Страница 28 из 57
Он приносит в ум неопытных и простецов или глубоко эгоистичных монахов представление о жизни пустынников и безмолвников как о якобы настоящих монахах, которые при своем великом трудолюбии и подвигах преуспевают больше. Иногда он даже представляет Игумена или Старца как людей жестких и не имеющих рассуждения, что они будто бы имеют твердость лишь в несущественных вещах и принципах, а главного, что отсутствует, не замечают. И вообще он (диавол)
показывает все то, что может быть порождено его диавольским лукавством, с целью вырвать овечку из загона. Когда это достигнуто, все остальное у демонов уже получается легко. За всю мою недостойную многолетнюю жизнь в монашестве я даже не слышал об уходе из своего монастыря внимательного и благочестивого монаха, которым бы несомненно руководил в этом Промысл Божий.
Я видел только невнимательных, небрежных и неустойчивых, чтобы не сказать беспечных, которые оставили свой монастырь под тем предлогом, что они бегут из него якобы ради преуспеяния. Но впоследствии они доказали, что не это их интересовало. Однажды, когда жив еще был мой святейший Старец, и со мной, несчастным, случилось нечто подобное. Прежде чем приехать на Афон, я посетил Палестину и прожил там четыре месяца.
Мне выражали готовность предоставить любое место для служения. Я имел много предложений, однако это все делалось не в интересах спасения, а ради покрытия большой необходимости в священнослужителях. Иными словами, мне сулили золотые горы. Приехав на Афон и прожив здесь много лет, я начал вспоминать эти приглашения. К тому же меня стал беспокоить примерно такой помысел.
Я хотел уйти со Святой Горы, так как мне казалось, что в Палестине гораздо лучший климат для подвигов, чем на Афоне, потому что там он жаркий, а здесь — холодный. Но, как я убедился позднее, на самом деле причина была не в этом, хотя сначала это было трудно различить. Дело было в том, что Старец за что-то отругал меня или что-то сказал перед моими собратьями в мой адрес, что мне показалось унизительным.
Однако позже, когда началась брань, об истинной причине уже трудно было догадаться. Старец даже побуждал меня рассказать ему, что о мной, так как чувствовал, что меня нечто тревожит, но я это скрывал. Наконец, я заставил себя сказать об этом моему Старцу. И только я ему об этом сказал, он ласково улыбнулся и ответил: «О, насколько я был бы счастлив иметь такого ученика, который мог бы преуспеть где-либо так, как не может преуспеть здесь!
Я сам бы послал тебя туда, где бы ты больше мог преуспеть, потому что я этого желаю и с нетерпением жду! Но уверен ли ты в том, что ты уже закончил свое ученичество здесь и что я уже не способен тебе помочь? Если это так, то твои притязания справедливы». Он еще не успел закончить своего исполненного материнской любви ответа, как помысел об уходе исчез совершенно, так что я впоследствии уже и не помнил, что этот помысел у меня когда-либо был.
БЕСЕДА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ Практические наставления , и О Божественной правде О тцы и братия, кто хочет быть учеником нашего отеческого Предания, которое преображает всякого человека, тот должен начать свой подвиг с разумного и правильного исправления своего нрава, то есть стараться иметь благопорядочный вид и благопристойный характер.
Потому что наш внешний облик свидетельствует о нашем внутреннем расположении и устроении. Взгляд, походка, голос, смех, общение и речь — все это является критерием, по которому можно оценить, чему человек отдает предпочтение и кем стремится стать. Человек — сам себе господин, а значит его намерение сподобиться божественной Благодати оправдано и является выражением его свободной воли.
Но как возможно, чтобы кто-либо считал, что он сподобится духовной свободы с помощью Благодати, когда сам он не старается быть свободным, а, напротив, допускает всякий беспорядок и неустройство в своей душе? Состояние необузданности, безволие и расслабление означают рабство и пленение страстям, что одним словом именуется как грех. Яко в злохудожну душу не внидет премудрость, ниже обитает Бог в телеси повиннем греху; а если Благодать и «внидет» в такую душу, то скоро исходит из нее (ср. Прем. 1, 4-5).Но от этого не бывает пользы.
Благодать не усваивается характеру распутного человека, который живет вне определенного строя и порядка, сколько бы он ни вычислял сроков своей жизни в монастыре — бесцельно упущенного, в таком случае, времени. Но как бы ни утвердились дурные привычки в характере человека, всесильная Благодать Божия не затруднится искоренить и уничтожить их, если тот, кто страдает, действительно хочет от них избавиться. Ради этого Господь и пришел в наш мир.
Он пришел, чтобы спасти страстных, больных и грешников. И, конечно, чем больше рана, тем больше времени требуется для ухода и заботы. Тяжело раненные приобретенными страстями и пороками не должны отчаиваться. Тридцать восемь лет расслабленный находился возле купели Вифезда и только с явлением Иисуса сразу же исцелился (см. Ин. 5, 2-9). Поэтому всеблагий Спаситель зовет к успокоению всех труждающихся и в той или иной степени обремененных (см. Мф. 11, 28)
предосудительными страстями и привычками. Он зовет и нас, и мы не должны игнорировать Его отеческий призыв. Мы достигнем желаемого, по Благодати Божией, если твердо решимся отвергнуть погибельную беспечность и пренебрежение. Промысл Божий постоянно побуждает нас к этому. Хотя по природе все люди одинаковы, существует, по неизреченным путям Промысла Божия, различие в характерах.
Многие считают это источником конфликтов между людьми. Однако разумные и рассудительные должны уметь избегать конфликтов, ведь даже братья по плоти имеют разногласия. Писание говорит: Конец слова, все слушай: Бога бойся и заповеди Его храни, яко сие всяк человек1 (Еккл. 12, 13). Бог Слово Своим явлением умирил и восстановил разрушенную человеческую душу и дал ей целебные лекарства — Свои заповеди.
Их цель — остановить нас в неразумном пользовании стихиями природы, помочь нам избавиться от последствий грехопадения и ист-ления. Поэтому цель человека в настоящей жизни — отказаться от своенравия и самолюбия, --- 1) С р. рус: «Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека». Следует отметить, что синодальный перевод по сравнению с греческим текстом несколько неточен (в греч.
: ότι τουτο πας ο άνθρωπος). Последние слова можно перевести так: «потому что в этом — весь человек», что ближе славянскому буквальному переводу. полностью подчиниться Господу и соблюдать заповеди Божии, уничтожающие силу неразумия.
1 Монахи приобретают этот навык, когда благоговейно относятся к своему призванию. Чтобы соблюсти заповеди, они удаляются от многообразных прилогов и постоянным общением с Богом, а также боголюбезным размышлением получают божественную Благодать, которая направляет их к свободе и приобщает к добродетели, возвращая природу к ее первоначальному состоянию.
Наши монашеские интересы должны сосредоточиваться только на жизни в Боге, Обновителе нашей природы, Который, к сожалению, был предан нами и в словах и в делах. Мы должны помнить, что жизни нашего Господа подражали миллионы подвижников веры, в том числе и преподобные Отцы, бывшие, как и мы, монахами. Откуда у монахов может возникнуть предлог для корысти, подозрений, раздражительности, гнева или памятозлобия, ведь они совершенно отреклись от самих себя и не интересуются ничем из этого мира?
Они пожертвовали самой своей личной жизнью ради любви к Призвавшему их, Который и Сам находился в подчинении Отцу Своему ради нашего спасения. Необходимо все время стараться свергнуть иго противоборствующего закона (см. Рим. 7, 23), который управляет нами, став нашей второй природой. Особенно на это следует обратить внимание тем, кто склонен к развлечениям и не хочет соучаствовать в спасительном злострадании, в котором заключается смысл креста.
Но Господь побуждает нас всех поднять этот крест. Из этого следует, что кто не трудолюбив, тот сластолюбив, а кто не целомудрен и не рассудителен, тот становится безумным. И исполняется слово Господне: Иже несть со Мною, на Мя есть; и иже не собирает со Мною, расточает (Мф. 12, 30). Если Господь требует, чтобы мы действовали любовью (см. 1 Кор. 16, 14)