Патрология. Золотой век святоотческой письменности

Страница 77 из 87

Общая образованность Дидима стоит на уровне его эпохи. Он знает — неизвестно, насколько глубоко, — философию: вспоминает «Тимей» Платона, но осторожен в отношении Аристотеля, что, по мнению Лейпольдта, надо объяснять склонностью к Стагириту крайних ариан, Аэция и Евномия. По мнению того же ученого, Ориген для Дидима значил больше, чем Григорий Чудотворец для Каппадокийцев. Оригенизм, конечно, сказался во многом: вечность творения мира, сравнительная плотность эфирных тел ангелов, в зависимости от степени их удаления от Бога. Возможно, что ему не чуждо было учение о предсуществовании человеческой души [230], но при этом отрицается переселение душ [231]. Как и все писатели патриотического периода, он не тверд в учении о строении человека, пользуясь то дихотомической [232], то трихотомической терминологией [233].

Начиная с Иеронима и вплоть до собора 553 г., Дидима обвиняли в апокатастазисе. «Вечность» мучений Дидим понимал не буквально, а несколько смягченно. Муки для него «целительны» [234], что можно, как известно, найти и у св. Григория Нисского.

Godet не считает Дидима рабским эхом Оригена. Leipoldt оговаривается, что интерес Дидима к Оригену, интерес не мыслителя, а антиквара [235].

Глава VII. Св. Кирилл Иерусалимский

§ 1 Жизнь и значение для богословской письменности

Биографические данные о св. епископе Иерусалимском Кирилле достаточно скудны и вдобавок сбивчивы. Некоторые подробности его жизни не ясны.

Родился он около 313–315 г. в области иерусалимской. Образование его было достаточное и главным образом направлено было на изучение Священного Писания. Есть основания думать, что он был близок к монашеской среде, может быть, сам был иноком. Около 343–345 г. он был рукоположен в иереи св. Максимом Иерусалимским.

Епископом он стал в 348 г., а не, как думали раньше, в 351. Это доказано трудами J. Mader’a [236]. Кирилл становится преемником св. Максима, смерть коего имела место в 348 г. С вопросом об епископской хиротонии св. Кирилла не все ясно. Существуют в древней литературе два совершенно противоположных свидетельства.

По одному, основывающемуся на «Хронике» блаж. Иеронима (написана в 349 г.), св. Кирилл был в то время близок с, арианином Акакием, еп. Кесарии Палестинской. Этот последний предназначал Кирилла на иерусалимский престол, буде Кирилл откажется признать свое пресвитерское посвящение от Максима (!). Кирилл якобы на это пошел. Максим предназначал себе в преемники Ираклия.

Основываясь, по–видимому, на этом свидетельстве, Руфин пишет: «Cyrillus post Maximum sacerdotio confusia jam ordinatione suscepto» [237].

Арианское рукоположение готовы защищать и историки Сократ [238] и Созомен [239].

Но с другой стороны, блаж. Феодорит считает св. Кирилла защитником апостольской веры и достойно посвященным во епископа [240]. Точно так же и восточные епископы, собравшиеся в Константинополе в 382 г., пишут папе Дамасу о Кирилле, что он был «давно канонически посвящен епископами иерусалимской области» [241]. Наука, лишний раз принужденная отнестись с сугубой осторожностью к показаниям бл. Иеронима, пришла к выводу о законности епископской хиротонии иерусалимского епископа.

Годы епископского служения на троне св. Иакова не были спокойным периодом жизни св. Кирилла. Он, прежде всего, вошел в столкновение с упомянутым выше Акакием. Сначала спор загорелся по вопросу юрисдикционному. Оспаривалась законность первенства иерусалимской кафедры в Палестине. Но быстро к этому присоединяется и момент догматический, вполне понятный в атмосфере арианской и омиусианской полемики того времени. Заканчивается это огорчением св. Кирилла и новым обвинением его в том, что он отдал в пользу бедных некоторые церковные священные предметы.

Но главная скорбь была только впереди. С 358 года жизнь св. Кирилла начинает походить на жизнь его знаменитого современника, св. Афанасия Александрийского. Три раза иерусалимский епископ должен удаляться в изгнание. Период с 358 по 378 год проходит в троекратном изгнании. Около семнадцати лет он проводит их вне непосредственного общения со своей паствой. После первого, четырехлетнего изгнания, он возвращается под Юлианом Отступником на короткое время в Иерусалим, но в том же 362 г. вынужден опять уйти из св. Града. По возвращении, он снова уходит в одиннадцатилетнее изгнание, длящееся с 367 по 378 год. Это время он проводил в разных местах, но преимущественно в Антиохии и в Тарсе.

В 381 г. св. Кирилл участвует на II всел. соборе. Умирает он в мире в 386 г. [242] или в 387 году [243]. Православная церковь празднует его память 18 марта, римокатолическая — 18 мая.

Значение св. Кирилла для богословской литературы и для истории развития догматической мысли не малое. Выше было указано отношение людей, ему современных, к его церковной позиции и резко противоположная оценка его деятельности. Св. Кирилл не был ярко выраженным представителем какого–либо самостоятельного течения в богословии. Его нельзя причислить к руководителям «богословских школ», какими были в свое время Климент Александрийский и Ориген, а впоследствии — св. Кирилл Александрийский для «александрийцев»; или же как великие «каппадокийцы», современники св. Кирилла Иерусалимского; вряд ли его можно причислить к учителям «антиохийского» направления, как это делают V. Schmidt [244] и X. Le Bachelet [245] . Он — не богословский ум, создающий эпохи и направления. В борьбе за единосущие его позиция не боевая. По определению проф. А.А. Спасского [246], Кирилл — «человек не теории, а практики» и «хочет изложить в своих поучениях лишь то, что характеризует общее благочестие». Он—не арианин, но и не примыкает открыто к чисто никейской, каппадокийской линии; никейского символа он не принимает, а придерживается в своих поучениях местного, иерусалимского символа, который «не есть дело рук человеческих» (огл. V); он не прочь пользоваться, когда надо, и такими вероопределениями, как «датированная вера» и «ekqesix makrosticox».

Но он, тем не менее, никак не может быть причислен к типу людей, не твердых в своей вере, или к богословски безразличным людям.

Как бы то ни было, его «Огласительные поучения» заняли свое прочное место в истории развития христианского вероучения, а Церковь причислила его к сонму святых и учителей Церкви.

§ 2 Творения

Литературная деятельность св. Кирилла не богата. Его произведения могут быть причислены преимущественно к типу проповеднических.

К безусловно подлинным трудам его относятся:

1. «Огласительные поучения», всего числом 24, из коих: одно — предогласительное, являющееся как бы введением ко всей серии их; 18 — к просвещаемым; 5 — «тайноводственных». Вопрос об их подлинности был поднят еще в XVII в. протестантским ученым A. Rivet (Genиve, 1642). Сомнительными казались разные якобы «интерполяции» о целибате, девстве, почитании Креста и мощей и пр. Трудами бенедиктинца Dom Touttйe, на основании подробной внешней и внутренней критики сомнений Rivet, подлинность «Поучений» безусловно восстановлена и считается бесспорной.

Эти «Поучения» — являются произведением еще молодого Кирилла. Сказаны они в 348 г.

Русский перевод их издавался неоднократно: первый перевод — Ярославской дух. семинарии, СПБ. 1822; второй — Моск. Дух Академии (1 изд. 1855 г., 2 изд. 1891 г.); третий перевод — в издании П. Сойкина, СПБ. 1913.

2. «Беседа о расслабленном при Овчей купели» сказана, вероятно, до «Огласительных поучений», в 343–348 гг. Русский перевод издавался дважды. Второе издание под редакцией проф. А. Лебедева (Серг. Посад, 1893 г.).

3. Письмо к императору Константину по поводу чуда явления Креста на Елеонской горе 7 мая 351 г. Русский перевод дважды издавался (2–е издание: Серг. Посад, 1893 г.).

4. Три фрагмента из проповедей.

К неподлинным произведениям св. Кирилла надо отнести:

1. Беседа на Обрезание Господа и на Симеона Богоприимца.

2. Хронология от Адама до потопа.

3. Письмо к папе Юлию.

4. Несколько фрагментов у Фомы Аквината и др.

§ 3 Общее содержание «Огласительных поучений»

«Оглашения» св. Кирилла представляют собою, прежде всего, дидактическое произведение. Кирилл не только проповедник, но в них он дает свод догматических и нравственных истин, необходимых для назидания приходящих к вере. В этом разрезе эти поучения важны и как исторический документ, свидетельствующий о состоянии церковной мысли того времени. С этой точки зрения небезынтересно отметить нижеследующие стороны его учения.

Претензии к содержанию