Страница 38 из 57
То же будет и с теми, кто здесь на земле живет «по Богу». Хотя через смерть они расстаются со своим телом, но с Богом они не расстаются и в будущем общем воскресении они снова примут свои тела нетленными и войдут с неизреченной радостью туда, идеже предтеча о нас вниде Иисус (Евр. 6, 20), вечное искупление об-ретый (Евр. 9, 12). Следовательно, мы — соучастники не только Его воскресения, но и вознесения и всей Его боголепной жизни.
Пребывание в месте благочестия и святости, то есть в монастыре, не принесет нам пользы, если мы будем допускать бездеятельность в делах духовных, как не принесло пользы первозданным людям их пребывание в Раю, так как они не совершили главного дела жизни. Они не только потеряли бессмертие и ту жизнь, которая была им дарована, но и были изгнаны из Рая, от которого прежде сами отреклись.
То же может случиться и с нами, братия мои. Нам не принесет никакой пользы наше пребывание и жизнь в этом святом месте покаяния, где стали святыми предшествующие нам отцы, если мы не будем подражать им в боголюбии и соблюдении божественной воли. Человеколюбивое домостроительство Божие изменило ко благу последствия человеческого падения и смерти, последовавшей за грехопадением.
Отступничество человека справедливо вызвало смерть и повлекло бы за собой и полное исчезновение жизни на земле, если бы Бог Творец не даровал нам возможности исцелиться через покаяние. Но смертное наказание будет отменено, если мы «придем в себя» и покаянием исправим отречение и предательство первого человека. Человек не смог сохранить дар усыновления в недрах божественной всеобъемлющей любви, поэтому нам, чтобы снова обрести сокровище, ничего больше не остается, как прибегнуть к непрестанному и истинному покаянию на всяком месте, во всякое время и со всяким тщанием.
Таким образом мы сможем убедить Бога Отца, Которого мы презрели, что наше покаяние искренне. Доказательством этому служит наше твердое и ревностное пребывание в мыслях, решениях и действиях, имеющих только одну цель — послушание воле Божией. Никто не должен проявлять неблагодарность к отеческому человеколюбию Бога: вместо того, чтобы мы изменились и обратились от своей измены, он Сам изменил свое первое решение о нашем осуждении.
Теперь, если своим покаянием мы покажем, что намерены сохранить верность Его воле, Он снова дарует нам свою любовь и благословение. Вспомним слова Господа: Аз есмь лоза истинная, и Отец Мой делатель есть; всяку розгу о Мне не творящую плода, измет ю; и всяку творящую плод, отребит ю, да множай-ший плод принесет... Аз есмь лоза, вы же рождие.
И иже будет во Мне, и Аз в Нем, той сотворит плод мног (Ин. 15: 1-2, 5). Р азве это не умиляет вас, братия мои? Нас, тяжело провинившихся, Он соединяет с Собою, как ветви со стволом, и, если мы показываем свою готовность к покаянию, просит Сво- --- 1) См.: св. Григорий Палама, Послание инокине Ксении, 6 // Добротолюбие, т. V, с. 257.
его Отца, чтобы мы стали лучше и принесли плод, достойный покаяния. Писание свидетельствует, что благодетельным средством спасения служит упование на Бога: Вышняго положил еси прибежище твое... и не приидет к тебе зло (Пс. 90: 9, 10). Не существует иного пути спасения, кроме покаяния. Сила веры привлекает Благодать, от присутствия которой кающийся укрепляется в брани со своими страстями и дурными привычками, так что при различных искушениях он уже не отступает назад.
Такой подвижник выдерживает не только борьбу с самим собой: надеждой на Бога и молитвой он разрушает страшные волны печали, приносимые диаволом. В душу такого подвижника не замедлит прийти Христос и исполнить его сердце духовной радостью. Ничто в этом мире, никакая грусть или радость, не может изменить его внутренней духовной радости. Непрестанно молясь и призывая Господа, его душа чувствует божественное присутствие.
Яко на Мя упова, и избавлю его; покрыю его, яко позна имя Мое. Воззовет ко Мне и услышу его... и явлю ему спасение Мое (Пс. 90, 14-16). Поэтому начало подвига состоит в отречении от мира, освобождающем нас от занятий внешними и суетными делами, чтобы мы могли со всем вниманием обратиться ко внутреннему человеку. Когда это совершается, ум обращается внутрь, где пребывают благие помыслы. Тогда его занимают слова и дела Духа.
Добродетели действуют в нем по своему естественному закону и образу, оживает горячее желание прилежать изучению божественных словес, которые начинают появляться в уме и просвещать душу. Оковы чувств разрешаются от плена, и душа начинает ощущать свободу. Тогда прекращается самопринуждение и труд в молитве и самоуглублении, по словам Пророка: Коль возлюбих закон Твой, Господи; весь день поучение мое есть (Пс. 118, 97).
Под «днем» разумеется вся здешняя жизнь. Память о Боге есть одновременно и созерцание Его. Когда ум обращается к памяти Бо-жией, он не остается без пользы. Приближаясь к этому крайнему «пределу стремлений», ум мало-помалу воспринимает многообразные благословения от Бога, через которые приближается к просвещению и восстановлению своей первозданной природы.
Постоянная память Божия, рождающаяся через настойчивое призывание имени Христова, вызывает в человеке любовь и радость, потому что Бог есть самосущая любовь. Помянух Бога и возвеселихся (Пс. 76, 4). За чистой молитвой следует познание и умиление. В оньже аще день призову Тя; се, познах, яко Бог мой еси Ты (Пс. 55, 10) и снова: Жертва Богу дух сокрушен (Пс. 50, 19).
И действительно, насколько это возможно, необходимо удерживать ум в молитве и памяти о Боге, чтобы нашему усердию на помощь пришла содействующая Благодать, и тогда исполнится по сказанному Пророком: Даст ти Господь по сердцу твоему, и весь совет твой исполнит (Пс. 19, 5). Как люди «века сего» выдумывают различные методы и средства, чтобы ободрить самих себя и настроиться на усердие и внимание для достижения своих целей, так же и мы измышляем средства и правила, которые могли бы помочь нам достигнуть нашей цели.
И как разнообразие яств заранее пробуждает аппетит, и человек предвкушает наслаждение ими, так и памятование добродетелей, духовных подвигов и божественных благословений и дарований возбуждает ум боголюбцев к ревности и усердию. Благодать Божия содействует в духовном преуспеянии только подвизающимся и прилагающим усилия. Важнейшим средством преуспеть — и для новоначальных, и для преуспевающих, и для преуспевших — является молитва с ясностью ума и самопринуждением, сообразно силам каждого. С неотступностью бедной вдовицы (см. Лк. 18, 1-8)
будем возделывать в себе долготерпение, не унывая: это докажет, что мы верою ходим (2 Кор. 5, 7) и не внимаем плотским пожеланиям. Когда подвизаешься так и видишь, что приблизилось расслабление в молитве, не пугайся и не отступай, но прибегни к чтению со вниманием — и от призывов, содержащихся в душеполезных книгах, обновится в тебе затухшая теплота и ревность, так что ты снова сможешь продолжить законную брань ради достижения своей цели.
В часы внутренней брани очень могут поддержать евангельские и апостольские примеры, которые прямо вводят нас в область божественных обетований, являющихся предметом всех наших устремлений. Так же и блаженный псалмопевец Давид не перестает наставлять и побуждать к ревности и подвигам. Находясь на повседневных послушаниях, держите, насколько можете, ум в памяти Божией и избегайте пустословия, которое гасит горячность благочестия и трезвения, подобно тому, как вода гасит огонь.
Поскольку на внешних послушаниях больше предлогов для рассеянности, вы сами рассеивайте иноплеменников оружием молитвы, как предписывают Святые Отцы. «Именем Иисуса бичуй супостатов»1. Если же, борясь с ними посредством молитвы, заметишь, что они как-то особенно настойчивы и некоторым образом бродят в сознании, то это есть признак того, что их поддерживает наша предыдущая рассеянность и беспечность.
Они укрепляются поражениями нашей собственной воли. Тогда необходимо раскрывать их через исповедь, которая обращает их в бегство. Как явление света изгоняет тьму, так и исповедь, как свет, изгоняет дурные помыслы. Тщеславие и распущенное самолюбие и своенравие, вызывающие эти помыслы, уничтожаются смирением добровольного исповедания и правилом, какое наложит духовный руководитель.
Когда подвизающийся решится посредством памяти Божией возлюбить нищету и уничижение, а также телесный труд и если он будет исповедывать свои помыслы систематически — без стыда и стеснения, — то брань против него не сможет продлиться даже на короткое время. Тогда его ум совершенно освободится от рассеяния, будет беспрепятственно держать молитву, а жажда поучения в законе Господни (см. Пс. 1, 2) постоянно будет возбуждать его.