Страница 7 из 59
Правило в руководство
Возложено на него не допускать, чтоб среди верующих ходили толки и учения, пустые и суесловивые, а все внимание обращать на созидание и укрепление верующих в святой, полной любви, жизни в духе веры. Теперь частные даются предписания, на что именно должно напрягать силу слова и пастырской власти, действуя в этом направлении. Это и служит содержанием всего Послания, в котором можно различать следующие части: 2) какие порядки следует заводить и содержать среди пасомых (см.: 2 — 3, 13); 3) как на них действовать и их руководить (см.: 3, 14 — 6, 19); 1) то и другое по духу веры Христовой (см.: 1, 8 — 20). Как это последнее — дух веры Христовой, — очевидно, должно служить руководящим при сем началом; то о вере во Христа Господа не раз поминается в течении Послания, как о подтвердительном и оживительном для предписываемых правил начале. В самом же начале ей посвящается особое отделение,—все остальные стихи 1-й главы. Итак, первые наставления идут:
1) О вере в Господа Иисуса
Это отделение можно счесть продолжением предыдущих слов; по крайней мере оно к ним прикрепляется течением речи. Сказал, что те, которые, оставя главное — любовь в духе веры, покушаются выставлять значение закона, сами не понимают, что говорят. Теперь разъясняет это, говоря: а) время закона уже прошло (см.: 1, 8—10); б) настало время Евангелия, которое мне вверено (см.: 1, 11 — 14); в) почему — хочешь спастися,— веруй в Господа (см.: 1, 15 — 17); и: г) заключает: вот о чем учить главным образом завещаваю тебе (см.: 1, 18-20).
а) Время закона уже прошло (1, 8—10)
Такая мысль не выражена буквально, но составляет внутренний смысл сих стихов, без коего понять их невозможно.
Глава 1, стих 8. Вемы же, яко добр закон есть, аще кто его законне творит.
Апостол будто смягчает предыдущий укор выставляющим значение закона, что они не знают, что делают: уступаю, что: закон добр. Но тут же прибавляет такое условие, которое сильно отнять всякое дерзновение у выступающих с учением о силе закона: аще кто его законне творит, χρηται,— пользуется им законно, то есть в духе самого закона, по внутреннему его смыслу и значению. Я знаю, говорит, что закон хорош; но вы нехорошо учите о нем. Вы выставляете значение его безусловно, а оно подлежит условию: аще. Разбери теперь это условие и найдешь, что исполнение его должно вести к узрению престания закона. Закон — пестун во Христа, — он тень, тело же Христос. Следуй сему пестуну, иди по сей тени,— и дойдешь до Христа, обетованного Избавителя. Пока не приходил Христос, вы все были под пестунством, шли по тени; а когда пришел Христос, пестунству конец, и тень должна быть оставлена позади. А вы все твердите: закон, закон. Следовательно, вы незаконно им пользуетесь, употребляете его не по значению и духу его; почему не знаете, что говорите.
По особенному значению сего места, выписываем, что сказали, рассуждая о нем, святые Отцы и учители. Блаженный Феодорит пишет: «не закон порицаю, но худых учителей закона. Ибо знаю, что закон полезен для вознамерившихся соблюдать цель закона. Сие значат слова: аще кто его законне творит,— то есть если кто следует цели закона. Цель же закона — привести нас к Владыке Христу, и по пришествии Его закон не имеет уже силы. Это сказал Апостол и в Послании к Галатам: аз законом закону умрох, да Богови жив буду (Гал. 2, 19). Ибо закону же повинуясь, говорит, не храню я закона». То же читаем и у Амвросиаста: «не отрицает Апостол, что закон, данный чрез Моисея, добр, так, однако ж, чтоб признаваем был смысл его и то, для чего он дан, приемлемо. Но тот знает закон и то, для чего он дан, кто, слыша проповедь о Христе, оставляет закон. Тот законно пользуется законом, кто умеет различать в нем данное на время от непрестающего и признает, что относящееся в нем к таинству Христа не должно уже быть (по пришествии Христа) соблюдаемо на будущее время; ибо это значило бы веровать, что имеет еще прийти Тот, Кто уже пришел». И у блаженного Феофилакта: «законно пользуется законом тот, кто приводится им ко Христу.
Закон, не имея силы оправдывать, препровождает (ищущего праведности) ко Христу, — и это есть цель его: так что законно,—то есть так, как повелевает сам закон,— пользуется законом тот, кто закону предпочитает Христа». Это взято у святого Златоуста, который говорит: «если надлежащим образом будешь пользоваться законом, то он приведет тебя ко Христу. Ибо так как цель закона состоит в оправдании человека, а между тем он не в состоянии (этого сделать); то он приводит к Тому, Кто может (исполнить сие)».
Стихи 9 — 10. Ведый сие, яко праведнику закон не лежит, но беззаконным и непокоривым, нечестивым, же и грешным, неправедным и скверным, отца и матере досадителем, мужеубийцам, блудником, мужеложником, разбойником, клеветником, скотоложником, лживым, клятвопреступником, и аще что ино здравому учению противится.
Слова: ведый сие, яко праведнику закон не лежит — объясняют, кто правильно пользуется законом или правильно к нему относится, указывая, что это есть тот, кто держит убеждение, что праведнику закон не лежит, что он уже от него свободен. Под праведником здесь следует разуметь человека-христианина, который, уверовав во Христа, получил оправдание, то есть получил отпущение грехов и благодатное обновление, являемое святою жизнию. Для такого, конечно, не нужен закон, как указатель должного, им руководит благодать Святаго Духа, высшего закона. «Праведнику не лежит закон,—говорит святой Златоуст, — потому что он не дожидается того, чтобы закон научил его тому, что нужно делать, имея внутри себя наставляющую его благодать Святаго Духа,— не нужно наставление тому, кто не имеет недостатка в наставнике». Так как он приводится к сему, то есть вере во Христа и благодати Его, законом, ибо такова цель его; то следует, что законно законом пользуется тот, кто, достигнув цели закона, слагает с себя иго его, по полному убеждению: что он уже теперь не лежит на нем. Иначе сказать, «тот надлежащим образом пользуется законом, кто знает, что не имеет в нем нужды»,— как говорит святой Златоуст.
Напротив, на тех, которые не приступили еще к оправданию верою и благодатию и остаются во грехах, он лежит всею тяжестию ига своего,— обязательства, осуждения и страха, для того, чтоб действием на них тяготы такого ига побудить их взыскать облегчения и свободы, которые пред лицом их предлагаются благовестием Евангелия.
Можно предположить, что святой Павел, делая оговорку о доброте закона под сказанным условием, имел в виду уверовавших иудеев, которые, однако ж, не успели еще отрешиться от закона. Он говорит как бы им: ничего; это не послужит вам к худу, если вы будете при сем относиться к закону законно, то есть будете держать то убеждение, что не он спасает и оживляет вас к правде, а благодать по вере, он же есть как нечто у вас внешнее, стороннее. Только такое отношение к закону есть правильное, законное, Держимое по смыслу самого закона. Те же, которые выставляют значение закона безусловно, не знают, что делают; не слушайте их.
Но можно принять, что Апостол выражает общее положение, под каким условием закон бывает добр. То и назначение закона, чтобы тот, кто по его руководству приходит туда, куда он ведет, оставлял его, по убеждению, что он уже не лежит на нем.
Экумений пишет: «законно пользуется законом тот, кто ведает, что он не нужен ему для праведной жизни». А такого рода лица кто такие? На это отвечает Амвросиаст: «это те, которые, получив отпущение грехов, стали праведны, чтоб не жить уже под законом, от которого освобождены благодатию Божиею чрез веру во Христа, но, исполняя в сердце Творцом написанное (и теперь благодатию восстановленное и оживленное), чаять прочее дня судного, когда праведники получат праведное воздаяние». Тут же Амвросиаст объясняет, что первоначально образ праведной жизни начертан в естестве человека, чтоб, живя по нему, люди являлись праведными и богоугодными. Потом, когда люди, предавшись страстям, стали попирать тот закон естества, — Бог дал в руководство писанный закон чрез Моисея, так что, будь в силе закон естества, писанному закону не было бы места. Почему в настоящее время, когда благодать чрез веру восстановляет в силе начертанное Творцом в естестве,—закон, прившедший по причине расстройства сего начертания, уже не нужен тем, в которых оно восстановляется благодатию чрез веру. Подобное сему пишет и Экумений: «закон преступлений ради приложися (Гал. 3, 19); так что для праведного, который живет право по любви к добродетели, а не по страху закона, он не нужен, а нужен тем, которые не сами от себя влекутся к добродетели, но если и делают это, то только боясь угрозы закона».