Страница 111 из 124
Все эти надежды и планы естественно вытекают из гуманистической идеологии. Но это надежды ложные – те, кто строит такие планы, не замечают самого главного – осуществлением таких планов уничтожается сам объект их веры и надежд, – человек, ибо отцифрованная информационная матрица в искусственном теле уже не будет иметь к человеку никакого отношения. Таким образом, подобные модернизационные проекты – есть диавольские проекты по уничтожению человечества. Но даже и умеренные модернизационные проекты технологического оснащения человека, не смогут осуществиться в виду того, что мир не сможет далее существовать, если не изменится сам человек. Насущная потребность этого умирающего мира – это изменение человека. Сам ложный проект создания искусственного человека возникает из этой потребности. Поэтому если уж и говорить в терминологии модернизации, то подлинная модернизация – это прежде всего культурная трансформация общества и самое главное, – изменение самого человека, его преображение. Новый мир не сможет принять человека в том виде, в котором он существует сегодня, потому что в таком виде человек может быть только разрушителем, о чем прямо свидетельствуют его модернизационные планы и реальные уже достигнутые сегодня результаты подобной модернизации. Поляризованный, разделенный диавольский мир заканчивает свое существование – время, отданное князю мира сего, иссякает.
Но транформацию общества и человека невозможно произвести без понимания значения, смысла и цели культурного строительства. Технологии могут обслуживать различные цели – служить разным типам культуры, но объединиться человечество сможет только на базе подлинной культуры, смысл которой состоит в преображении и изменении человека – и через такой культурный процесс вхождение в Царствие Божие. Это и есть то, что традиционно называлось спасением человечества.
Приложение:
Протоиерей
Георгий Флоровский
Вера и культура
(перевод с английского
священника
Владимира Соколова)
Предисловие переводчика
Статья известного богослова и историка Церкви протоиерея Георгия Флоровского «Вера и культура» была впервые опубликована в 1955 году. В то время вопросы, поставленные в этой статье, еще не были столь остры и актуальны, как сегодня. Ныне многие понимают, что наша цивилизация испытывает острейший кризис, и выхода из сложившейся ситуации ищут все, кто осознает наличие этого кризиса. Как всегда, предлагаются различные варианты выхода из него – как секулярные, так и религиозные. Мало того, что сами представители этих точек зрения исходят из принципиально различных посылок, а потому предлагают и радикально отличающиеся пути. Но и внутри секулярной и религиозной среды, в том числе и христианской, можно увидеть также различное понимание проблемы, соответственно и разные ее решения. Отец Георгий больше ставит вопросы, нежели отвечает на них, но ставит их с такой остротой и честностью, которые обязывают всякого преданного Богу человека откликнуться на его призыв к их разрешению. Отец Георгий предостерегает нас всех от крайних точек зрения, ибо крайности всегда ведут к духовному ослеплению. Он разбирает и достоинства, и недостатки крайних точек зрения и тем самым направляет нас к принятию срединного царского пути, ибо сказано в Библии: «Пойдем дорогою царскою, не своротим ни направо, ни налево» (Чис. 20, 17).
Поэтому сегодня, когда с новой остротой возникают споры о том, как христиане должны вести себя в апокалиптическую эпоху, статья протоиерея Георгия Флоровского может помочь нам дать ответы на животрепещущие проблемы современности, которые неизбежно выдвигает нам наша христианская жизнь в мире. О том, как жить христианину в мире и не поработиться им, и говорит нам в своей статье отец Георгий.
* * *
I
Мы живем в мире изменившемся и продолжающем изменяться. Этого не могут отрицать даже те, кто не желает изменяться или не готов к такому изменению, кто хотел бы задержаться в том возрасте человечества, с которым нам сегодня приходится стремительно расставаться. Но никому еще не удавалось избавиться от неудобств, связанных с тем, что мы принадлежим миру изменяющемуся. Если придерживаться традиционного разделения исторических эпох на «органические» и «критические», то наша эпоха, несомненно, эпоха критическая, время кризиса в том возрасте, когда дают о себе знать неразрешенные конфликты. В наши дни часто звучит мотив «конца нашего времени» [373]: говорят о «закате Запада», о «суде над цивилизацией» и т. п.. Иногда даже намекают на то, что сейчас мы проходим чрез «великий водораздел» [374], через величайшее изменение в истории нашей цивилизации гораздо более значительное и радикальное, чем переход от античности к Средневековью или от Средневековья к Новому времени. Если действительно, как утверждает Гегель, «история есть суд» (буквально: «мировая история есть страшный Суд», Die Weltgeschichte ist Weltgericht), то бывают и такие обреченные эпохи, когда история не только судит, но и выносит себе приговор.
Эксперты и пророки настойчиво напоминают нам, что цивилизации возникают и исчезают, и потому нет никакого повода надеяться на то, что наша собственная цивилизация избежит этой общей для всех участи. Если еще и видится какое-то историческое будущее, то, скорее всего, оно предназначено иной цивилизации, которая будет кардинально отличаться от нашей.
В наше время стало общепринятым и даже модным говорить, что мы живем уже в «пост-христианском мире», что бы это претенциозное выражение ни означало, – в мире, который осознанно или неосознанно «отошел» или отпал от христианства. «Мы живем на развалинах цивилизаций и миров, при крушении надежд и гибели душ». Мы оказались не только на перепутье, где выбор пути не ясен, но многие из нас даже усомнились в том, есть ли вообще верный безопасный путь и есть ли какие-либо надежды на дальнейшее существование.
Но, пожалуй, все согласятся с тем, что наш культурный мир духовно и интеллектуально дезорганизован и децентрализован, что в нем уже не осталось никакого объединяющего начала, которое могло бы скрепить в единое целое отторгнувшиеся от него части. Нам христианам, проблема видится еще более определенно. Мы можем совершенно ответственно утверждать, что причиной современного кризиса является отход от христианства, независимо от того, какой точной исторической датой мы беремся определить начало этого процесса. Наше время есть прежде всего время неверия и поэтому – время неуверенности, сомнений и отчаяния. Именно из-за потери веры в наше время так много людей, которые полностью утратили всякие надежды.
Однако на поверку подобные заявления могут оказаться слишком легковесными, по крайней мере, по двум причинам. Во-первых, мотивы этого на первый взгляд понятного «отступления» слишком многообразны, чтобы можно было возложить вину только на тех, кто отошел. Да и христианское смирение не позволяет верующему полностью снять вину с себя, отказавшись от ответственности за ошибки других. А если наша культура, которую мы, не без некоторого самодовольства, именуем христианской, распадается на части и умирает на наших глазах, – то это лишь показывает, что семя распада в нее уже было когда-то брошено. Во-вторых, ошибочно предполагать, что любое верование само по себе будет созидательным и поэтому нельзя столь опрометчиво, с распростертыми объятиями выбрать первое попавшееся верование как лекарство от распада и терзающих душу сомнений. Возможно, и правы социологи, утверждающие, что культура приходит в упадок тогда, когда отсутствует вдохновляющий побудительный мотив и направляющая идея. Но, по крайней мере, с христианской точки зрения, решающим фактором все-таки является содержание веры. В наше время, и в этом видится как раз главная опасность, существует слишком много «верований», которые не согласны между собою. Главное напряжение сегодня не между «верой» и «неверием», а между соперничающими верами.
Проповедуется слишком много «иных евангелий», и в каждом из них есть претензия на то, чтобы верующие всецело подчинили бы себя именно этой, а не другой вести; даже наука порою претендует на то, чтобы изложить свою версию, которая принимает вид религии. Если подойти формально, то действительно, причину современного кризиса можно свести к потере убеждений. Но было бы вообще гибельным для человечества, если бы оно вдруг встало под знамена ложной веры и отдало бы себя в ее власть. Поэтому подлинный корень современной трагедии не столько в том, что люди утратили веру, а в том, что они отошли от Христа.