Страница 11 из 52
Сейчас у меня вот какое мнение. В самом деле, современный человек в основном невменяемый, психически больной. Нужно бы пересмотреть чин отпевания, что-то вписать о самоубийцах, однако демонстративно этого делать нельзя. Господи, просвети и научи.
* * *
Ходит ко мне человек с высшим образованием, музыкальный критик, тридцати двух лет. Он причащается, бывает в храме, но его часто одолевают сомнения: хочет найти Живого Бога, о Нем тоскует...
— Когда представлю вдруг, — говорит он, — что религия — просто фантазия, начинаю отступать от нее, но вдруг начинаю чувствовать — образовывается пустота, снова стремлюсь к религии, потому что без нее жить нельзя, но и снова подступают мучительные сомнения.
И вот я уже знаю его около двух лет, эти сомнения его не покидают. Господи, помоги ему.
* * *
Я чувствую, что все, что я делаю, если это кому-то приносит пользу, не мое, это делает благодать священства на мне. А в самом деле я и не умею, и ничего не знаю, как делать.
* * *
Один человек мне сказал, что он уверовал от того, что его поразила красота церковного богослужения. Особенно поразило его то, как один священник истово читал молитву святого Ефрема Сирина "Господи и Владыко живота моего".
— Для священника, — говорил он, — мне казалось, ничего не существовало другого, кроме этой молитвы, и эта его убежденность сильно подействовала на меня.
* * *
Первое боевое крещение Миши. Мама отнесла в школу заявление о его приеме. Учительница, получив ответ на вопрос, кем работает отец, сразу же удивленно:
— Ему будет трудно! — и к Мише:
— Миша, а ты веруешь в Бога?
— Да, — отвечает Миша.
— И крестик носишь?
—Да.
— И ходишь в церковь?
—Да.
— И тебе там интересно?
—Да.
Приближает свое лицо к лицу Миши, шепчет заговорщически:
— Миша, а ты Бога видел?
— Бог невидим, Его видеть нельзя.
— А это кто? — показывает на портрет Ленина под стеклом.
— Ленин.
— А кто он?
Миша немного думает, потом говорит:
— Большевик.
— А что он сделал для народа?
— Не знаю.
— А у тебя книги есть?
— Есть.
— Какие?
— У меня много всяких книг.
— А о Ленине есть?
— Нет.
— А какой сейчас съезд партии?
Мама перебивает:
— А не рано ли такие вопросы?
Учительница смущенно:
— Да, рано.
Отдельно разговор с мамой:
— Сын ваш развит, воспитан, но ему будет трудно. У нас ведется атеистическая пропаганда, чтобы в церковь не ходили, а он будет с крестиком.
Просит, чтоб пришел я. Пойду! Наконец, начинается столкновение двух миров с самых детских лет.
P.S. Ходил. Разговор был очень дружеский. Условились, что Миша не будет снимать крестик и вступать в организации атеистического направления.
P.P.S. Пока все хорошо, учится Миша неплохо. Его водят по старшим классам, чтоб Миша там читал. Научился он читать самостоятельно, когда ему еще не было пяти лет.
* * *
Рассказывают, что смерть Сталина для многих была катастрофой, они ему верили, как Богу, и вдруг в нем оказалось столько плохого.
Сегодня беседовал с одной артисткой, она растеряна.
Рассказывали вчера об одном активном комсомольце, комсорге, который после смерти Сталина стал задумываться о Боге, уверовал в Него.
Сейчас находится в заключении. Когда у него на суде спросили:
— Верует ли? — он без колебания ответил:
— Верую.
* * *
Рассказала о себе женщина, по национальности чувашка, сорока двух лет. Муж подал на развод. Судили. На суде был отец этой женщины восьмидесяти лет. Муж требовал у нее, чтоб она вынесла иконы из дома, сняла крестик, — это причина развода.
Отец проклял свою дочь. В прошлом он разорял храмы, сажал монахов в тюрьмы. Ему непонятно, как дочь могла уверовать.
Они все жили богато, были всем обеспечены. На суде муж выглядел солидно, хорошо одетый. Она скромная и скромно одетая.
— Что вы в ней нашли такое? — спросил у мужа судья.
— Душа хорошая, — сокрушенно ответил он.
Развели её лишили материнства. Дочери шестнадцать лет.
* * *
Подошла женщина лет сорока.
— Я баптистка, хочу принять вашу веру, — оказывается, она уже ко мне раньше подходила. Родственники у нее все баптисты.
— Когда я стала ходить к вам, ко мне приходили многие святые, а там был один.
Восполнил крещение, причащалась радостная и довольная.
* * *
Недавно мне рассказал врач-психиатр, как у него созревала вера. Сейчас он особо мистичен, особое значение придает таинствам Исповеди и Причастия. Эти таинства в нем всегда совершают что-то очень хорошее. Хотя умом своим он еще блуждает где-то в буддизме, в перевоплощении, но говорит, что сердцем своим он в это не верит.
Вера у него созрела так. Умерла его родственница, с которой жена его была не в ладах. И вот, когда во время отпевания жена его опустилась у гроба на колени, и он рядом с ней опустился, почувствовал, что пришла вера. Это был решительный момент.
* * *
Один человек, молодой, стал читать Евангелие, в корне изменил свою жизнь.
— Перестал грабить, обманывать, — так выразился сам.
* * *
Сегодня мне рассказала одна бабушка о своей внучке пяти лет, как она умерла. Рак крови, но об этом никто не знал. Отец её уехал в командировку, в шесть утра девочка была здорова, а в десять умерла.
Дело было так. Девочка попросила бабушку, чтобы она её помазала маслицем из Лавры, всю. Бабушка помазала, дала ей артос. Девочка сказала:
— Спасибо тебе, бабушка, за все, мне так сейчас хорошо, и ничего у меня не болит.
Попросилась посидеть на коленочках и тут же умерла.
* * *
Недавно ко мне для беседы приходили художник из Чувашии, его жена, работает редактором, и поэт-чуваш, живет в Москве. Поэт сказал, что художник помешался на религиозных вопросах.
Художник говорит замедленно, светло улыбается. Рассказал, что к нему являлся Христос, и после этого он изменил свою жизнь. Раньше он был блудником. И еще называл какие-то грехи, не помню.
Любит поститься, страдает бессонницей. Рассуждает вполне разумно, очень кроткий. Умер неожиданно.
* * *
В прошлом году Мишу хотели втянуть в пионерскую организацию, он колебался: вступать или нет? Говорил, что можно веровать и будучи пионером. А если будут заставлять не веровать, выйду.
Я разговаривал с учительницей, которая его учит. Сказал ей, что ребенок будет раздваиваться, ведь живет он в семье священника.
Учительница меня поняла и согласилась со мной, но попросила, что если Миша изъявит желание быть пионером, ему не препятствовали бы.
Я сказал, что у Миши было много всяких желаний: быть патриархом, летчиком, милиционером. Если у него и вступление в пионерскую организацию будет таким мимолетным, то торопиться не надо.
Учительница ничего не сказала.
* * *
Умерла бабушка лет восьмидесяти не особенно верующая. За месяц до смерти все вела разговоры с умершими, за день же до смерти сказала:
— Откройте, стучат.
В самый день смерти часы, показывающие пять, вдруг пробили двенадцать. В пять часов утра она умерла. Рассказал её внук, недавно крестившийся.
* * *
Говорил мне один полуверующий: — Вот что это такое? Бываю на всяких концертах, никогда не плачу, а в храме плакать хочется.
* * *
Рассказала одна еврейка, молодая, что не так просто она пришла к христианству. Сначала она ходила в синагогу, но потом поняла, что там еврейское чванство, но что только в христианстве есть спасение.
* * *
Рассказала одна литвинка, как она недавно была у знахарки. К ней стоят толпы, о ней даже писали в газете — религиозный гипноз. Литвинка после посещения знахарки нашла стимул жизни.
У знахарки много икон, она лечит молитвой, наговаривая на церковные свечи. Всем говорит, чтобы они молились. Литвинке она сказала, что ей надо принять Православие.
Еврейке, которую она вылечила, сказала, чтобы та съездила в Загорск. Та съездила и теперь православная.
P.S. Есть среди народа, видимо, всякие знахарки и такие, о которой рассказала литвинка. Видимо, народные праведницы. Но есть, наверное, и такие, которые связаны с темной силой.
* * *
Рассказывали. Одной женщине снится сон, что она похоронила такого-то человека, а там в ботинках не принимают.
— Принеси тапочки, — попросил покойник, указал адрес. Она пошла по этому адресу, в доме в самом деле был покойник. Положила тапочки в гроб.
* * *
Рассказывали гробовщики: — Многое мы видели, а такого еще ни разу не бывало. Сын прощался со своей матерью, наклонился, чтобы поцеловать её, в это время ударил гром в гроб, и сын был убит.
Никто из окружающих не был поражен громом.
* * *
Рассказывал очевидец. На праздники великомученика Георгия пять советских офицеров во всей парадной форме проследовали в храм сквозь ряды верующих, сняли фуражки, приложились к иконе и так же, как вошли, вышли. Народ смотрел взволнованно и непонимающе.