Страница 7 из 292
на бумагѣ вопросъ этотъ не имѣетъ мѣста. Тамъ пишется столько,
сколько нуяшо по объему предмета и цѣли сочиненія. Въ импровизаціи дѣло
другое. Здѣсь все зависитъ отъ личности и способности импровизатора:
одинъ, спокойный и твердый, можетъ говорить дольніе, другой, пылкій и
нервный—говоритъ меньше, потому что скоро утомляется и, такъ сказать,
расходуется. Поэтому импровизаторъ относительно продолженія своей рѣчи
долженъ смотрѣть не столько на остающееся еще предъ нимъ количество
мыслей, которыя онъ предполагаетъ раскрыть, сколько на душевное свое
состояніе. Начиная съ полными силами, онъ въ продолженіе рѣчи чувствуетъ,
насколько сохраняется у него эта полнота силъ, или иначе, когда н а чинается
ослабленіе и утомленіе. При наступленіи утомленія чувствуется,
что мысли не такъ полно обнимаются и выражаются, являются въ ихъ р а с крытіи
скачки и непослѣдовательность, слова подбираются уже съ трудомъ:
это знакъ, что пора кончить. Ораторъ не долженъ насиловать себя. Лучше
остающійся матеріалъ оставить, вели можно, до другого дня (особенно когда
предпринятъ цѣлый рядъ поученій по одному предмету) и, вели это невоз-
мояшо, съ сознаніемъ изложить послѣднія мысли сжато, въ видѣ перечня съ
краткими замѣчаніями, давши видъ, что слиткомъ было бы долго и утомительно
(что и справедливо) въ дальнѣйшихъ подробностяхъ раскрывать предметъ.
Въ противномъ случаѣ, вели ораторъ будетъ неволить себя, результатъ
будетъ ю т ъ же, только не добровольно, а по необходимости. (См.
„Живое слово11, Амвросія, архіеп. харьк. и ахтыр., стр. 82—104).
Установивъ взглядъ на импровизацію въ нашемъ пониманіи, мы с к а жемъ
теперь нѣсколько словъ о томъ, въ чемъ состоитъ приспособленность
нашихъ поученій къ живому или во всякомъ случаѣ устному ихъ произношенію
предъ слушателями.
Для того, чтобы поученіе удобно было для устнаго произношенія съ
церковной каѳедры, оно должно быть:
а) во-первыхъ кратко. Только краткое поученіе (а таковыя почти всѣ
поученія въ нашей книгѣ), на произнесеніе коего не потребуется болѣе
5—10 минутъ, удобно усвоить пастырю, у котораго, кромѣ церковной проповѣди,
есть множество другихъ необходимыхъ дѣлъ. Кромѣ того, краткое
поученіе, не утомляя слушателей (простой народъ не любитъ продолжительныхъ
поученій), полезно и для успѣха проповѣди вообще. Иннокентій, архіеп.
херсонскій, говоритъ: „цѣль поученій христіанскихъ должна состоять не въ
томъ, чтобы сообщить все возможное касательно разсматриваемаго предмета,
Пред. 2
Х Г І І І П р ѳ д и с л овіѳ.
а чтобы возбудить н собственное размышленіе въ слушателяхъ. Кто къ слышанному
присоединитъ собственное размышленіе, у того и изъ малаго выходитъ
многой (Т. 2, стр. 86).
Всю важность этого мудраго совѣта великаго церковн. оратора можно
оцѣнить, прочитавши прекрасное сочиненіе Лессинга: „Лаокоонъ или о гр а ницахъ
поэзіи и живописи'1. Здѣсь не только излагается, но и доказывается
со всею убѣдительностью совѣтъ избѣгать при изложеніи какого-либо ученія
или при описаніи какого-либо предмета излишней подробности, которая
весьма вредна уже тѣмъ, что убиваетъ всякую жизнь самостоятельнаго въ
слушателяхъ мышленія, въ результатѣ чего получается „скука14, очень хорошо
извѣстная всѣмъ, кто читаетъ или слушаетъ до безконечности подробныя
описанія предметовъ.
Г. Малышевскій, профессоръ Кіевской Духовной Академіи, въ статьѣ
„О мѣрахъ къ усиленію церковной проповѣди11, пишетъ: „обиленъ богослужебный
трудъ приходскихъ пастырей во дни воскресные и праздничные.
Служеніе литургіи удлинняется для пастыря совершеніемъ различныхъ требъ,
служеніемъ молебновъ и панихидъ. Самая продолжительность нашего богослуженія
требуетъ, чтобы проповѣдь была не такъ длинна, какъ бываетъ у
инославныхъ11... Пять, иного десять минутъ совершенно достаточно, по на-
шему глубокону убѣжденію, для произнесенія краткаго поученія. И слушатели
не будутъ чрезъ то утоплены, и проповѣдникъ не у с тане тъ, и доброе
сѣмя, особенно часто бросаемое, будетъ имѣть возможность упасть на
сердце слушателей и принести при помощи благодати Божіей тотъ или другой
плодъ.
б) Во-вторыхъ, поученія, приспособленныя къ живому или, по крайней
мѣрѣ, устному церковному слову, должны, кронѣ краткости, отличаться
опредѣленнымъ и обильнымъ содержаніемъ и быть вообще содержательны,
т.-е. предлагать и изъяснять одну или нѣсколько опредѣленныхъ истинъ вѣры
или нравственности. Одни туианные восклицанія и вопросы, одно затроги-
ваніе нѣсколькихъ предметовъ вѣры или нравственности безъ всякаго уясненія
ихъ, одни неопредѣленныя приглашенія къ добродѣтельной жизни вообще,
и мало полезны или, лучше сказать, безполезны для слушателей, и крайне
затруднительны для усвоенія ихъ съ цѣлью передать ихъ слушателямъ.
Ботъ почему мы избѣгали всѣхъ безцвѣтныхъ, водянистыхъ, иногослов-
ныхъ, неопредѣленныхъ, со многими затронутыии, но не рѣшенныии вопро-
саии, поученій. Ботъ почеиу, въ силу того же стремленія къ опредѣленности
содержанія, мы въ началѣ поученія указывали всякій разъ тему поученія,
опредѣленно ее Формулируя.
в) Въ третьихъ, поученія, приспособляеиыя къ живоиу, устноиу ихъ
произнесенію, должны отличаться строго логическими планомъ, благодаря
котороиу и для слушателя легче усвоить предлагаемый рядъ мыслей, когда
они видятъ ихъ логическій ходъ, и для проповѣдника легко и удобно запомнить
строго логическое построеніе поученія, если онъ намѣренъ его
произнести устно.
Чтобы об.іг ,гчить въ этомъ отношеніи пастыря-проповѣдника, готовящагося
къ пр ^повѣди по нашей книгѣ, мы всякій разъ обозначали цыФрами
и буквами весь логическій ходъ мыслей въ томъ или другомъ поученіи, указы
в а я не тол‘ько главныя части его, но и второстепенныя.
Пр е д и с л о в і е . XIX
Кромѣ того, жирнымъ шрифтомъ обозначены какъ главныя, такъ и
второстепенныя развиваемыя, т. е. объясняемыя или доказываемыя мысли}
эти черныя строки представляютъ собою какъ бы подробный конспектъ,
который легко можетъ быть удержанъ памятью:, кромѣ того онъ же содѣйствуетъ
и тому, что нить мысли легко можетъ быть найдена и возстановлена,
вели она прервалась вслѣдствіе устнаго сказыванія какого либо избраннаго
поученія.
г) Затѣмъ книга поученій, приспособленная къ устному произнесенію
ихъ съ церковной каѳедры, должна содержать для разныхъ справокъ
алфавитный указатель всѣхъ догматическихъ, нравственныхъ и историческихъ
понятій, которыя разъясняются и излагаются въ поученіяхъ. Такъ
какъ издаваемый трудъ является въ двухъ томахъ, по полугодію въ каждомъ,
то алфавитные указатели приложены къ каждому особо.
Необходимость въ этихъ указателяхъ видна изъ того уже, что не рѣдко
пастырь-проповѣдникъ въ виду особеннаго состоянія своихъ слушателей
считаетъ болѣе полезнымъ говорить не о томъ предметѣ вѣры или нравственности,
о которомъ говорится въ дневномъ поученіи, но о другомъ,
примѣнительно къ нравственному или иному состоянію своихъ слушателей.
Чтобы отыскать требуемую тему, онъ долженъ обратиться къ алфавитному
указателю, при помощи коего безъ всякой почти потери времени онъ и найдетъ
требуемое понятіе, развитое въ Формѣ поученія.
д) Наконецъ, чтобы церковное поученіе удобно было разучить и произнести
устно безъ тетради или книги, или съ незначительнымъ пособіемъ
ихъ, оно должно отличаться силою и богатствомъ мысли (въ противоположность
пустотѣ и бѣдности), вѣрностью сообщаемыхъ свѣдѣній историческихъ,
догматическихъ и нравственныхъ, богатствомъ языка, ясностью, точностью
и вмѣстѣ общедоступностью изложенія, строго логическимъ планомъ,
прямо вытекающимъ изъ содержанія, словомъ, оно должно быть составлено
преимущественно по лучшимъ проповѣдническимъ образцамъ.
И мы старались этого достигнуть, составляя поученія по лучшимъ проповѣдническимъ
образцамъ, принадлежащимъ перу или знаменитыхъ проповѣдниковъ
— архипастырей, или во всякомъ случаѣ извѣстныхъ и опытныхъ
въ дѣлѣ церковнаго учительства пастырей. Только въ тѣхъ случаяхъ,
когда мы не находили избранной нами темы въ трудахъ лучшихъ проповѣдниковъ,
мы вынуждены были сами составлять поученія. Но такихъ поученій,
принадлежащихъ намъ и подписанныхъ нашимъ именемъ, о достоинствѣ
которыхъ предоставляемъ другимъ судить, въ книгѣ нѣсколько менѣе У3
всѣхъ поученій.
Здѣсь читатель увидитъ имена: Филарета, митр. московскаго, Сергія,
Леонтія и Макарія, митрополитовъ московскихъ, Иннокентія и Димитрія,
архіеп. херсон. и одес., Палладія, епископа рязанск. и зарайск., нынѣ