Православие и современность. Электронная библиотека.

Страница 1 из 41

Архимандрит Рафаил (Карелин)

В поисках истины

Беседы о духовной жизни

По благословению епископа Саратовского и Вольского Лонгина

Содержание

От издателей

Диалоги со старой дворянкой

Часть 1 Часть 2 Часть 3 Часть 4 Часть 5 Часть 6

Часть 7 Часть 8 Часть 9 Часть 10 Часть 11 Часть 12

Часть 13 Часть 14 Часть 15 Часть 16 Часть 17 Часть 18

Десять лет спустя

Часть 1 Часть 2

Совместима ли хатха-йога с христианством

Интеллигент-богоборец

Часть 1 Часть 2 Часть 3

Послушник-«шатайка»

Слишком усердная прихожанка

Примечания

От издателей

Когда заходит речь о творчестве архимандрита Рафаила (Карелина), то слово «писатель» по отношению к нему представляется все более уместным. И не только потому, что за последние годы вышла в свет целая череда его книг, тиражи которых свидетельствуют об их востребованности как верующими, так и лишь находящимися на пути к вере людьми. Нет, сама форма изложения мыслей, литературный слог заставляют называть его именно так.

Оригинальной и чрезвычайно содержательной была последняя книга отца Рафаила «Умение умирать, или искусство жить», выдержавшая уже несколько переизданий. И вот новая работа нашего автора, новая для него не только по содержанию, но и по форме: это беседа духовника с его подопечными или с посетителями.

Сразу оговоримся: и духовник, и его посетители – лица не вымышленные, а реальные. Духовник – это сам отец Рафаил, посетители – люди, с которыми он говорил о различных сторонах их духовной жизни. В их числе и немолодая дама-аристократка, в зрелых уже годах пришедшая в Церковь и искренне стремящаяся к достижению духовного совершенства; и друг ее, потомственный теософ, судьба которого остается для автора загадкой, подобной книге, не имеющей последних страниц; и интеллигент-богоборец, заблудившийся в лабиринтах противоречий собственного ума; и йог-христианин, обеспокоенный надвигающейся экологической катастрофой; и послушник, по гордости и самолюбию оставивший свою обитель; и женщина, не разглядевшая в себе пристрастия к духовному отцу и не понимающая, за что он удалил ее от себя…

…Очень разные люди, с разными судьбами, с разными характерами. Но объединяет их одно: так или иначе каждый из них хочет найти истину. И каждый на пути к ней совершает те или иные ошибки, мучается и страдает из-за них, но поиска не оставляет.

Естественно, что самое нужное, существенно необходимое для этих людей – беседа с опытным, мудрым духовником, способным и увидеть их заблуждения, и разъяснить их сущность, и подсказать правильный путь, с таким духовником, каким является отец Рафаил. Беседуя с ним, посетители спрашивают, высказывают свои недоумения, спорят, сердятся, обижаются и с чем-то в конце концов соглашаются. Но, самое важное, они получают ответы на не дающие им покоя вопросы, вопросы, которые, возможно, беспокоят и тех, кто будет читать эту книгу.

Поэтому нам кажется, что она вряд ли оставит кого-то равнодушным. Ищущим истину она поможет так же, как помогли беседы автора реальным людям. Тем же, кому истина открылась как жизнь во Христе и Его Православной Церкви, послужит к разрешению недоумений, с которыми, придя в Церковь, по-прежнему неизбежно сталкивается всякий думающий человек, тех недоумений, устранение которых разрушает преграды на пути следования за Христом.

Диалоги со старой дворянкой

Часть 1

Одна немолодая дама из аристократической семьи говорила в минуту откровенности, что у нее мысли бегают во все стороны, как лягушки, и духовник посоветовал ей, прежде чем бороться со своими мыслями, начать бороться со своим языком. При следующей встрече он спросил:

– Ну как, болото, где водятся лягушки, начинает высыхать?

Дама ответила, что учится молчать, но это оказалось мучительно трудно. Иногда, когда она старается сдерживать себя, у нее начинается сердцебиение, появляется чувство, будто кровь бросилась в голову. Она с удивлением признавалась:

– Никогда не думала, что молчать так сложно. Раньше я была уверена, что могу молчать и говорить по собственной воле, а теперь поняла, что мой язык водит меня, как привязанную к веревке, и бороться с ним так же трудно, как бороться с тираном.

Духовник дал ей совет не встречаться с прежними собеседниками, чтобы не растравлять не зажившие еще раны, а также, когда есть возможность, выбирать время, скажем, час или два, для полного молчания.

Часть 2

В следующий раз эта дама сказала, что уже легче переносит, как она выразилась, «пост языка», и попросила благословения держать во рту нательный крестик, чтобы говорить еще меньше. Духовник возразил, что крест – это святыня, которую нельзя держать зубами и передвигать языком, а, если она хочет, пусть положит в рот небольшой камушек и незаметно вынимает его при необходимых разговорах и во время еды.

Через месяц дама сообщила, что по-прежнему учится говорить как можно меньше, но камень во рту мешает: то собирается слюна, словно она сосет конфету, то камень ударяется о зубы, то кажется, что он не дает ей дышать,– и вообще ее мысли слишком много вращаются вокруг этого камня. На это духовник сказал, чтобы она клала камень в рот утром на пятнадцать-двадцать минут, а также перед сном, для напоминания о пользе молчания, и если поймает себя на том, что говорила днем попусту, то пусть держит камень во рту в два раза дольше, чем положено. Хорошо иметь этот камушек на видном месте, чтобы он бросался в глаза, и брать его с собой, отправляясь куда-либо. Дама пообещала:

– Если я научусь молчанию, то оправлю его в серебро в память о своей борьбе.

Затем духовник начал учить ее Иисусовой молитве и дал правило, которое она стала неуклонно выполнять.

Часть 3

Спустя некоторое время дама снова пришла к духовнику и сказала:

– Отче, я горю желанием учить Иисусовой молитве своих близких.

Духовник спросил:

– Легко ли дается молитва вам самой?

Она ответила:

– Легко. И у меня желание, чтобы все творили ее.

Тогда духовник заключил:

– У вас нет Иисусовой молитвы. Вы делаете лишь первые шаги, и это благодать помогает вам. А затем настанет время трудов и испытаний. Стремление же учить Иисусовой молитве других происходит от незнания себя и от неискорененного желания говорить и говорить, хотя бы под благовидным предлогом. Вы еще не прошли через огонь бесовских искушений, не опустились молитвой в глубину своей души, поэтому вы хотите сыпать налево и направо чужими словами. Помните, если не удержите себя в этом, то сами Иисусовой молитвы не стяжаете.

Посетительница задумалась:

– Отец, я полагала, что хочу делать это из любви к моим близким и знакомым…

Духовник твердо сказал:

– Даже не показывайте им, что занимаетесь Иисусовой молитвой. А если придется все же заговорить о ней, то скажите кратко, что когда-то этой молитвой занимались монахи и, наверное, теперь тоже есть люди, которые тайно творят ее,– и больше ничего.

Далее он спросил:

– Если вам поручат хранить золотую вещь, которую должно вернуть хозяину, то положите ли вы ее у дверей своего дома или спрячете подальше от чужих глаз?

Дама ответила:

– Конечно, спрячу. А если эта вещь очень дорогая, то не скажу о ней никому ни слова, даже шепотом, чтобы воры не услыхали и не похитили ее у меня.

Духовник пояснил:

– Золотая вещь, драгоценность – это имя Иисуса Христа; двери – ваши уста; а место, где можно уберечь сокровище,– сердце; воры – страсти, и прежде всего страсть тщеславия; грабители – бесы, которые наводят на тех, кто творит Иисусову молитву, внутренние и внешние искушения.

Дама удивилась:

– Но даже если я не буду никому говорить об Иисусовой молитве, разве бесы не узнают, что я ее творю? Обычно, оставаясь одна, я произношу ее вслух, а ведь бесы слышат шепот и видят движение губ. Неужели поэтому нельзя молиться вслух?

Духовник ответил:

– Отцы благословляют читать Иисусову молитву вслух, особенно в начале духовного пути, а затем чередовать устную молитву с внутренней. Но здесь дело в другом: диавол может искушать человека лишь настолько, насколько ему будет попущено от Бога. Через наши страсти усиливается власть диавола над нашей душой; когда мы поддаемся желанию учить других, еще не научившись сами, или, еще хуже, когда мы показываем на себя как на пример молитвенного делания, тогда благодать отходит от нас и Господь, желая избавить нас от гордости, попускает нам скорби и испытания, а иногда даже падения в тяжелые грехи. И напротив, молитва, творимая со смирением втайне, защищает человека. Потому святые отцы и говорили: «Будь с людьми как глухой и немой – так сохранишь молитву от мысленных врагов».