Страница 51 из 230
их, творить внутреннюю молитву (старец Арсений
Афонский).
Молитву и святое причащение не должно никак оставлять, никакие вражеские нападения не должны это
воспрещать (старец Арсений Афонский).
Когда душа приходит в кружение и не может устоять
среди соблазнительных помыслов, то приведи себе на
мысль вечное (святитель Василий Великий).
Христианину всегда должно приготовляться к смерти, но особенно тогда, когда он подвергается искушениям, угрожающим смертию (преподобный Феодор
Студит).
ПРОТОИЕРЕЙ ВАЛЕНТИН МОРДАСОВ 90 ОБ ИСКУШЕНИЯХ 91
Где заповедь Божия, там, конечно, и искушения, и вражеские козни (преподобный Нил Сорский).
Чрезмерная приверженность (до забвения Бога)
к родным по плоти есть сатанинская сеть.
Никогда не должно желать видеть во сне умерших:
через это попускает Бог и искушения.
На все у нас есть время, и с избытком, только для души своей мы очень скупы, неохотно уделяем для нее
частичку времени своего; в этом видимое действие
врага нашего спасения, который всеми мерами и силами старается отдалить нас от всего душеспасительного (старец Арсений Афонский).
Пишете, что вам приходит мысль, будто вы не избегнете адских мучений. Мысль эта отчасти вражеская, дабы вас ввергнуть в отчаяние. Между тем, и страх
необходим ради грехов наших, только не должны мы
отчаяваться, но, считая себя грешниками, надеяться
на милосердие Божие. Мысль, внушающую отчаяние, отражайте надеждой, что нет греха, побеждающего
милосердие Божие (старец Арсений Афонский).
Если враг станет приносить вам душепагубные мысли о самоубийстве, то станьте на молитву и дотоле молитесь, пока пройдет это искушение (старец Арсений
Афонский).
Святые не искушали Бога. Не по боязни (от убийц)
святые предавались бегству, ибо отдаться врагам – это
значило бы самому себя убить, стать виновным в своей
смерти. Итак, в борьбе с гонителями они законно спасались бегством и укрывались от них, когда их искали.
Злой дух наиболее устремляется на предавшихся духовным вещам. Там многие поставляются запинания
и сети, где добродетель (святитель Иоанн Златоуст).
Разница в переносимых искушениях.
О совершенстве
Иное есть не печалиться и не гневаться при бесчестиях, поношениях, искушениях и встречающихся прискорбностях; и иное – желать этого с благодарением, когда случится такое. Иное опять – молить Бога о тех, кои причиняют это, иное – прощать им, иное – любить их от всей души, как благодетелей, и иное – напечатлевать в уме лица каждого из них и целовать их
безстрастно, как искренних друзей своих, со слезами
чистой любви, так, чтобы на душе не было совершенно никакого знака оскорбления или страсти. Большее
из всего сказанного есть, когда кто в самое время искушения таковое же имеет расположение и к тем, которые поносят его в лицо или клевещут на него, и ко
всем другим, кои или обсуждают его, или презирают и
ставят ни во что, или плюют в лицо, еще и к тем, кои
по видимости притворяются друзьями, а тайно так же
действуют против него, как и сказанные перед сим, –
и это не утаивается от него, но он то знает. А из этого
опять высшее и совершеннейшее без сравнения есть, мне кажется, то, если кто совсем забывает претерпенные искушения и никогда не вспоминает их, кои его
опечалили или как-нибудь обесчестили, ни когда они
бывают налицо, ни когда отсутствуют, но имеет и их
наравне с друзьями без всякого различия, сколько когда беседует с ними, столько же и тогда, когда вкушает
вместе с ними пищу. Все это суть дела и совершенства
мужей, ходящих во свете (преподобный Симеон Новый
Богослов).
ПРОТОИЕРЕЙ ВАЛЕНТИН МОРДАСОВ 92 ОБ ИСКУШЕНИЯХ 93
О перенесении скорбей и искушений
с благодарением
И вот это-то суть наши грехи, то есть что не сносим
терпеливо временных Божиих наказаний и не благодарим за них, но, надымаясь, будто враги Богу, идем
некоторым образом наперекор божественному оному определению, которое гласит: «В поте лица твоего
снеси хлеб твой»; все силы напрягаем, чтобы найти
упокоение, и не находим, потому что нет возможности
ускользнуть нам от трудов и потов в этой подъяремности нужде, что бы мы ни делали. Поэтому счастлив
тот, кто с благодарностью претерпевает временные
наказания, что праведно осужден на них за прародительский грех (преподобный Симеон Новый Богослов).
Если кто раздаст все имение свое бедным, а потом
не станет бороться благодушно со всякого рода искушениями и скорбями, которые за тем последуют, и не
будет всего переносить не только безропотно, но и с
благодарением, тот, не уразумев спасительности сделанного им шага, малодушием своим сам губит плод
дела своего. Ведать нам надлежит, что, как железо, крепко заржавевшее, не может быть очищено и приведено в надлежащий свой вид, если не вложишь его
в огонь и не обколотишь хорошенько молотами, так
и душа, запятнавшая себя скверной греховной, не может иным образом очиститься и восприять прежнее
свое благообразие, если не подвержена будет многим
искушениям и не внидет в пещь скорбей... Что раздать
имение свое бедным есть доброе дело и спасительное, это не требует доказательства; но одно это доброе дело не может сделать человека совершенным по Богу, без претерпения искушений... Царствие Небесное, –
говорит Христос, – нудится и нуждницы восхищают е
(Мф. 11: 12), и ни одному верному нельзя войти в него другим способом, как тесными вратами искушений
и скорбей (преподобный Симеон Новый Богослов).
Когда душа находится под тяжестью скорбей и утесняема бывает искушениями, то подвигается на слезы, а слезы очищают душу и делают ее жилищем
Всесвятаго Духа... Надо всего себя принести в жертву Богу и душой, и телом: тело свое надо упражнять
телесным деланием в подвигах добродетели, приобучая себя ко всяким прискорбностям ради Бога, чтобы
благодушно претерпевать горькость поста, тяготу бдения, суровость воздержания и всякое другое телесное
злострадание; а душу обучать страху Божию благоговеинством в духе, заставляя ее мудрствовать, что подобает мудрствовать, и всегда помышлять о том, что
относится к вечной жизни, быть тихой, смиренной и
умиленной, да плачет и слезы проливает день и ночь, испрашивая себе молитвой свет и благодать Святаго
Духа, обыкновенно приходящую в душу через посредство теплого покаяния, после того как очистится она
многими слезами, без которых невозможно ни одеянию души убелиться, ни взойти ей на высоту созерцания. Ибо, как обыкновенную одежду, когда она запятнается и испачкается, нельзя убелить ногами, так
и одеяние души, когда она запятнается и оскверняется
грехами, нельзя иначе очистить, как многими слезами и терпением искушений и скорбей (преподобный
Симеон Новый Богослов).
Мудрость перенесения искушений;
время духовной купли
Время купли для всякого человека есть время настоящей жизни. И дни настоящей жизни явно суть дни
лукавые (злые) для тех, которые не пользуются ими, - 94 ОБ ИСКУШЕНИЯХ 95
как подобает. Всякий человек, живущий в настоящей
жизни целомудренно, праведно и благочестно, и мужественно, с благодушным терпением переносящий
все трудности и прискорбности искушений и бед, причиняемых видимыми и невидимыми врагами, всякий
такой мудро искупает время и успешно деет куплю, наперекор злым дням настоящей жизни. Что бы это
было более для вас ясно, возьму доказательство из того, что каждодневно происходит в настоящей жизни.
Кто умеет хорошо торговать настоящей жизнию, тот, встретив скорби, поношения, бесчестия и осмеяния, и зная, какую они могут принести пользу, и провидя
великую от них прибыль, тотчас схватывает их и, возложив на рамена свои, течет с ними, радуясь, и, таким
образом, вместо серебра одним терпением мгновенно
искупает время, тогда как многие не успевают в этом, несмотря на то, что постятся, проводят ночи без сна, спят на голой земле и подъемлют другие подвиги и
труды в продолжение долгих лет. И скажу вам, что кто
не умеет таким образом деять куплю свою, тот губит
время спасения своего (преподобный Симеон Новый
Богослов).
Не должно себя подвергать искушениям безрассудно:
через это мы показали бы чрезмерную смелость, но не
должно и уклоняться от них, если они постигают нас, и когда того требуют самые обстоятельства, иначе бы
мы показали свою робость. Без причины же и без нужды не должно искать их, потому что этим мы только
покажем свое тщеславие и гордость.
Но если нужно будет пострадать за святую веру, мы
не имеем права отрекаться от страданий, хотя бы даже