Страница 19 из 76
Люди, которые верят только в единоличного Бога, представляют Его нередко суровым и деспотичным. Действительно, если бы Бог был одиноким, откуда зародилась в Нем Любовь? Любовь там, где есть кому любить и кого любить. И любовь тем более совершенна, чем совершеннее те, кто любит и кого любят. А в Пресвятой Троице как любящие, так и Любимые есть само совершенство, так как каждое Лицо Пресвятой Троицы есть Бог. И Отец - Бог, и Сын - Бог, и Дух Святой - Бог. Пресвятую Троицу можно назвать самым совершенным единством в любви или союзом любви, потому что совершенны Любящие и совершенна Их Любовь. Конечно, понять это нелегко! Но это - то, что нужно заключить и выразить на нашем человеческом языке, исходя из учения Христа. Он предстал пред миром как Сын Отца Небесного и как Ему равный: "Я и Отец Одно..." "Я Сын Божий..." "кто видит меня, тот видит и пославшего Меня Отца..." Он также говорит и о Третьем Лице: "Дух Святой, Которого Отец Мой пошлет во имя Мое, научит вас всему" (Евангелие от Иоанна).
Это - Он, Дух Святой, закончит дело Христа в душах Его апостолов. Он сойдет на апостолов и преобразит их в день Своего Сошествия. Наконец, повеление Христа совершенно ясно: "Идите научите все народы крестя их во имя Отца, и Сына, и Святого Духа" (Мф.28, 19).
Это откровение нельзя отвергать за неясностью, оно было сделано для того, чтобы осветить всю нашу жизнь. Без него христианство непонятно. Не зная, кто Бог, мы не знали бы как к Нему относиться. Нельзя также утверждать, с другой стороны, что мы полностью понимаем Бога. Это невозможно. Он несоизмерим с нашим разумом, который имеет границы для своего познания. Важно знать самое главное, то, что нужно знать, чтобы как можно лучше вести себя по отношению к Богу. Бог не ставит нам загадки для того, чтобы мы мучились над их разгадыванием, - Он таинственен потому, что познание его бесконечно. Разум может составить себе о Нем представление, которое будет правильным, но никогда не полным. Будем довольствоваться тем, что нам открыл Христос, - без Него мы не знали бы вовсе ничего. Ясно мы всё увидим лишь в потусторонней жизни.
Самое большое богатство христианства здесь: значение откровений Христа о Боге-Троице.
Тайна чудесной "Соборной жизни" внутри Бога есть то, что называют Тайной Троицы. Троица - это слово, выражающее и "три", и "один". Надо верить, что в Боге единая Божественная природа расцветает в трех неслиянных Лицах.
Первое из трех Божественных Лиц - это Отец. Все три Лица равны между Собой, но между Ними существуют отношения: первое из этих отношений - отношение отцовства и сыновства.
Бог Отец безначален. Его Личность, сущность и жизнь никем не обусловлена, ни из какого другого начала, кроме Самого Бога Отца, не происходит. Он имеет совершенную любовь, а предметом совершенной любви может быть только другое совершенное лицо. Но любовь двух лиц как бы носит в себе опасность противопоставления. Совершенная Любовь Божия превосходит противостояние двух в предвечном и всеобъемлющем единстве Трех Божественных Лиц.
Бог Отец, предвечно личный, предвечно рождает Бога Сына и предвечно изводит Святого Духа. В предвечном рождении Сына Божия и изведении Святого Духа выражается бесконечная любовь Бога Отца: Отец ничего не хранит для Себя, но все Свое отдает Своему Сыну и Св.Духу. Божественная сущность также происходит от Бога Отца и в этом смысле богословие говорит о "монархии" Бога Отца (от греч. единственный принцип, или единственное начало).
Бог Отец раскрывает Свою Сущность и Свою Жизнь в подобных Себе двух других Личностях, или Ипостасях. В Сыне Своем Бог Отец выражает Свою сущность, и потому Бог Сын именуется Словом Божиим, Логосом, или Образом Отца. Дух Святой выражает жизнь Бога Отца и потому зовется дыханием Отца или Духом Отца.
Личные свойства Ипостасей различают так: Бог Отец не рождается и не исходит от другого Лица Троицы; Сын Божий предвечно рожден Богом Отцом; Дух Святой предвечно исходит от Отца.
Здесь как рождение, так и исхождение выражают для нас таинственные, предвечные, вне времени, внутренние отношения в жизни Божества, показывающие вечное бытие 2-й и 3-й Ипостасей из Существа Божия.
«Хотя мы научены, что есть различие между рождением и исхождением, но в чем состоит различие и что такое рождение Сына и исхождение Святого Духа от Отца, этого не знаем»,55 - преподобный Иоанн Дамаскин.
Всякого рода диалектические соображения о том, в чем состоит рождение и в чем исхождение, не способны раскрыть внутреннюю тайну Божественной жизни, а произвольные домыслы могут даже привести к искажению христианского учения. Сами выражения: о Сыне – «рожден от Отца» и о Духе – «исходит от Отца» – представляют собой точную передачу слов Священного Писания.
Хотя мы и употребляем слова «рожден», «исходит», эти грамматические формы времени не указывают ни на какое отношение ко времени: и рождение и исхождение превечны, вневременны. На вопрос, когда же произошло рождение Сына и исхождение Духа, святой Григорий Богослов отвечает: «прежде самого когда. Ты слышишь о рождении: не допытывайся знать, каков образ рождения. Слышишь, что Дух исходит от Отца: не допытывайся знать, как исходит».56
Эти предвечные, превечные, вневременные отношения нужно ясно отличать от проявлений Святой Троицы в нашем сотворенном мире. Эти промыслительные явления и действия совершились во времени. В историческое время Сын Божий родился от Девы Марии нисшествием на Нее Святого Духа. В историческое время Дух Святой нисшел на Иисуса во время крещения Его от Иоанна. В историческое время Дух Святой ниспослан Сыном от Отца, явившись в виде огненных языков.
Святитель Афанасий Великий писал, что «вера кафолическая в том, что Единого Бога в Троице и Троицу в Единице почитаем, не сливая Ипостаси и не разделяя существо. Иная есть Ипостась Отца, иная Сына, иная Святого Духа. Но Едино Божество Отца, Сына и Святого Духа, равна слава, соприсущно величие. Каков Отец, таков Сын, таков и Дух Святой…это не три бога, но Един Бог…Отец никем не сотворен, не создан, не рожден; Сын рожден от Отца, не сотворен, не создан; Дух Святой не сотворен, не создан, не рожден, но от Отца исходит. И в этой Святой Троице ничто не первое или последнее, ничто большее или меньшее, но все три Ипостаси соприсущные себе и равны».57
В этом единстве Ипостасей, сохраняющих личные свойства, блаженно сияет Любовь, которая и связывает Их в нераздельное бытие.
Бог есть любовь, и любовь Божия не может только простираться на сотворенный Богом мир: она в Святой Троице обращена и внутрь Божественной жизни. Еще яснее для нас догмат триипостасности указывает на близость Бога к миру: Бог над нами, Бог с нами, Бог в нас и во всем творении.
Над нами – Бог Отец, Источник приснотекущий, по выражению молитвы церковной, Основа всякого бытия, Отец щедрот, любящий нас и заботящийся о нас, творении Его. Мы – дети Его по благодати.
С нами – Бог Сын, рождение Его, ради любви Божественной явивший Себя людям Человеком, чтобы мы знали и своими глазами увидели, что Бог с нами…
В нас и во всем творении – Своею силою и благодатью – Дух Святой, Иже вся Исполняяй, жизни Податель, Животворящий, Утешитель, Сокровище и Источник благ.
Три Божественных Лица, имеющие превечное и предвечное бытие, явлены миру с пришествием и воплощением Сына Божия, будучи едина Сила, едино Существо, едино Божество (стихира в день Пятидесятницы).
Бог по Своему Существу есть весь сознание и мысль и самосознание, и каждый из этих тройственных вечных проявлений Себя Богом Единым имеет самосознание, и потому каждое – есть Лицо, и Лица не суть просто формы, или единичные явления, или свойства, или действия; Три Лица содержатся в самом Единстве Существа Божия.
Таким образом, когда в христианском учении говорится о Триединстве Божием, то говорится о таинственной, в глубине Божества сокрытой внутренней жизни Божией, явленной – приоткрытой миру во времени, в Новом Завете, ниспосланием от Отца в мир Сына Божия и действием чудотворящей, жизнеподательной, спасающей силы Утешителя-Духа.
Желая хотя бы немного приблизить тайну Пресвятой Троицы к нашим земным понятиям, непостижимое к постижимому, отцы Церкви прибегали к подобиям из природы.
У Отцов Церкви мы находим такие сравнения:
а) Дух Святой подобен реке, текущей из источника (Отец), переходящий в ручей (Сын).