Страница 15 из 32
Кукуль назван одеянием «беззлобия» и «шлемом», будучи символом Горних Воинств и знаменуя собой крылья Ангелов (на что указывают длинные его края). Ибо и Ангелы закрываются крыльями, воспевая неприступному трисолнечному Божеству небесную Трисвятую песнь.
И наконец, ради Великой мантии, в которую облачают его напоследок, иерей возглашает:
Брат наш (имярек) прият великий ангельский образ во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа.
И по пении Господи, помилуй, доколе тот облачится, братия поют настоящие тропари четвертого гласа:
Облецытеся в ризу спасения, препояшитеся поясом целомудрия, приимите знамение креста; ноги умныя вооружите воздержания оружии [оружием] и обрящете покой душам вашим.
Да возрадуется душа моя о Господе, облече бо мя в ризу спасения и одеждею веселия одея мя. Яко на жениха возложи на мя венец, и яко невесту украси мя красотою.
Иерей же произносит следующие молитвы:
Господи Боже наш, верный в обетованиих Твоих, и нераскаянный в дарованиих [не отменяющий дарований] Твоих, и неизреченный в человеколюбии Твоем, призвавый создание Твое званием [призыванием] святым, и приведый раба Твоего (имярек) в духовное Твое житие! Даждь ему живот благообразный, жительство добродетельное и незазорное, да во освящении жительствовав, несквернен соблюдет, в оньже силою Твоею облечеся образ [соблюдет непорочным образ, в который облекся силою Твоей].
И убо ризою в правду одеваяся, поясом же умерщвление тела и целомудрие в себе обнося [всегда нося], кукуль же шлем спасения возложив, аналавом же крестом и верою украшаемь, одеянием [облечением] же в ризу нетления вооружаешь, сандалиями же да наступит на путь мира и спасения, яко да будет страшный супротивным, не емлемь ратными [неодолимым для врагов], всякия сласти и срамныя похоти чуждь; послушанием наказуемь [наставляем], воздержание проходя, постничества содержа правило, да во псалмех, и пениих, и песнех духовных хвалит всечестное и великолепое имя Твое, стопам последуя великого пророка Илии и святаго пророка Предтечи и Крестителя Иоанна, яко да достиг [чтобы достигнув] меру совершенства, течение [шествие] скончает, веру соблюдет и облечется нетлением ангельским, и сопричтется святому Твоему стаду, и получит деснаго Твоего предстояния, и услышит блаженный глас: «Придите, благословеннии Отца Моего, наследите уготованное вам Царство от сложения мира». Егоже и нас наследники сподоби быти, Боже, Твоею благодатию. Яко Бог милости, щедрот и человеколюбия ecи, и Тебе славу возсылаем, Отцу, и Сыну, и Святому Духу, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
И по возглашении Мир вам и Главы ваша Господеви приклоните иерей произносит конечную молитву, как бы запечатлевающую все преждереченное и утверждающую новопостриженного в монашеском звании:
Господи Боже наш, введи раба Твоего (имярек) в духовный Твой двор и спричти его словесному Твоему стаду, очисти его мудрование от плотских похотей и тщетныя прелести жития сего и даждь ему непрестанно поминати предлежащих благ [дай ему непрестанное памятование о благах, которые предлежат] любящим Тя и распеншим себя житию сему Царствия ради Твоего. Ты бо ecи Пастырь и Посетитель [блюститель] душ наших, и Тебе славу возсылаем, Отцу, и Сыну, и Святому Духу, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
Из вышеприведенных молитв, как и из всего последования ангельского образа, ясно усматривается высота его и цель. И Церковь Христова, показывая всецелую каноничность сего Таинства, окружила его боговдохновенными молитвословиями, благословила дивными песнопениями и особыми прошениями мирной ектении. О том, сколь почитается ею иноческое звание, говорит сам порядок этих прошений. Ибо начав с возглашений Миром Господу помолимся, О свышнем мире и так далее и дойдя до Об архиепископе нашем, Церковь немедленно вслед за тем присовокупляет:
О брате нашем (имярек) и еже от Бога покрова и помощи его, Господу помолимся.
О еже непорочно, неосужденно и непреткновенно совершити ему намерение [достичь цели] монашескаго образа, Господу помолимся.
О еже просветитися души его в воздержании и постничестве, Господу помолимся.
О еже изменитися [избавиться] ему от всякия мирския похоти и еже по плоти сродников пристрастия [и привязанности к родным по плоти], Господу помолимся.
О еже пребыти ему во всяком благочестии, и благоговении, и чистоте, Господу помолимся.
О еже отложити ему ветхаго человека и облещися в новаго, по Богу созданнаго, Господу помолимся.
О оставлении грехов и прощении согрешений его, и еже быти ему выше мирских мудрований, Господу помолимся.
О еже избавитися ему и нам от всякия скорби, гнева, и нужды, Господу помолимся.
Заступи, спаси... Пресвятую, Пречистую... И по возгласе Яко свят ecи поется Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся и чтется Апостол к ЕфесянамXCVIII: Братие, возмогайте о Господе и Евангелие от МатфеяXCIX: Рече Господь: иже любит отца или матерь паче Мене, несть Мене достоин, каковые чтения имеют самое прямое касательство к монашествующим.
По прочтении Святого Евангелия новопостриженный становится пред Царскими вратами, иерей же вручает ему крест, глаголя: Рече Господь: аще кто хощет последовати Мне, да отвержется себе, и да возмет крест свой, да последует МнеC. Дает и свечу зажженную со словами: Рече Господь: тако да возсияет свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела и прославят Отца вашего, Иже на небесехCI.
Все это знаменует собой совершенное отречение монаха от мирских дел. А братия в конце Божественной литургии, приступая по старшинству, целуют держимый новопостриженным крест с пожеланием соблюсти обеты и до конца пребыть в подвиге. Во время целования поется настоящая стихира первого гласа:
Познаим, братие, таинства силу, от греха бо ко отеческому дому востекшаго блуднаго сына преблагий Отец предусрет [заранее встретив] лобзает, и паки Своея славы дарует познание, и тайное горним [непостижимое для Ангельских Сил] совершает веселие, закалая тельца упитанного, да мы достойно жительствуим, заклавшему человеколюбному Отцу и славному Заколению, Спасу душ наших [дабы мы жили достойно принесшего жертву Человеколюбца Отца и славной Жертвы, Спасителя душ наших].
Вот изъяснение или, лучше сказать, раскрытие чина святого и ангельского образа, на пользу всякому боголюбивому монаху, который пожелает к нему обратиться. Сей труд предпринят затем, чтобы внимательно размышляющие о поименованном Таинстве укреплялись духовно, восходили все выше и ближе к Богу.
И поскольку предмет сего размышления — высочайшие истины и обязательства величайшие, полезно нам, монахам, как можно чаще с крайним вниманием и трезвением, приводить на память себе страшные наши обеты. Ибо воспоминание это возбуждает страх Божий и укрепляет к посильному исполнению обещанного. Как не может согрешить посещающий кладбища и тем поддерживающий память о смерти, так не может не обуздывать влечений греховных боголюбивый монах, возбуждающий в себе памятование иноческих обетов и на черные погребальные одежды свои взирающий.
И хотя из ранее приведенных ясных и неопровержимых доводов вполне очевидно, сколь высоко монашеское делание и какие страшные обеты должен исполнять истинный монах, нахожу своевременным, радея о пользе самых усердных, раскрыть самую, так сказать, суть иноческого рода жизни.
Сей род жизни не исчерпывается уставным одеянием и благочестивыми повестями о старцах, как думают некоторые, но утвержден на гранитной скале, основание которой — само Евангелие Христово, имеет высочайшее назначение, и врата адовы не одолеют его!
Имеющий пред очами бесценную вещь, хотя бы и алмаз редчайший, не оценит его по достоинству, если он не специалист и не углубился тщательно, и умом и на деле, в подлинную его ценность. Так и относительно жительства иноческого: никто, хотя бы и величайший мудрец, не сможет без научения делом уразуметь, какая высочайшая сокрыта в нем философия.
И потому, приступая к священному сему и возвышенному роду жизни без главных его условий, то есть истинного самоотвержения и невозвратного мироотречения, равно как и без опытных наставников, нимало не преуспеем. Как пояс и меч не доставят награды воину без победы над врагом, так и облечение в ангельский образ не принесет нам пользы без законного подвига, к коему должен стремиться, соответственно месту и силам, каждый монах.
Но дабы, во-первых, сполна оценить великое достоинство иноческого пути и плоды, принесенные им в Церкви Христовой, и, во-вторых, указать нужное направление избравшим сей путь в наши дни, рассмотрим беспристрастно и непредвзято, в чем преимущества монашеского жительства и какие уроки может оно преподать.