Страница 113 из 230
Выходов нет. Кто вошел внутрь, остается там. Что
бы он ни сделал, я люблю его такого, каким я его
полюбил, когда он впервые вошел в мое сердце.
Я молюсь за него и ищу его спасения». «Худшее
для меня мучение — это знать, что я огорчил любимого человека». «Я хочу, чтобы те, которые рядом со мною, чувствовали простор, а не тесноту.
Я никого не зову, никого не держу и никого не
252 - О ДУХОВНИКЕ И ОТНОШЕНИИ К НЕМУ 253
прогоняю. Кто хочет, приходит, кто хочет, остается, кто хочет, уходит. Я никого не считаю своим последователем или сторонником». «Я всем
пожертвовал, прежде чем это получить. Я пожертвовал местом преподавателя университета.
Я пожертвовал местом секретаря Священного
Синода. Я пожертвовал местом главы миссионерского братства. Я пожертвовал местом настоятеля большого храма. Я пожертвовал епископским
престолом. У меня есть одна епитрахиль, чтобы
исповедовать людей. Ничего другого!»
Старец Иосиф писал своему духовному сыну:
«Мое сильное желание, горение моего сердца, моя любовь, непрестанно жгущая мою внутренность — в том, чтобы спаслись души, чтобы
принесли они себя в словесные жертвы нашему
Иисусу». И он много молился, чтобы это случилось. Но слова его не всегда достигали цели.
В связи с этим великий Исихаст говорил: «Если
благодать Божия не просветит человека, сколько
бы ты ни сказал слов, не будет пользы. Сейчас он
слушает, но вскоре, связанный, снова возвращается к прежнему. Но если тут же, вместе со словом, действует благодать, тогда в ту же секунду происходит изменение в соответствии со стремлением
человека. С этого момента изменяется его жизнь.
Но это случается с тем, кто не испортил свой слух
и не ожесточил свою совесть. Напротив, те, кто
слышат добро, но не повинуются и остаются при
своей злой воле, хоть бы ты им и говорил день
и ночь, и показал бы им всю мудрость Отцов, и
чудеса перед их глазами сотворил бы, и повернул
бы вспять течение Нила, они не получат ни капельки пользы. Но от уныния они желают приходить сюда в мою каливу и говорить часами, лишь
бы убить время (каливой на Афоне называется
отдельный домик для пустынника; в отличие от
кельи, на каливе не имеется храма). Посему я
затворяю дверь, чтобы безмолвием и молитвою
принести пользу хотя бы себе».
Мир лежит во зле, но это не должно приводить
нас в отчаяние. Старец Иероним подчеркивал:
«Если среди тысячи слепых людей есть хоть один
зрячий, то он сможет всех их вывести на правильный путь».
В один из последних дней своей жизни старец
Анфим поведал: «Я хотел бы иметь силы, чтобы
сделать еще что-нибудь для своего ближнего, но
не могу. Я только молюсь и прошу Господа моего, чтобы в дни моей жизни здесь Он давал мне Свою
благодать, дабы я мог что-то принести приходящему ко мне: перекрестить его, дать совет, утешение, помолиться за него... Кто будет рядом со
мною, тот мой друг: еврей, турок, кто бы ни был.
Я хочу, чтобы меня сподобил мой Господь чемнибудь им помочь, как я делал всю свою жизнь».
Конечно, ту же любовь он питал и к своим духовным дочерям: «Я ваш отец, — говорил он им. — Несмотря на старость, я не устал изливать на вас
свою отеческую любовь. Я еще стараюсь сажать
вам деревья, выращивать сады, строить вам здания, делать для вас, что могу, дабы вы были покойны, жили мирно и были всем обеспечены, и
не плакали, не рыдали и не скорбели бы, когда
потеряете меня».
254 - О ДУХОВНИКЕ И ОТНОШЕНИИ К НЕМУ 255
Многие молодые клирики необдуманно принимаются за духовное руководство своих прихожан, не имея для того ни опыта, ни смирения, чтобы посоветоваться с более опытными
священниками. Вот что пишет в своих письмах
старец Паисий: «Когда старец не имеет большого опыта, но имеет великую любовь и большое смирение, он реально помогает своим духовным чадам, используя опыт более опытных, с которыми он советуется, и при помощи благодати Божией, которую он постоянно получает
за свое смирение. Но самонадеянный и незрелый “духовник”, собирающий к себе послушников, обнаруживает свою гордыню, проникшую
в него до мозга костей. Он похож на ребенка с
длинной седой бородой, а люди, доверяющие
ему свои души, показывают свою глупость.
И священники, изучающие лишь светские науки, но не имеющие духовного опыта, показывают, что они сами духовно больны и нуждаются в врачевании. К страждущим душам надо
применять божественную силу, а не человеческое искусство».
Старец Порфирий говорил: «То, что я говорю
вам, не повторяйте другим людям, ибо это — лишь для вас изготовленное лекарство. Другому
же больному, хотя бы он имел похожие с вами симптомы, эти "лекарства" могут не оказать
пользы».
Освященные старцы (т. е. старцы в священном
сане) сочетали мистическую жизнь с миссионерством. Характерно говорил об этом старец
Амфилохий: «Я ничего другого не делаю, кроме
как сею семена монашества и миссионерства — пусть и неискусно. Молю Бога, чтобы Он показал
подходящего агронома, который бы по-научному
возделал то, что я посеял, не зная искусства духовного возделывания. Я вижу, что сейчас Бог
показывает, что остров Патмос — подходящее
место для духовного аэродрома». И добавил: «Из
глубин Африки слышны печальные голоса, просящие у нас света христианства и проводников, дабы и им шествовать святым путем Голгофы.
Мы не имеем права притвориться глухими. Мы
обязаны протянуть руку и этим нашим братьям, которые так утомились, ибо находятся вдалеке от
Православной Церкви. Итак, подключите свою
духовную энергию».
Старец Даниил несколько десятилетий назад
сказал то, что и сегодня имеет силу: «С глубокой скорбью мы видим, что из выпускников богословских факультетов не многие являются для
народа проводниками света Православия, светильниками Церкви. Почему же так получается?
Потому что большинство не проявляют усердия
в упражнении добродетелями и философией по
Богу, которая может уцеломудрить душу. Они
покушаются внешней премудростью исполнить
свою высокую миссию и потому терпят неудачи... Великие отцы Церкви на двух крыльях: образования и добродетельной жизни — поднялись
превыше земного, и были посвящены в чудные
тайны священного богословия, и так сохранили
словесных овец Христовых от пустословия злостных еретиков».
256 - О ДУХОВНИКЕ И ОТНОШЕНИИ К НЕМУ 257
Старец Паисий Святогорец:
«Духовник — это врач души»
Во время исповеди несут ответственность и
кающийся, и духовник. В деле руководства души очень помогает духовная свобода. То есть духовник, руководя душами людей, должен ориентироваться на то, что говорят святые отцы, а не
на то, что предписывает кто-то еще. Он должен
действовать с рассуждением, в соответствии с падением человека и его покаянием. Однако иногда
[даже среди некоторых духовных лиц] отсутствует искренность. К примеру, человек спутался с
колдунами, с прельщенными и тому подобными, а некоторые из духовных лиц, несущих ответственность за души людей, не могут поговорить с
несчастным, сделать ему внушение и заставить
его немножко задуматься. Они [боятся] выразить
свою позицию. Они избегают этого, дабы не нажить себе неприятностей от всех этих колдунов, прельщенных и подобных им. То есть что же получается: для того чтобы не испортить отношений ни с одним, ни с другим, чтобы о нас говорили хорошие слова, мы будем на радость диаволу
отдавать человека на погибель?
Рассуждение и опыт духовника
– Геронда, как Вы считаете, в нашу эпоху, когда в мир вошло столько греха, не является
ли духовническое служение подчас нелегким?
– Да, является. Поэтому хорошо, если вначале духовник старается исправить самые тяжкие
грехи кающихся — чтобы создания Божии освободились от многого греха и лучше поддавались
[духовному руководству]. Духовник должен обращаться с кающимися снисходительно, но одновременно ему надо найти к руководимому им
человеку такой подход, чтобы тот осознал свои
грехи и попросил у Бога прощения. Необходимо, чтобы духовник напоминал человеку, который
пришел к нему на исповедь, что тот нуждается в
покаянии, в изменении жизни — для того чтобы
приять милость Божию. Кроме этого, будет немало пользы, если духовник станет с любовью говорить приходящим к нему людям о великой любви
Божией — так чтобы в них самих заработало любочестие, чтобы они почувствовали свои ошибки
и отказались от своих дурных привычек.
Пока духовник не приобретет достаточно опыта, ему лучше помогать людям в более легких
случаях. Ведь какой-то «трудный» кающийся, постоянно устраивая своему духовнику «диверсии», может мешать его духовному преуспеянию
и забирать у него все время. Если молодой духовник невнимателен, то, имея доброе расположение