Страница 6 из 292
имѣется на аналоѣ. Всякій съ нами согласится, что гораздо болѣе
сильное впечатлѣніе получается отъ живого или во всякомъ случаѣ ус тнаго
слова съ церковной каѳедры, нежели отъ произносимаго по книгѣ
или тетради, съ постоянно и непрерывно обращенными глазами въ книгу
или тетрадь.
Но еще разъ нужно замѣтить, что это не импровизація въ строгомъ
смыслѣ слова. „У насъ смѣшиваютъ и одинаково называютъ живымъ словомъ
рѣчи писанныя дома, заученныя наизусть и потомъ произносимыя въ
собраніяхъ,—говоритъ высокопреосвященный Амвросій, архіепископъ харьковскій,
и рѣчи совсѣмъ неписанныя, иногда только дома обдуманныя, или
даже на мѣстѣ соображенныя, и потомъ произносимыя въ собраніяхъ въ
томъ порядкѣ и въ тѣхъ выраженіяхъ, какія сложатся у оратора въ минуту
произнесенія. Надобно отдавать должную дань признательности ораторамъ,
заранѣе тщательно обрабатывающимъ и пишущимъ рѣчи и произносящимъ
ихъ безъ тетрадки или листочка въ рукахъ. Ботъ преимущества рѣчей, произносимыхъ
такимъ образомъ. Когда говорятъ по тетрадкѣ, то углубленіе
Предис л о в і е . x r
въ нее, или частое заглядываніе скрываетъ отъ слушателей лицо и глаза
оратора, въ которыхъ наиболѣе выражаются его внутренняя жизнь и сила
одушевленія,—и тѣмъ ослабляютъ впечатлѣніе рѣчи на слушателей. Искусство
отчетливаго и сильнаго выраженія мысли въ голосѣ и даже тѣлодвиженіяхъ,
гдѣ они нужны, у оратора связывается тѣмъ, что за содержаніемъ
рѣчи онъ постоянно долженъ обращаться къ тетрадкѣ или листку, который
онъ иногда вертитъ и мнетъ въ своей рукѣ. Чувствуя себя, такимъ образомъ,
привязаннымъ къ тетрадкѣ, ораторъ незамѣтно обращается въ чтеца.
Все это вредитъ полному вниманію и сочувствію слушателей, хотя они по
содержанію рѣчи и отдаютъ оратору справедливость, но скорѣе какъ мыслителю
и писателю, нежели какъ оратору. Отъ всѣхъ этихъ недостатковъ
въ произношеніи рѣчи свободенъ ораторъ, говорящій наизусть: онъ безпрепятственно
смотритъ на слушателей во всѣ стороны, вліяетъ на нихъ одушевленіемъ
своего лица и глазъ, слѣдитъ за силою впечатлѣнія имъ производимаго,
можетъ усиливать голосъ и видоизмѣнять его выраженіе по
усмотрѣнію, наконецъ свободою и отрѣшеніемъ отъ тетрадки онъ обнаруживаетъ
силу дарованій на слушателей. Такіе пріемы въ ораторахъ, особенно
церковныхъ, весьма желательны. Но при всемъ уваженіи къ рѣчамъ,
о которыхъ мы говоримъ, по самому существу дѣла, мы должны сказать,
что это совсѣмъ не то, что называется въ тѣснѣйшемъ смыслѣ живымъ,
или импровизированнымъ словомъ11. (См. „Живое слово11, высокопреосвя-
щеннаго Амвросія, архіеп. харьк. и ахт. Харьковъ, 1892 г. стр. 29— 30).
Давать совѣты для импровизаціи въ строгомъ смыслѣ этого слова не
входитъ въ нашу задачу. Желающихъ ознакомиться съ этимъ вопросомъ
отсылаемъ къ замѣчательной брошюрѣ высокопреосвященнаго Амвросія подъ
названіемъ „Живое слово11, гдѣ читатель найдетъ иного прекрасныхъ совѣтовъ
по веденію „живого словай.
Здѣсь мы замѣтимъ только, что при постепенно развивающейся опытности
проповѣдника и его искусства устнаго произношенія съ церковной
каѳедры предъ слушателями своихъ поученій онъ можетъ впослѣдствіи вре-
мени избранный или составленный имъ планъ поученія только заучить основательно
и прочитать относящееся къ предмету его проповѣди одно или нѣ-
сколько поученій, дабы овладѣть не только главными мыслями, но и содержаніемъ
соотвѣтствующимъ имъ.
И здѣсь помощь нашего Полнаго годичнаго круга краткихъ поученій
не будетъ, кажется, излишней, какъ представляющаго и разнообразіе плановъ
и обиліе проповѣдническаго матеріала, при справочномъ къ нему указателѣ,
нами приложенномъ.
Для вступившихъ на эту высшую ступень устнаго произношенія съ
церковной каѳедры поученій, т.-е. ту ступень, на которой для проповѣдника
достаточно бываетъ только усвоить планъ поученія и запастись главнѣйшими
библейскими, святоотеческими и церковно-историческими данными, необходимыми
для развитія избранной темы, мы, пользуясь драгоцѣнными указаніями
высокопреосвященнѣйшаго Амвросія, опытнаго церковнаго импровизатора,
предложимъ слѣдующіе совѣты:
1. Выйдя на церковную каѳедру и призвавъ помощь Вожію, говори съ
вѣрою въ силу слова Божія, но не въ сбои способности,—говори отъ сердца
съ убѣжденіемъ, и въ очахъ слушателей увидишь сочувствіе, согласіе, и
ХГІ Пр е д и с л о в і е .
они—эти устремленныя на тебя очи—засвидѣтельствуютъ и скажутъ тебѣ:
„да, это истина!11 Помни, что ты — проповѣдникъ-ученикъ I. Христа и Его
посланникъ, которому въ лицѣ апостоловъ сказано: шедше научите воя языки
(Мѳ. 28,19). Не упускай изъ виду, что тебѣ сообщенъ Духъ помазанія въ священномъ
рукоположеніи, что тебѣ въ трудныхъ обстоятельствахъ обѣщано
•благодатное содѣйствіе: дастбося вамъ въ той часъ, что возглаголете: не вы
бо будете глаголющій, но Духъ Отца вашего глаголяй въ васъ (Матѳ. 10,
19—20). Отчего же намъ, съ искреннею вѣрою въ силу этого обѣтованія
о содѣйствіи благодати Божіей, не отдать своего ума, сердца, дара слова
н а служеніе Богу и въ руководство благодати Его? Опытъ и укажетъ импровизатору
ясные слѣды этого руководства и содѣйствія благодати — въ
неожиданномъ вразумленіи, озареніи и воодушевленіи, въ непредвидѣнныхъ
движеніяхъ и силѣ слова, какія онъ увидитъ самъ въ себѣ выше всякаго
чаянія, если только онъ (непремѣнное, жизненное условіе) руководится духомъ
вѣры и смиренія, а не самонадѣянности и тщеславія.
2. При первыхъ опытахъ импровизаціи не нужно рѣшаться говорить
въ большихъ храмахъ при большомъ стеченіи народа, особенно при блестящей
обстановкѣ.
3. ІІередъ выходомъ на каѳедру проповѣдникъ долженъ имѣть въ готовности,
такъ' сказать, въ устахъ первое слово, съ котораго найдетъ приличнымъ
начать проповѣдь. При неимѣніи этого слова въ готовности проповѣдникъ
будетъ поставленъ въ затруднительное положеніе: все содержаніе
проповѣди ему представится разомъ, мысли столпятся въ головѣ, и онъ не
найдется тотчасъ, съ которой и какъ начать.
4. Едва ли не самая трудная статья при импровизаціяхъ, особенно
вначалѣ, это—пріобрѣтеніе спокойствія и самообладаніе. Ботъ пріемъ, которымъ
нерѣдко пользовался высокопреосвященный Амвросій съ успѣхомъ и
который онъ рекомендуетъ испытать другимъ. „Начиная слово, я съ усиліемъ
старался говорить какъ можно рѣже, съ намѣреніемъ пріостанавливаясь,
даже когда чувствовалъ, что могу говорить скорѣе. Если хотите при
импровизаціи владѣть собою, говорите, особенно вначалѣ слова, тихо, медленно,
какъ бы намѣренно вяло, будто разминаясь и расправляя члены.
Пусть въ душѣ все кипитъ и волнуется, но волненію, какъ пару въ котлѣ,
нѣтъ свободнаго выхода, клапанъ медленно раскрывается, сила внутренняго
давленія сдерживается и машина двй$%гся медленно, регулируясь и
развертываясь постепенно во всѣхъ своихъ' Настяхъ. Этотъ пріемъ одинаково
нуженъ и для людей скоро говорящихъ и для тѣхъ, кто выражается
медленноw.
5. Понятно само собою, что для успѣшнаго пріученія себя къ импровизаціямъ
необходимо какъ можпо чаще упражняться въ нихъ, такъ какъ
здѣсь все зависитъ отъ навыка. Если для усовершенствованія способности
мышленія, памяти, слововыраженія требуется частое упражненія этихъ силъ,
каждой въ отдѣльности, то тѣмъ болѣе это нужно для равномѣрной дѣятельности
всѣхъ ихъ взятыхъ вмѣстѣ, что требуется при импровизаціи.
Музыканты считаютъ себя обязанными играть ежедневно по нѣскольку часовъ,
чтобы не отвыкали и не грубѣли пальцы, не тупѣлъ слухъ и т. п.;
того же требуетъ и развитіе и содержаніе въ постоянной готовности къ дѣлу
и успѣшная игра на духовномъ инструментѣ, называемомъ словомъ. „Надо
Пр е д и с л о в і е . Х Г І І
іюворить постоянно, каждый праздникъ, это нужно и для насъ самихъ, и для
народа11.
6. Въ случаѣ невольной остановки во время импровизаціи., что бываетъ,
когда подъ вліяніемъ какихъ-либо обстоятельствъ порвется нить рѣчи, з а будется,
что было сказано и что слѣдуетъ сказать, опытный импровизаторъ
совѣтуетъ не смущаться такой остановкой, а нѣсколько оправившись
(отереть, напр., платкомъ потъ съ лица) взять первую идущую къ дѣлу
мысль и развивать ее примѣнительно къ главному предмету проповѣди,
котораго забыть уже нельзя. Въ скоромъ времени забытая мысль припоминается.
7. Не безполезно, кажется, предложить вопросъ: какъ долго можетъ
или должна продолжаться импровизація? При составленіи рѣчи или проповѣди