Страница 11 из 86
Иные получали извещение относительно ближних своих. Такие случаи нередки в житиях святых.
В этом нет ничего удивительного: приявшие обильно благодать Духа Святаго естественно удостоверялись в будущей судьбе своей, ибо уже здесь на земле могли сказать вместе с ап. Павлом: "Жизнь для меня Христос, а смерть - приобретение"{115}.
Эту же в сущности мысль высказывает и Д. А-ч, говоря об "атрибутах" членов Церкви, которые, по его словам, "Христом наделены только одним атрибутом: жизнью вневременной. Они перешли от смерти к жизни". (67)
Конечно, приятие "жизни вечной" чадами Церкви имеет разные степени, о чем много и глубоко пишет преп. Макарий Египетский (главным образом, в своих "Словах", которые помещены в конце единственного тома его творений){116}.
Возможно и замирание в человеке жизни вечной, отпадение от нее. Прочтите грозные строки ап. Павла в послании к Евреям (6:4-8), грозные по отношению к попирающим принятую благодать Святаго Духа{117}. Да охранит нас Господь от этой беды!
Продолжаю излагать мысли князя - его же собственными словами - о составе Тела Церкви.
Совершенно верно, что Тело Христово покрыто ранами. И когда Христос висел на кресте, то мало было красоты и привлекательности.
Церковь Христова состоит не из здоровых, а из больных - и это с самого начала. Это смущало законников - и совершенно правильно. Ибо с точки зрения закона благочестия это нелепо.
Закон благочестия имеет свой критерий и свою мерку. Эта мерка - "праведность", исполнение закона, нравственность и т.п.
У закона благодати совсем другая мерка. Это не значит, что благочестие или нравственность отменены, а это значит, что они дело второстепенное[16].
Грешник и блудница не могли принадлежать к организации храма Иерусалимского. К храму же Тела Христова - могут принадлежать.
Законник говорил: раз ты - мытарь, грешник и блудница, я тебя не могу принять в свою организацию. И если бы Церковь была только организацией, и она должна была бы сказать то же самое. Христос же поступал не так, как законник, потому что исходил не из закона благочестия, а из закона благодати.
Видит: - сидит мытарь: - "Иди за Мной{118}. Составь часть Тела Моего. Я силен тебя переродить и спасти. Мне и Моему царству не нужны дела закона, Я и без них тебя принимаю. А когда станешь частью Меня, и Я буду жить в тебе, ты и начнешь делать дела Христовы, поскольку упразднишь себя".
И все Апостолы в один голос только об этом и говорят.
Вот в этом смысле и говорится, что сила Божия в немощи совершается.
И если подумаете, то и увидите, насколько такая проповедь должна была казаться соблазнительной законникам, и почему мытари, "покрытые болячками" и ничего не могшие привести в свое оправдание, шли ко Христу. - И перерождались. И очищались от болячек, - только это невидимо. (68-69)
Характеризуя различные отношения к греховным болячкам рационалиста, евангелика{119} и христианина, Д.А. замечает:
"Рационалист только и делает, что чистится[17].
Евангелик утверждает, что их нет - Кровь Христа их смыла{120}.
Христианин говорит: буди милостив ко мне, грешному"{121}. (69)
Здесь уместно вспомнить слова преп. Ефрема Сирина: "Вся Церковь - кающихся, вся она есть Церковь погибающих"{122}, т.е. сознающих свою греховность и ищущих спасения. Несомненно и то, что святые, сознавая свою греховность и каясь в ней, вели усиленную борьбу, при содействии благодати, со своими страстями, памятуя, что "царствие небесное нудится, и нуждницы восхищают е" (Мф.11:13) и что "иже Христовы суть, плоть распяша со страстьми и похотьми" (Гал.5:24).
4. Жизнь и взаимоотношения членов Церкви, как живого организма (по сравнению с сектантством)
Рационалистическая концепция христианства такова: 2000 лет тому назад появилась Божественная Личность. Эта Личность через некоторое время ушла туда, откуда приходила, оставив учение. Религия <заключается> в том, чтобы установить интимную, внутреннюю связь между человеческой личностью и этой Божественной Личностью. Мало-помалу эта Божественная Личность заменяется Ее учением, и рационалист оставляет связь с Божественной Личностью и связывает себя с Ее учением. (Протестантство в этом положении; в этом положении и все рационалистические секты).
Концепция церковника совсем другая.
Он полагает, что Искупитель-Христос (идея искупления явно запечатлена на всем мире, на всей жизни мира: во всем мире все сущее так или иначе отдает жизнь свою ради жизни других), церковник полагает, что Искупитель-Христос, сотворив Себе плоть, - воплотился. Для этого выбрал народ, колено, семью{123}. В этом для церковника смысл Ветхого Завета. Воплотившись, Божественная Личность - Искупитель, ради продолжения Своего дела, снова сотворяет Себе плоть из человеческого естества. Плоть эта и есть Церковь. Церковь - Тело Христа. Каждый церковник в отдельности - "член Тела Христова".
Когда рационалист говорит: "я жив", <то> он разумеет, что связал себя со Христом.
Когда церковник говорит: "я жив", то он этим хочет сказать и говорит следующее: "я жив, но живу уже не я, а живет во мне Христос"{124}.
Когда рационалист говорит о "духовной жизни", он разумеет жизнь своей души, и только.
Церковник же, член Церкви, под словами "духовная жизнь" разумеет гораздо больше. Он еще разумеет соборную, в единении, жизнь всех частиц, всех молекул Тела Христова - во Святом Духе, или Святым Духом.
Когда рационалист-сектант говорит о благодати, то он разумеет нечто в роде помощи Божьей, ему лично посылаемой и его лично оживляющей.
Член Церкви кроме этого утверждает, что принятая им благодать проникает еще и во все частицы Тела Христова, т.е. и во всех друзей Христовых, во всех членов Церкви. (37-38)
Баптисты и рационалисты думают, что Дух Христа вселяется в каждого верующего и оживляет его.
При таком взгляде христианство есть нечто только личное. Никакой связи между людьми, кроме той, которая существует в любой социал-демократической организации, - нет.
При церковном же взгляде, христианство нечто соборное; члены Церкви суть молекулы одного организма. Какая же разница? Громадная.
Если баптист Сидор получит от Духа Христа, то через это с баптистом Иваном ничего не произойдет. Он ничего при этом не получит. - Ибо если я намочу один камень, лежащий в куче, то остальные от этого не намокнут.
В Церкви совсем другое: благодать, которую воспринял член Церкви Сидор, оживляет не только Сидора, но всех членов Церкви.
Совершенно так, как в яблоне или нашем теле. Заразилась одна "клеточка", болеют все. Полили вы корни, а ветки получили воду. (70-71)
Для церковника "Церковь" не только организация, но еще и Организм, не только система или учение, а Живая Личность. И эта Личность - Христос.
Видимая Церковь, это - естественное, видимое и осязаемое Тело Христово.
А потому и судьбы Церкви должны быть подобны судьбам Иисуса Христа.
Она должна быть искушаема и предаваема, она постоянно умирает и постоянно воскресает.
Если просмотрите речи Спасителя, то увидите, что в этих речах именно это и излагается. И если эту концепцию исключить из речей Спасителя, то придется исключить не только три четверти речей по букве, а еще вынуть, так сказать, краеугольный камень всего здания.
При этой концепции суть нашей жизни на земле такова: сила Христова, сила Искупителя, втягивает во Христа частицы и молекулы мира для дачи им высшей жизни. Но ведь это самое и говорил Христос. Христос из нас строит Себе Тело, Которое не будет знать смерти. Это Тело есть Церковь.
Это строительство идет во всем мироздании. Растения втягивают в себя минералы и дают им высшую жизнь. Животные втягивают в себя растения, и так далее. И везде действует сила Христова.
Если вы станете на такую точку зрения, то вам будет ясна и роль таинств и всего прочего в учении Церкви.
Божественный акт приобщения к высшей жизни и называется таинством.
И этот акт видимо совершается при посредстве людей - "священства" - Самим Христом. И на это есть подлинные слова Спасителя{125}.
Подобно тому, как при земной жизни Христа приобщение людей к высшей жизни совершалось при посредстве человеческого естества Спасителя, так точно и ныне видимое приобщение к этой жизни совершается при посредстве видимого и осязаемого человеческого естества Тела Христова, при посредстве Церкви. (38-39)