Страница 67 из 79
Когда мы видим людей, которые не могут взять себя в руки и побеждаются страстями, это означает, что у них отсутствуют эти божественные добродетели, и они лишены Благодати Божией. Никто сам по себе не может управлять собой и побеждать окружающее его зло, по слову Христову: Без Мене не можете творити ниче-соже (Ин. 15, 5). Живым примером можно назвать святых нашей Церкви, которые через Христа подчинили послушанию и служению Богу и самих себя и неразумную природу вокруг себя.
Одним из них прислуживали дикие звери, другие не испытывали нужды в естественных потребностях, третьим служили сами стихии вразрез со всеми законами природы. Жизнь во Христе с ее чудесными следствиями есть Царство Божие на земле. Его водворение не достигается внешним принуждением, силой или искусственными приемами, но свободной волей, через принятие Господа Иисуса Христа в свое сердце и постоянное делание божественных заповедей, которые оживляют освящающую Благодать Божию, находящуюся в нас после святого Крещения.
По этой причине Царство Божие, согласно апостолу Павлу, — это правда и мир и радость в Духе Святом[100] (Рим. 14, 17). Заметьте, не в духе человеческом, но в Духе Божием. Самая общая и всеобъемлющая заповедь богочеловеческого православного жительства — это: Ищите прежде Царствия Божия и правды его, и сия вся приложатся вам (Мф. 6, 33).
Все, что необходимо для поддержания тела, все, что составляет потребности здешней жизни, будет дано Богом и без нашей просьбы, потому что Он знает, в чем мы имеем нужду, и промышляет о каждом из нас. Иже убо Своего сына не пощаде, но за нас всех предал есть Его, како убо не и с Ним вся нам дарствует[101] (Рим. 8, 32)? И сладчайший наш Иисус говорил об этом весьма ясно: Не пецытеся убо глаголюще: что ямы, или что пием, или чим одеж-демся?
Всех бо сих языцы ищут: весть бо Отец ваш Небесный, яко требуете сих всех. Ищите же прежде Царствия Божия и правды его, и сия вся приложатся вам (Мф. 6, 3133). Обо всем этом, составляющем не больше чем придаток жизни, слишком усердно печется западная культура, расходуя всю свою энергию только и только на средства выживания, попадая им в плен и самого человека обращая в вещь, в материю, в смерть.
Человек придумал огромное количество потребностей, исходя из своих порочных пристрастий; он изменил даже законы естественной необходимости, потому что руководствовался своими беззаконными похотениями, ради удовлетворения которых превратил благословенное место, предназначенное для Царства Божия, в скотобойню и адскую муку. Богочеловек Христос открыл нам «единое на потребу»; все остальные потребности имеют второстепенное значение и часто оказываются ненужными.
Вследствие всего вышесказанного абсолютная необходимость может состоять только в том, чтобы мы отреклись от всех других потребностей и следовали за Господом нашим Иисусом Христом до тех пор, пока окончательно не воссоединимся с Ним. Если этого не случится, тогда, по необходимости, человек остается бесплодным и духовно обнаженным, шаг за шагом приближаясь к всецелому умерщвлению.
Якоже розга не может плода сотворити о себе, аще не будет на лозе, — говорит Господь, — тако и вы, аще во Мне не пребудете. Аз есмь лоза, вы же рождие; и иже будет во Мне, и Аз в нем, той сотворит плод мног, яко без Мене не можете творити ничесоже; аще кто во Мне не пребудет, извержется вон, якоже розга, и изсышет; и собирают ю и во огнь влагают, и сгорает (Ин. 15, 4-6).
После всего этого, разве возможно, чтобы кто-нибудь сказал, что есть нечто общее между миром, который весь во зле лежит (1 Ин. 5,19), бог которого — дьявол, по словам апостола Павла (2 Кор. 4, 4), и миром, в основе которого вера в бессмертие, в вечность, в Бога? Не будем обольщаться: грех — это образ и сила дьявола, и кто согрешает, становится, естественным образом, подобен дьяволу, потому что, согласно евангелисту Иоанну, творяй грех от дьявола есть, яко исперва дьявол согрешает (1 Ин. 3, 8).
И напротив, рожденный от Бога блюдет себе, и лукавый не прикасается ему (1 Ин. 5, 18). Христу Жизнеподателю и Богу сил Небесных Величие и славу возносим во вся веки![102]
СМЫСЛ ЦЕРКОВНЫХ ТАИНСТВ Каждый христианин должен стремиться к правильному пониманию спасительного дела Христова и, по мере возможности, стараться практически соответствовать Христу, чтобы достичь главной цели — спасения, которое совершено в человеческой природе Воплощением Бога Слова.
В этом контексте мы и обратимся к рассмотрению святых таинств, которые являются главными силами, содействующими осуществлению нашей цели. Обновление человеческой природы, совершившееся во Христе, не просто освободило человека от тления и смерти, но возвело его в то состояние, которое он имел до падения, и удостоило его быть обоженным и «приближенным» к Отцу.
Человеческая природа, будучи воспринята Христом, по Благодати Святого Духа стала победительницей тления и смерти и вошла в жизнь Тела Христова, которое есть Его Церковь. Церковь как Тело Христово есть реальное «участие в обожении», совершающееся через святые таинства. Таинства—это чувственно-воспринимаемые средства, которые передают нам божественную Благодать.
Так происходит по домостроительству Бога, потому что человеческая природа двойственна: она состоит из материального тела и нематериальной души. Таинства — это «носители» Благодати, из которой они черпают по силе, данной божественным домостроительством, совершившимся во Христе. Однако, чтобы прояснить себе, как это происходит, и убедиться, что дело здесь идет не о чем-то таком, что действует в массовом порядке и по необходимости, приведем некоторые соображения относительно существа совершившегося во Христе божественного домостроительства.
Христос через восприятие нашей природы обновил и обожил именно человеческую природу, а не человеческие личности. Иными словами, человеческая природа в своей совокупности стала соучастницей божественной Благодати, потому-то теперь и личности могут по силе, даруемой этим соучастием, если отдадут предпочтение жизни во Христе, достичь совершенства и обожения.
Как видим, обожение не навязывается человеку, а предлагается ему как свободный выбор, потому что Своим воплощением Христос не отнял у человека его свободы. Человек был сотворен свободным, и по своему свободному выбору удалился от Бога; но опять же в силу своего свободного выбора и предпочтения он возвращается в состояние Благодати. Его свободное самоопределение служит для него условием вступления в жизнь Христову и соучастия в боготворящей Благодати Святого Духа, которую он черпает в таинствах Церкви.
Нетварная и вечная Благодать, поселяясь в человеке, делает его соучастником божественных свойств, каковые суть: «безначалие», «вечность» и «бессмертие» по Благодати, согласно с учением святых отцов Максима Исповедника и Григория Паламы[103] . Конечно, основное различие между человеческой и божественной природами не изменяется, но соучастие по Благодати тварной человеческой природы в боготворящей Благодати делает человека богом во всем, «кроме тождества с Ним по сущности»[104] .
Об этом же говорит и апостол Иоанн в своем Первом Послании: Не у явися, что будем: вемы, же, яко, егда явится, подобии Ему будем... (1 Ин. 3, 2). Божественные таинства Церкви действуют посредством боготворящей Благодати и, одновременно, духовно-нравственной жизни человека во Христе. Если эта связь нарушится, то не принесут пользы по отдельности ни таинства, ни нравственная жизнь.
Важнейших для спасения человека таинств, согласно Святым Отцам, два: таинство Крещения и таинство Божественной Евхаристии. Великий светильник Церкви святой Григорий Палама говорит: «Этими двумя таинствами обусловлено все наше спасение, потому что все богочеловеческое Домостроительство сосредоточивается на этих двух таинствах»[105] . Подобным образом и святитель Иоанн Златоуст, объясняя причину, по которой из ребра Иисуса истекли кровь и вода, говорит: «Не без значения и не случайно истекли эти источники, но потому, что из того и из другого составлена Церковь.
Это знают и посвященные в таинства: водою они возрождаются, а Кровию и Плотию питаются. Отсюда получают свое начало таинства»[106] . Останавливаясь на этих двух главных таинствах, мы ни в коем случае не принижаем других. Заметим попутно, что совершенно неправильно таинства ныне исчисляются числом семь — «догматика», совершенно неизвестная Отцам Церкви, которые считали «таинством» всякое священнодействие, осуществляемое законными служителями Церкви, поскольку в каждом священнодействии происходит освящение и спасение верующих[107] .