Страница 52 из 230
должны были подвергнуться тысяче смертей. Итак, не
призывай на себя искушений, если дела благочестия
не побуждают тебя к тому. Для чего навлекать на себя
излишние опасности без всякой пользы? (святитель
Иоанн Златоуст).
Когда доберетесь до Сарова, тут начнутся другие
искушения – и со стороны поклонников, и со стороны монастырских, ибо не все, как следует, держат
себя, – и эти всегда снаружи видны, а хорошие скрываются. Потому не бросайтесь ко всякому, а держите
себя особняком (святитель Феофан Затворник, из
писем).
Пребывай непоколебимо в духовном разуме – и не
будешь изнемогать при искушениях. Уклонившись
уже из духовного образа мыслей, ощутив страдания, претерпи их (преподобный Марк Подвижник).
Искушения, случающиеся с нами неожиданно, научают нас быть трудолюбивыми и привлекают к покаянию при недостаточном произволении к нему.
Совершается это по смотрению о нас Божию (преподобный Марк Подвижник).
Бог искушал Авраама (Быт. 22: 1) не для того, чтобы
узнать, каков Авраам! Потому что ведал его Ведущий
всякого человека прежде, нежели человек начнет существовать. Искушал Авраама Бог, то есть посылал
ему скорби для пользы его, чтобы доставить ему возможность усовершен ствоваться в вере (преподобный
Марк Подвижник).
Всякий человек, по вступлении в этот мир, должен
развивать и укреплять свои силы по средством многотрудной деятельности, особенно свободная воля, главная действующая сила души, для укрепления
ПРОТОИЕРЕЙ ВАЛЕНТИН МОРДАСОВ 96 ОБ ИСКУШЕНИЯХ 97
и развития своего, необходимо должна пройти поприще испытания, встретить и преодолеть различные
искушения, чтобы утвердиться в добре и отвержении
от зла; иначе, если бы стремление к добру, не встречая
испытаний, искушений, само собой по влечению природы происходило, тогда такое расположение к добру
не имело бы высокого нравст венного достоинства.
Как инстинкт – дело природы, а не свободного произволения, сознательно избирающего добро предпочтительнее перед нечистыми чувственными влечениями к
удовольствиям. Без борьбы с искушениями это стремление к добру было бы и нетвердо, медлительно.
«Как кормчего корабля – буря; борца – поприще;
воина – сражение; великодушного – бедствие, так
христианина – искушение проявляет», – говорит святой Василий Великий. Искушения постоянно более
укрепляют нашу добродетель. Как дерева тем глубже
пускают корни и укрепляются, чем чаще и сильнее
колеблются ветрами, так и добродетель наша более
укрепляется, усовершается посредством борьбы с искушениями. В искушениях мы лучше познаем свои
немощи, свое ничтожество, таким образом, научаемся
смирению, без которого невозможно угождение Богу
и спасение. При сознании своей немощи в искушениях мы смиреннее и усерднее исправляем помощь от
Бога, при которой лучше преуспеваем во всякой добродетели; часто испытывая Божие заступление, более
бываем благодарны Богу и больше располагаемся к
люблению Его. Кроме того, при сознании своей немощи в искушениях мы бываем более снисходительны, сострадательны к немощным, и, в брани научаясь искусству препобеждать врагов, мы приобретаем опытность во всем, успешнее можем преуспевать в нравственном совершенстве и быть способнее врачевать
немощи немощных. Кто не был искушаем, тот не
искусен ни в чем (Сир. 34: 10)... Чем больше искушений кто преодолевает, тому тем больше венцов славы
в награду дано будет. Сколько нападений искушений, столько же венцов готовится терпящему. Ибо это суть
залоги у Праведного Судии. Без искушений человек
легко мог бы впасть в нерадение, при котором он сам
себе сделался бы врагом; нерадение и недеятельность
вовсе расслабили бы его душевные силы и он малопомалу совсем погрузился бы в чувственность; искушения пробуждают его от беспечности, поневоле заставляют быть внимательнее к себе, строже бдеть на
страже своего спасения, по страху поражения от врагов и погибели.
Искушение полезно всякому человеку. Ибо если полезно было искушение апостолу Павлу (2 Кор. 12: 7), то да заградятся всякие уста... Как скоро Бог увидит, что в помысле человека начало появляться несколько
сомнения и стал он высоко думать о себе, тотчас попускает, чтобы усилились и укрепились против него
искушения, пока не познает свою немощь, не бежит
и не емлется в смирении за Бога. Этим приходит человек в меру мужа, совершенного верой и упованием
на Сына Божия, и возвышается до любви. Ибо чудная
любовь Божия к человеку познается, когда бывает он
в обстоятельствах, разрушающих надежду его. Здесь
Бог силу Свою показывает во спасении его. Ибо никогда человек не познает силы Божией в покое и свободе (епископ Петр).
Когда неизбежно находят на нас искушения, то как
бы страшны они ни были, не надо упадать духом
или думать, будто Бог оставил нас. Святой Иоанн
ПРОТОИЕРЕЙ ВАЛЕНТИН МОРДАСОВ 98 ОБ ИСКУШЕНИЯХ 99
Златоуст говорит: если находят на нас искушения, то
мы не должны считать это знаком того, будто бы Бог
оставил нас или презирает нас; напротив, это должно
считать несомненным доказательством того, что Бог
заботится о нас, что, этим искушением очистив наши
грехи, готовит нам в будущей жизни венцы за терпение и преданность Ему, которая лучше всего свидетельствуется, чем чаще оказываешься в искушениях.
Когда приражается к нам какое-нибудь искушение; то
мы тотчас с самого начала должны стараться отразить
его, то есть с самого начала противиться греховному
помыслу и страстному влечению; иначе после нужно
будет врачество, потому что от долгой медлительности зло усиливается.
Слабым христианам Бог и не попускает сильных искушений, а преуспевающие подвижники, по попущению
Божию, нередко подвергаются страшному искушению
от хульных помыслов на священные предметы, святых
Угодников, даже на Самого Бога по влиянию бесов.
Когда бесы не успеют одолеть внимательного подвижника обыкновенными искушениями, то, наконец, по зависти и злобе стараются смутить его хульными
помыслами. А Бог попускает это искушение большей
частью за духовную гордость, высокое мнение о своей
праведности, богоугодности, а иногда для испытания
веры, надежды и любви к Богу, для большего очищения посредством самой напряженной борьбы духа со
злом, с сатанинскими помыслами, для одержания решительной победы над темными силами и для умножения венцов или награды в Царстве Славы.
Малодушие, страх, смущение придают большую силу
искушению и диаволу большую дерзость в нападении
и радость. Потому сильно искушаемых должно ободрять, говорить, что им, как состоящим под покровительством Божиим, нечего бояться.
Что касается до искушений бесовских через людей, то по двоякому характеру их и брань с ними двоякого рода. Одни искушения производят в нас гнев, скорбь, отвращение, а другие обольщают, возбуждают приятные чувства, привлекают к себе. Когда
какой предмет возбуждает неприятные чувства, то
от него не должно уклоняться, а лучше сближаться
с ним; например, случается, что люди, несогласные
между собой, становятся тем ненавистнее друг другу, чем более избегают встречи друг с другом; а когда один из них хочет сблизиться с противником, то часто примиряются. Впрочем, когда от недавней
обиды чувство гнева сильно кипит, то в это время
надобно опасаться, чтобы от присутствия сделавшего неприятность чувства гнева и злости еще более не
возбуждались и, омрачив рассудок, не довели до безрассудных поступков. Тогда лучше удалиться от искушения, обратить все внимание на другой предмет и
выжидать, пока утихнет буря, или как некто из древних сказал: «Отними кипящий котел от огня, пока
остынет». Чтобы совершенно подчинить страсти разуму, истребить уязвляющее жало их, недостаточно
однажды только подавить их, а лучше, не уклоняясь
новых случаев к возбуждению страсти, стараться с
новым усилием подавлять ее; например, когда представляем себе разные неприятности и огорчения, то
здраво должны обсудить, что в таких обстоятельствах, при помощи благодати, надобно делать, и при
всяком данном случае надобно принуждать себя незлобливо, молчаливо стерпеть, великодушно перенести неприятность, как искушение, посланное нам за
ПРОТОИЕРЕЙ ВАЛЕНТИН МОРДАСОВ 100 ОБ ИСКУШЕНИЯХ 101
грехи, или для испытания терпения, для приучения к
незлобию, ободрять себя примером Спасителя. А на
оскорбившего человека надобно смотреть, как на ослепленного страстью, как на жалкое орудие бесовского искушения.
Но когда чувственная природа наша сильно увлекается к приманкам удовольствий, то в этом случае надобно вести брань совсем иначе: не только не должно