была получена грамота от Вселенского Патриарха Максима, утверждавшая свободное существование Экзархата под управлением владыки Владимира, с титулом Патриаршего Экзарха. А 27 мая этого же года вышел указ Московской Патриархии митрополиту Серафиму за № 875 об исключении архиепископа Владимира, а также епископов Иоанна и Никона из иерархии Русской Православной Церкви.[74]
Самостоятельный путь существования Русского Экзархата в лоне Константинопольского Патриархата несколько был омрачен делом об Успенской церкви при кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа. Успенский храм был построен в 1935 году по благословению митрополита Евлогия. В июне 1950 года митрополит Владимир уволил настоятеля храма протоиерея Липеровского с этой должности. Но тот заявил, что он не может подчиниться решению митрополита Владимира, так как принадлежит юрисдикции Московского Патриархата. Митрополит Владимир предъявил иск в суд, утверждая, что храм принадлежит "Епархиальной Ассоциации".[75] Разбирательство продолжалось полтора года, пока дело не было решено в пользу митрополита Владимира. 14 февраля 1952 года состоялась передача Успенского храма в юрисдикцию Константинополя.[76]
В 60-х годах наступает потепление во взаимоотношениях Московского и Константинопольского Патриархатов. В 1965 году Патриарх Афинагор предложил Русскому Экзархату "самостоятельно решать дела со своей Матерью-Церковью".[77] Это фактически означало, что Константинополь отныне отказывается от своего права на русскую православную диаспору в Западной Европе в пользу Московского Патриархата. Но это было слишком болезненно воспринято в Париже. Руководители Экзархата решили провозгласить его приходы "временно - Автономной Церковью Франции", предусматривая возможность преобразования в Поместную Французскую Православную Церковь. Дарование Московским Патриархатом Американской митрополии статуса Автокефальной Церкви вновь привело к ухудшению отношений между Москвой и Константинополем. В конце января 1971 года Патриарх Афинагор направляет архиепископу Георгию, возглавлявшему в то время (с 1960 г.), Экзархат Константинопольского Патриархата письмо.[78] Оно явилось актом примирения между ними и в этом же году бывший Русский Экзархат уже в качестве епархии, сохраняющей свой автономный статус, вновь был принят под омофор Вселенского Патриарха. Русская епархия стала часть греческой митрополии во Франции. По данным на 1971 год, она включала в себя около 130 общин со 175 тысячами верующих и 80-ю священниками.
После кончины архиепископа Георгия (Тарасова) в 1981 году главой епархии стал Георгий (Вагнер), епископ Евдокиадский.[79] До своей кончины 22 января 2003г. ее возглавлял архиепископ Сергий (Коновалов). С 19 июня 1999 года Русская Архиепископия Константинопольского Патриархата вновь вернула себе статус Экзархата.[80] Ныне она насчитывает около 60-ти приходов, расположенных во Франции, Италии, Бельгии, Нидерландах, Швеции, Норвегии, Швейцарии и Германии.
Духовным и административным центром Русского Экзархата является Александро-Невский Собор в Париже. Возле него находится здание управления Экзархатом.
Начало основанию православного служения в столице Французского королевства было положено еще в 1727 году.[81] До строительства Александро-Невского Собора русская церковь размещалась в доме №12 на rue Berry.[82]
Для построения новой церкви в конце 1857 года был приобретен участок земли на rue Roul, впоследствии rue Daru, принадлежавший семье Hannosset. Закладка храма состоялась 3 марта 1859 года, а 11 сентября его освятили. Храм носит черты русско-византийской архитектуры с шатровым покрытием, вдохновленным новгородским и московским зодчеством XVII века, и круглотой форм купола и сводов, которая служит одним из отличительных признаков византийского стиля.
Храм - крестообразный, соответственно одинакового размера частям византийского креста; длина и ширина - 28 метров, а внешняя высота - 48 метров.
20 января (2 февраля н. ст.) 1951 года митрополит Владимир своей грамотой возвел Свято-Троицкий Александро-Невский храм в ранг кафедрального Собора, с сохранением прежнего порядка управления, на основании приходского Устава.
Годы немецкой оккупации неблагоприятно отразились на внутреннем состоянии храма. К 1950 году повреждения куполов усилились до такой степени, что угрожали разрушением. В 1950 году был начат ремонт от купола до пола.[83] В 1955-56 годах при капитальном ремонте храм был расписан А.А. и М.А. Бенуа.[84]
При храме существуют сестричество и школа. Среди наиболее выдающихся настоятелей Собора можно назвать протопресвитера Николая Сахарова (1936-1951), протопресвитера Григория Ломако (1951-1959), архиепископа Георгия (Тарасова) (1960-1981).[85]
Находясь в центре Парижа, вблизи Триумфальной арки, Собор привлекает внимание многих посетителей, в том числе и наших соотечественников. У храма те же формы, что и у тысяч его российских собратьев. Расположенные рядом лавки с портретами Царской семьи, русскими иконами, русскими национальными и военными нарядами, создают ощущение настоящего очага русской культуры во Франции.[86]