Страница 28 из 150
Истина эта особенно распространяется въ наше время, когда жизнь народовъ развита глубже и многосторонн?е, и когда потребность религіи стала ощутительна не въ однихъ умозр?ніяхъ. Зам?чательно, что и Паписты, и Іезуиты, и Сен Симонисты, и Протестанты Супранатуралисты и даже Раціоналисты, однимъ словомъ, вс? религіозныя партіи, которыя теперь въ такомъ множеств? волнуются по Европ?, и которыя несогласны между собою во всемъ остальномъ, вс? однакоже въ одномъ сходятся: въ требованіи большаго сближенія Религіи съ жизнью людей и народовъ .
Такая же потребность сближенія съ жизнью зам?тна и въ ц?ломъ мір? Европейской образованности. Везд? господствуетъ направленіе чисто практическое и д?ятельно положительное. Везд? д?ло беретъ верхъ надъ системою, сущность надъ формою, существенность надъ умозр?ніемъ. Жизнь и общество становятся прям?е и проще въ своихъ отношеніяхъ, ясн?е и естественн?е въ своихъ требованіяхъ. То искусственное равнов?сіе противоборствующихъ началъ, которое недавно еще почиталось въ Европ? единственнымъ условіемъ твердаго общественнаго устройства, начинаетъ зам?няться равнов?сіемъ естественнымъ , основаннымъ на просв?щеніи общаго мн?нія.
Можетъ быть, это просв?щеніе общаго мн?нія только мечта, которая разрушится опытомъ. Можетъ быть, это счастливая истина, которая подтвердится благоденствіемъ обществъ. Но мечта или истина – р?шитъ Провид?ніе; мы зам?тимъ только, что в?ра въ эту мечту или въ эту истину составляетъ основаніе господствующаго характера настоящаго времени, и служитъ связью между д?ятельностью практическою и стремленіемъ къ просв?щенію вообще. Ибо направленіе практическое тогда только можетъ быть в?нцомъ просв?щенія, когда частная жизнь составляетъ одно съ жизнію общественной; когда жизнь д?йствительная, образованная общимъ мн?ніемъ, устроена вм?ст? по законамъ разума и природы. Въ противномъ случа?, то есть, когда просв?щеніе общаго мн?нія въ разногласіи съ основными мн?ніями людей просв?щенныхъ, – жизнь идетъ по одной дорог?, а усп?хи ума по другой, и даже въ людяхъ необыкновенныхъ, составляющихъ исключеніе изъ своего времени, эти дв? дороги сходятся р?дко и только въ н?которыхъ точкахъ.
И можетъ ли одинъ челов?къ образовать себ? жизнь особую посреди общества, образованнаго иначе? Н?тъ; въ жизни внутренней, духовной, одинокой, будетъ онъ искать дополненія жизни вн?шней и д?йствительной. Онъ будетъ поэтомъ, будетъ историкомъ, розыскателемъ, философомъ, и только иногда челов?комъ ; ибо въ т?сномъ кругу немногихъ сосредоточено поприще его практической д?ятельности.
Вотъ почему главный характеръ просв?щенія въ Европ? былъ прежде поперем?нно поэтическій, историческій, художественный, философическій, и только въ наше время могъ образоваться чисто практическимъ . Челов?къ нашего времени уже не смотритъ на жизнь, какъ на простое условіе развитія духовнаго; но видитъ въ ней вм?ст? и средство, и ц?ль бытія, вершину и корень вс?хъ отрослей умственнаго и сердечнаго просв?щенія. Ибо жизнь явилась ему существомъ разумнымъ и мыслящимъ, способнымъ понимать его и отв?чать ему, какъ художнику Пигмаліону его одушевленная статуя.
Обратимся теперь къ просв?щенію нашего отечества и посмотримъ, какъ отражалась на немъ жизнь просв?щенія Европейскаго.
Жизнь Европейскаго просв?щенія девятнадцатаго в?ка не им?ла на Россію того вліянія, какое она им?ла на другія государства Европы. Изм?ненія и развитіе сей жизни отзывались у насъ въ образ? мыслей н?которыхъ людей образованныхъ, отражались въ н?которыхъ отт?нкахъ нашей литературы, но дал?е не проникали. Какая то Китайская ст?на стоитъ между Россіею и Европою, и только сквозь н?которыя отверстія пропускаетъ къ намъ воздухъ просв?щеннаго Запада; ст?на, въ которой Великій Петръ ударомъ сильной руки пробилъ широкія двери; ст?на, которую Екатерина долго старалась разрушить; которая ежедневно разрушается бол?е и бол?е, но не смотря на то, все еще стоитъ высоко и м?шаетъ.
Скоро ли разрушится она? Скоро ли образованность наша возвысится до той степени, до которой дошли просв?щенныя государства Европы? – Что должны мы д?лать, чтобы достигнуть этой ц?ли или сод?йствовать къ ея достиженію? – Изъ внутри ли собственной жизни должны мы заимствовать просв?щеніе свое, или получать его изъ Европы? – И какое начало должны мы развивать внутри собственной жизни? И что должны мы заимствовать отъ просв?тившихся прежде насъ?
Чтобы отв?чать на эти вопросы, надобно опред?лить характеръ и степень просв?щенія Европейскаго, и ихъ взаимныя отношенія.
Какъ же относится Русское просв?щеніе къ Европейскому? – На этотъ вопросъ слышимъ мы ежедневно столько же отв?товъ, сколько встр?чаемъ людей, почитающихъ себя образованными. Между т?мъ, отъ понятія, которое мы им?емъ объ отношеніяхъ Россіи къ Европ?, зависятъ наши сужденія о томъ, что можетъ ускорить или замедлить наше просв?щеніе; о томъ, что даетъ ему ложное или истинное направленіе; о томъ, къ чему мы должны стремиться и чего изб?гать; о томъ, что намъ полезно и вредно, что мы должны заимствовать у сос?дей нашихъ и чего удаляться, и сл?довательно, вся совокупность нашихъ мыслей объ Россіи, о будущей судьб? ея просв?щенія и настоящемъ положеніи; вся совокупность нашихъ надеждъ и ожиданій; вся совокупность нашихъ желаній и ненавистей, и – если мы хотимъ быть согласны сами съ собою – самый характеръ нашей практической д?ятельности, посредственно или непосредственно, долженъ завис?ть отъ того понятія, которое мы им?емъ объ отношеніи Русскаго просв?щенія къ просв?щенію остальной Европы .
И такъ, н?тъ истины, которой признаніе было бы важн?е; н?тъ мн?нія, въ которомъ общее согласіе было бы благод?тельн?е.
Но общее мн?ніе составляется изъ частныхъ. Тамъ, гд? оно еще не составилось или не обнаружилось явно, ни чей голосъ не можетъ быть лишній; – напротивъ, каждый обязанъ произносить свой приговоръ; ибо приговоръ каждаго можетъ сод?йствовать къ образованію общаго. Вотъ почему я постараюсь высказать зд?сь свое мн?ніе, хотя въ общихъ чертахъ и сколько позволятъ мн? необходимыя условія журнальной статьи. Если читатель найдетъ мои мысли ошибочными, то по крайней м?р? увидитъ въ нихъ искреннее стремленіе къ истин?, и потому, я над?юсь, не оставитъ ихъ безъ вниманія; я над?юсь также, что благонам?ренные литераторы не откажутся почтить ихъ своими зам?чаніями, исправятъ ошибочное и подтвердятъ справедливое.
Я знаю, что общія мысли, не развитыя въ ощутительныхъ подробностяхъ, р?дко понимаются въ томъ смысл?, въ какомъ ихъ хотятъ представить; ибо р?дко, даже челов?ку съ талантомъ, удается найти выраженіе простое и незапутанное, когда онъ говоритъ общими выводами о предметахъ сложныхъ и подлежащихъ не одному разуму, но вм?ст? и опыту, и памяти, и личнымъ сображеніямъ каждаго. Потому я никогда не р?шился бы начать этой статьи, если бы не смотр?лъ на нее единственно какъ на введеніе къ подробн?йшему изложенію моихъ мыслей; если бы не над?ялся каждую изъ нихъ развить особенно, и въ прим?неніяхъ къ д?йствительности подтвердить и пояснить то, что въ краткомъ очерк? не можетъ быть представлено иначе, какъ умозрительно. –
Не со вчерашняго дня родилась Россія: тысящел?тіе прошло съ т?хъ поръ, какъ она начала себя помнить; и не каждое изъ образованныхъ государствъ Европы можетъ похвалиться столь длинною ц?пью столь раннихъ воспоминаній. Но не смотря на эту долгую жизнь, просв?щеніе наше едва начинается, и Россія, въ ряду государствъ образованныхъ, почитается еще государствомъ молодымъ. И это недавно начавшееся просв?щеніе, включающее насъ въ составъ Европейскихъ обществъ, не было плодомъ нашей прежней жизни, необходимымъ сл?дствіемъ нашего внутренняго развитія; оно пришло къ намъ извн?, и частію даже насильственно, такъ что вн?шняя форма его до сихъ поръ еще находится въ противор?чіи съ формою нашей національности.
Очевидно, что причины, столь долгое время удалявшія Россію отъ образованности, не могутъ быть случайными, но должны заключаться въ самой сущности ея внутренней жизни; и хотя въ каждую эпоху нашей исторіи находимъ мы особенныя и различныя обстоятельства, м?шавшія нашему развитію, но совокупность сихъ обстоятельствъ заставляетъ насъ заключать, что враждебное вліяніе ихъ зависило не столько отъ ихъ случайнаго явленія, сколько отъ кореннаго образованія первоначальныхъ элементовъ нашего быта, и, можетъ быть, то же обстоятельство, которое вредило просв?щенію въ Россіи, могло бы способствовать его усп?хамъ въ Италіи или въ Англіи.