Страница 3 из 6
Дорогая Дина!
Как я рад, что Яша устроился постоянно и — так неплохо. Конечно, придется работать основательно, но в конце концов останется время и для обобщений. Мне всегда хотелось, чтобы он довел до конца идеи, развитые им в той брошюре *, изданной несколько лет назад.
А перед Вами… сейчас будет все мелькать и проноситься. Уляжется, наверное, только после возвращения. Человек–путешественник похож на корову, которая набирает на поле траву, а потом в хлеву переваривает.
Хотел Вам сказать одну важную вещь. /Может быть, уже говорил, не помню/. На иврите слово вера / эмуна / происходит от корня, который тесно связан с идеей верности, твердости. Антиподом ее является не неверие, а неверность. Это очень точно. Верность Богу есть одновременно верность людям, верность себе, как говорят заумные люди, — самоидентичность, самотождество. Врагом же является утрата этой верности под влиянием вихрей, которые веют над нами и вокруг нас. Это позвоночный столб духа. Где бы Вы ни были и что бы Вы не делали — важно сохранять внутреннюю цитадель, в которой царит покой, где душа с доверием и надеждой смотрит в небо.
Все проходит, а это остается. Уносятся лица, города, мнения, теории, события — в глубине же: душа перед Вечным, перед Богом. И тогда начинаешь понимать, что от нас чего–то ждут, что мы родились зачем–то. Что призваны что–то принести в мир.
Мое письмо, наверное, застанет Вас в Тель–Авиве.
Желаю Вам хорошо провести эти дни на древней земле, с которой связано столько воспоминаний и которая теперь в стольких обуреваниях внутри и снаружи.
Может быть, и мне удастся когда–нибудь побывать там. У нас ездят иногда паломники. Но шансов мало попасть в их число. Вообще же я не испытываю потребности к путешествиям. В юности я много ездил всюду. И уже тогда пришел к выводу, к которому пришли Вы. Всюду одно и то же. Нужное можно найти рядом. Вот и живу отшельником в своей усадьбе, все отдавая работе. А то жалко времени. Чувствую ответственность за каждый потерянный день и час.
И так мысленно, молитвенно и сердечно путешествую с Вами.
Ваш о. Александр Мень.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
* Яша написал и издал в России в 1971 году в издательстве «Недра» трактат «Геология и общая эволюция Природы».
*************************************************
Янв. 26,1979.
Дорогая Дина!
Взаимно поздравляю Вас с праздником.
Великий германский мистик Мейстер Экхарт писал, что каждое Рождество Христос как бы рождается в нашем сердце. Событие прошлого становится вечным актом встречи и света: «светящего во тьме» /как младенец в яслях Вифлеема/.
Письмо я Вам послал, но оно, вероятно, застряло или потерялось из–за дальности расстояния. Ваше последнее было — предварительный итог поездки «вокруг света».
Напишите, как Вы? Отошли от впечатлений? Как Ваши дела и обстоятельства?
Сопереживаю с Вами и радуюсь тайне, которая в Вас совершается. Маленький храм среди небоскребов — это символично*. Так незаметно входит Царство Божие в мир и так «инкогнито» в нем присутствует.
Желаю Вам всего светлого в новом году.
Ваш о. Александр Мень.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
* В Хьюстоне, куда мы переехали, русская православная церковь помещалась в маленькой старенькой часовенке среди гигантских кубических небоскребов. Священником был бывший доминиканский монах отец Джордж, который, как я думаю, перешел в православие, потому что влюбился, у него было шестеро детей и обожаемая им матушка Анна.
*************************************************
[1979]
Дорогая Дина!
Простите, что долго не писал. Был очень загружен по службе и похоронил маму. Ее очень трогательно провожали мои прихожане, которые все ее любили.
А Вы, наконец–то, включились в буржуазно–трудовую деятельность, да еще на «родственных» основаниях.* Поистине чудеса! Как и судьба Яшиных картин…
Как я понял из Вашего письма, в Ваших ребятах поляризовались русское и американское начала. Но на самом деле все впереди. Многие странные перемены происходят с потомками. По опыту сужу.
В день маминых похорон моя внучка стала бегать своими ногами, а сын уже стал бородатым лбом двухметровой протяженности. Учится на Яшину профессию, по нефти. Первый сессионный барьер взял, а потом?
Вот Вы пишите: за что? За что все хорошее? Но ведь это так понятно! Это из притчи о талантах. Это призыв — превратить их в двойную порцию. «Кому много дано» — это относится не только к способностям, но и ко всему в жизни. Это прекрасно, как ответственность, а не как бездумное ликование.
Вы конечно, спросите, чем я отдам? Всем. Побродив по миру, Вы теперь лишний раз убедились, чего в нем мало. Каждый духовно мыслящий и чувствующий из нас — есть посланник, свидетель, так сказать, десантник Добра, самого редкого товара, самой далекой инстанции, самого насущного.
А наши скитальцы поняли это по–своему. Клянут и гордятся, выкаблучиваются. Причина чисто психологическая: стремление компенсировать свою недостаточность, несостоятельность /творческую и человеческую/ и, кроме того, подсознательная месть за разрушенные мифы. Об этом мне едва ли придется писать своим корреспондентам. Дай–то Бог выслушать их плач на реках Вавилонских. Это их мучает больше всего. А уж на поверхности — самоутверждение: «а жаль, что не знаком ты с нашим петухом…» Словом, вечные человеческие проблемы одинаковы везде. Грехи — категория интернациональная, как и глупость.
Зима у нас проходит. Стало тепло, но Наташа моя, конечно, не прочь бы пощеголять, но боюсь, что это хлопотно и накладно. Что Вы делаете, кроме работы и детей, что читаете, о чем думаете?
Жду.
Храни Вас Бог.
Ваш о. Александр Мень.
Получено 14.03.1979
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
* «…Меня взяли на работу в «Эксон», в «империалистическое логово» в тот же отдел, где работал Яша. Такого не было со дня основания этой «Акулы», чтобы жена была вместе с мужем. Очень умный Яша составил моё резюме так, что в мире нет специалиста, равного Диночке. Ведь «я видела компьютер»(!), имею представление о географии /оказалось, что такой предмет тут отсутствует, и мало кто знает, где Ленинград, не говоря уже о такой провинции, как Москва/, и кое–какие представления о геологии….»
О первом моём дне и работе в «империалистическом логове» я рассказала в главе «Республика Эксон».
*************************************************
27.4 [1979]
Дорогая Дина!
Так интересно было читать все, что Вы пишете, и так ясно представляешь себе тот непривычный нам мир, где Вы живете. Какой, однако, был большой смысл для Вас попасть в него. Многое оказалось рельефней и переоценилось.
А о «времени» я еще раз напомню Вам слова из Библии, что «времени уже не будет». Значит, эта страшная необратимая сила действует лишь в падшем мире, как одна из его характеристик. Любой же прорыв в любви, в творчестве, в красоте и мистике есть победа над временем. Если не иметь этого прорыва, то роковым образом оказываешься во власти умирания и распада. Это и произошло с Вами. Время — поток, уносящий нас, как водопад. Но если взять другое направление, то жизнь станет путешествием вверх, восхождением, а не спуском. Я много видел людей, которые, идя вниз /годами/, набирали сил, мудрости и света. Богатели, не нищали. В этом вся суть…
Вы спрашиваете, всем ли людям надо прийти к кризису, чтобы понять такое? Наверное, если не всем, то многим. Кьеркегор даже строил на этом свое учение о пути к Богу только через отчаяние и «пограничные ситуации». Впрочем, иногда этого можно миновать. Если рано узнать, что почем. Тогда можно спускаться в пропасть на веревке, зная, что ты прочно закреплен наверху. Спускаться, чтобы поднять других и испытать все…
Вот Вы пишете об ощущении себя «хорошей». А настоящая жизнь начинается с того момента, когда узнаешь о себе правду. Об этом, если Вы уже читаете по–английски, посмотрите в К. Барта «Послание к Римлянам» /впрочем, трудновато, наверное, и книга немного экстремистская/.
Относительно метаморфоз в отношениях, то это мне напоминает эпизод из Маугли, когда во время засухи все звери, хищные и травоядные, мирно пили вместе, а потом, с начала сезона дождей, снова начали охотиться и убегать. /Или другой пример; площадка молодняка — и потом/. А велосипедов открывать не бойтесь. Это ведь Ваш велосипед.
Гоголь — это особая статья. Его часто не понимают. А на Востоке у него, бедняги, была депрессия /он был циклотимик/, и он ничего не увидел и не почувствовал. Пушкин понят еще меньше. Это — свет. Даже печаль у него светла. И недаром он прошел путь от вольтерьянства к «Отцам пустынникам» и «Страннику».