Страница 7 из 22
Посему плоть во Христе …является обоженною»97. Если обратиться к новозаветным текстам, то мы увидим, что современники Христа явно не разделили ли бы точку зрения Рогозина на вопрос поклонения Христу. Как следует из Евангелия, Христу поклонялись при Его земной жизни: пред Ним падают ниц, прося об исцелении (см.: Лк.5:12) и благодаря за него (Лк.17:16). Заметим, что Христа не смущает то, что почему-то смущает многих протестантов, а именно, что «Бог есть Дух: и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин. 4:23-24)98. Если понимать эти слова так, как они интерпретируются в рассматриваемой нами книге, то можно сделать вывод, что и при земной жизни Господа Ему, - Богу, явившемуся во плоти: «Бог явился во плоти» (1Тим.3:16), - не следовало воздавать поклонения, выраженного физически. Но Господь не говорит исцеленному Им самарянину о том, что «Бог – существо духовное»99 и потому «поклонение Богу должно быть духовным»100, Он не поднимает его с колен, напротив, очистившийся прокаженный слышит в ответ такие слова Христа: «не десять ли очистились? где же девять? как они не возвратились воздать славу Богу, кроме сего иноплеменника?» (Лк. 17:17-18). Как видим, и остальным исцеленным подобало таким же образом, как и самарянин, воздать славу Христу-Богу, «ибо в нем обитает вся полнота Божества телесно» (Кол. 2:9).
Согласно учению Православной Церкви, в момент Воплощения Слово воипостазирует человеческое естество, которое становится в такой же мере Его собственным, как и Его Божественная природа. Ипостась Христа становится отныне и навеки общей для двух Его природ – Божественной и человеческой. Поэтому вся жизнь человечества во Христе, включая страдания и смерть, является содержанием жизни Божественной Личности, все то, что претерпевает человеческая природа Спасителя, относится ко Второму Лицу Пресвятой Троицы. Все претерпеваемое Им Он претерпевает Сам по Своей человеческой природе. Таким образом, при действительном различении Божественной и человеческой природ в Богочеловеке, в Нем есть единый личностный центр, единое «Я», сознающее Себя в двойстве естеств, являющееся субъектом всех состояний человеческой природы101. Поэтому поклонение Христу не есть поклонение уничиженной плоти Его, как пишет Рогозин102, а поклонение Самому Спасителю как Личности. Так же и икона Христа изображает не Его человеческую природу, а Его Личность103, соединившую в Себе «неслиянно и нераздельно», по выражению Халкидонского ороса, Божественную и человеческую природы. Святость иконы в ее haraktere: «На иконе Христа рядом с Лицом Христа нет никакой другой ипостаси. Напротив, это - само лицо Христа, или Его изображение harakter, которое благодаря облику Его внешнего вида воссиявает на иконе и почитается на ней»104.
Разъясняя этот вид присутствия, св. Феодор Студит (759-826гг.), известный защитник иконопочитания, обращался к аналогии печатки и ее оттиска: изображение Христа почитается на иконе благодаря сходству со своим Первообразом105, даже в том случае, если это сходство весьма отдаленное (например, если иконописец – неопытный мастер). Но в большинстве случаев верность прототипу такова, что православный верующий легко узнает на иконах наиболее почитаемых святых, не говоря о Божией Матери и Спасителе. Икона связана со своим первообразом не в силу тождества с его личностью, а в силу того, что она изображает черты его личности и носит его имя. Благодаря этой связи «честь, воздаваемая образу, восходит к первообразу»106. И потому «поклоняющийся иконе поклоняется ипостаси изображенного на ней»107. При этом следует различать поклонение как всецелое служение (latreya), которое подобает воздавать лишь Богу, и поклонение как воздаяние чести – почитательное поклонение108 (timesehe proskunesis): Седьмой Вселенский Собор постановил «…чествовать их (святые иконы - М.О.) лобызанием и почитательным поклонением»109, но «не тем истинным по нашей вере служением, которое приличествует одному только Божественному естеству» 110 . Для разъяснения разницы между этими понятиями Седьмой Вселенский Собор ссылался на отрывок писаний св. Анастасия, еп.
Феополького: «Мы поклоняемся и святым людям, и ангелам, но не служим им как богам, ибо Моисей говорит: Господу Богу твоему поклонишися и Тому Единому послужиши. Смотри: при слове «послужиши» прибавлено «Единому», а к слову «поклонишися» - не прибавлено. Значит, поклоняться можно и не Богу, потому что поклонение есть выражение почитания, служить же нельзя никому, кроме Бога»111.
Глава VI Почитание святых в Православной Церкви
…молитесь друг за друга…:
много может усиленная молитва праведного.
Иак. 5:16.
О молитвенном обращении к святым и Деве Марии Павел Рогозин пишет: «Со смертью и Воскресением Христа мы имеем только «Единого Посредника» и «ходатая Нового Завета Иисуса». Ходатайство это Христос приобрел дорогой ценою: Его крестными страданиями и смертью. Итак, есть только «един Бог, един и посредник между Богом и человеком – Человек Христос Иисус, предавший Себя для искупления всех» (Евр. 9,14-15;1Тим. 2,5-6)»112. Ниже из этого делается следующий вывод: «все иные посредники стали излишни с того момента, как Христос вознесся, воссел одесную Бога Отца, чтобы ходатайствовать за нас»113. Здесь мы видим очередное подтверждение неосведомленности Рогозина в учении Церкви. Православная Церковь не учит о том, что Божия Матерь или святые заменяют собой Христа или участвуют в деле Искупления как соискупители. Рогозин пишет: «К Деве Марии стали обращаться с молитвами как к верной «посреднице», «ходатаице и заступнице» рода человеческого пред Богом. И как ни странно, малейшее уклонение от подобного взгляда и в наше время считается «сектантским», «еретическим» и даже «кощунственным…»»114. Называя Богородицу Ходатаицей и Заступницей рода христианского, обращаясь к святым в молитве о предстательстве, Церковь отнюдь не ставит их на место Христа. Посредничество Христа не отменяется верой Церкви в помощь святых.
Если мы внимательнее прочитаем те стихи Нового Завета, на которые обращает внимание читателя Павел Рогозин, то заметим: говоря о том, что «един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус, предавший Себя для искупления (выделено нами. – М.О.) всех» (1Тим. 2:5-6)115, апостол имеет в виду посредничество Христа в деле великом Искупления. Действительно, в тайне Искупления, в деле примирения человека с Богом Христос есть Единственный Посредник, Он есть Единственный Ходатай в жертвенном подвиге, но не в молитвах. Подтверждение правильности именно такого понимания данных отрывков можно видеть у того же апостола, когда он просит целые христианские общины молиться за него: «умоляю вас, братия, Господом нашим Иисусом Христом и любовью Духа, подвизаться со мною в молитвах за меня к Богу» (Рим. 15:30); « Братия! молитесь о нас» (1Фес. 5:25). Апостол надеется, что молитвы его адресатов будут содействовать его избавлению от смерти: «на Которого надеемся, что и еще избавит, при содействии и вашей молитвы (выделено нами. – М.О.) за нас, дабы за дарованное нам, по ходатайству многих, многие возблагодарили за нас» (2Кор. 1:10-11). Эти слова не могли бы быть написаны апостолом, если бы он не признавал никакого иного ходатайства, понимаемого здесь как молитвенное содействие, ничьей молитвы, кроме молитвы Христа. Таким образом, толкование 1Тим.
2:5-6, а также: «Он есть ходатай нового завета, дабы вследствие смерти [Его], бывшей для искупления от преступлений, сделанных в первом завете, призванные к вечному наследию получили обетованное» (Евр. 9:15)116 в том смысле, в котором понимает их Павел Рогозин, неверно, так как в таком случае должны быть исключены любые молитвы, в том числе и молитвы живых христиан друг за друга. Остановимся теперь на вопросе, почему возможно почитание усопших святых.
В своей книге Павел Рогозин пишет: «Слово Божие говорит, что даже ветхозаветными посредниками могли быть люди только живые и отнюдь не умершие. В Ветхом Завете мы встречаем многих посредников: Моисей, Аарон, первосвященники, священники, цари, пророки и другие, но все они исполняли возложенное на них посредничество, пока были живы. Когда тот или иной посредник умирал, никто уже не думал обращаться к нему за чем-либо»117, «писание говорит нам, что после смерти святые уже не принимают участия в земных делах (Отк. 14:13; Евр. 4,10; Дан. 12,13) и что их нельзя тревожить (1Цар. 28,15)»118. Прежде всего заметим, что отрывок 1Цар. 28:15 описывает результат обращения царя Саула к Аэндорской волшебнице, вызвавшей по его просьбе дух пророка Самуила. Попытка провести параллель между запрещенной Богом практикой чародейства: « Мужчина ли или женщина, если будут они вызывать мертвых или волхвовать, да будут преданы смерти: камнями должно побить их, кровь их на них» (Лев.20:27)119 и молитвой, обращенной к святым, неуместна хотя бы потому, что речь идет о совершенно разных вещах, тем более, что Священное Писание в одной из своих канонических книг прямо говорит о молитвенном предстательстве того же пророка Самуила как о чем-то вполне естественном: «И сказал мне Господь: хотя бы предстали пред лице Мое Моисей и Самуил, душа Моя не [приклонится] к народу сему» (Иер.15:1).