Страница 4 из 10
Можно теперь привести даже свидетельство и “от внешних”. Известно, как исказили идею Церкви протестанты, проповедуя какое-то учение о “невидимой” Церкви. Учение это настолько туманно и неопределенно, что даже один лютеранский богослов в официальном докладе на Шпейерском сейме в 1875 году заявил: “Наше протестанское учение о церкви до сих пор отличается такою неясностью и непоследовательностью, что может быть названо Ахиллесовой пятой протестантизма” [27].
Такова, например, точка зрения Рудольфа Зома [28].
Наконец, думается, мы сделали бы большое опущение если бы не привели хоть некоторых суждений древнецерковных писателей по интересующему нас вопросу. Остановимся на взглядах только двух писателей, много трудившихся над уяснением догмата о Церкви, — св.Киприана Карфагенского и блаж. Августина.
По суждению св.Киприана, быть христианином значит принадлежать к видимой Церкви и подчиняться поставленной в ней от Бога иерархии. Церковь есть осуществление любви Христовой, и всякое отделение от Церкви есть именно нарушение любви, в чем и грешат равно и еретики, и раскольники. Это и есть основная мысль его трактата “о единстве Церкви”; та же мысль постоянно повторяется и в письмах св. отца. “Христос даровал нам мир; Он повелел нам быть согласными и единодушными; заповедал ненарушимо и твердо хранить союз привязанности и любви. Не будет принадлежать Христу тот, кто вероломным несогласием нарушил любовь Христову: не имеющий любви и Бога не имеет. Не могут пребывать с Богом не восхотевшие быть единодушными в Церкви Божией [29].
У еретиков и раскольников нет любви, т. е. основной христианской добродетели, а потому они христиане только по имени. “Еретик или раскольник не сохраняет ни единства Церкви, ни братской любви [30], действует против любви Христовой” [31]. “Маркиан, соединившись с Новацианом, сделался противником милосердия и любви” [32]. Об еретиках известно, что они отступили от любви и единства кафолической Церкви [33]. “Какое соблюдает единство, какую любовь хранит, или о какой любви помышляет тот, кто, предавшись порывам раздора, рассекает Церковь, разрушает веру, возмущает мир, искореняет любовь, оскверняет таинство”? [34]
Св.Киприан высказывает даже такую решительную мысль: вне Церкви не может быть и учения христианского, не только христианской жизни. Только в Церкви есть чистая вера [35]. Церковь Киприан и называет “истиной” [36]. Единство веры нельзя отделять от единства Церкви [37]. Истина одна, как одна и Церковь [38]. Тому, кто не придерживается единства Церкви, нельзя думать, что он сохраняет веру [39]. Всякое отделение от Церкви непременно связано бывает и с искажением веры. “Враг изобрел ереси и расколы, чтобы ниспровергнуть веру, извратить истину, расторгнуть единство. Служители его возвещают вероломство под предлогом веры, антихриста под именем Христа и, прикрывая ложь правдоподобием, тонкою хитростию уничтожают истину” [40]. “Как диавол не есть Христос, хотя и обманывает Его именем, так и христианином не может почитаться тот, кто не пребывает в истине Его евангелия и веры” [41]. “Еретик рассекает Церковь, разрушает веру [42]; он вооружается против Церкви, изменник в отношении веры, в отношении благочестия святотатец, непокорный раб, сын беззаконный, брат неприязненный” [43]. “Если рассмотреть веру тех, которые веруют вне Церкви, то окажется, что у всех еретиков совсем иная вера; даже, собственно говоря, у них одно изуверство, богохульство и прение, враждующее против святости и истины” [44]. Быть вне Церкви и оставаться христианином, по убеждению св.Киприана, невозможно.
Вне Церкви — вне стана Христова [45].
Отступившие от Церкви и действующие против Церкви — антихристы и язычники [46]. Вот, например, что пишет св.Киприан Антониану о Новациане. “Ты желал, возлюбленнейший брат, чтобы я написал тебе и касательно Новациана, какую ересь он ввел. Знай же, что прежде всего мы не должны любопытствовать, чему он учит, когда он учит вне Церкви. Кто бы и какой бы он ни был, он не христианин, как скоро он не в Церкви Христа” [47]. “Как может быть со Христом тот, кто не пребывает с невестою Христовой, не находится в Церкви Его” [48]. Наконец, в трактате “о единстве Церкви” читаем мы знаменитые слова: “Тот не может уже иметь отцом Бога, кто не имеет матерью Церковь” [49]. Св.Киприан совершенно отказывает всем стоящим вне Церкви в названии “христиан”, как бы повторяя решительное восклицание своего учителя Тертуллиана: haeretici christiani esse non possunt! (еретики не могут быть христианами!).
Понятно поэтому требование св.Киприана при приеме в Церковь перекрещивать даже новациан, хотя они были только раскольниками. Для Киприана крещение раскольников при приеме в Церковь не было перекрещиванием, но было именно крещением. “Мы утверждаем, — писал св.Киприан Квинту, что приходящих оттуда мы у себя не перекрещиваем, но крестим (non rebartizari apud nos, sed baptizari); ибо они ничего не получают там где нет ничего” [50]. Крещение вне Церкви только “пустое и нечистое погружение” (sorclida et profana tincito) [51]. “Там не омываются люди, а только более оскверняются; не очищаются грехи, а только усугубляются. Такое рождение производит чад не Богу, но диаволу” [52].
В своем заключительном слове, как бы подводя итог всем соборным рассуждениям, св.Киприан говорит: “Еретиков должно крестить единственным крещением Церкви, чтобы они могли из противников сделаться друзьями и из антихристов — христианами” [53].
Изложенные воззрения св.Киприана, которые, очевидно, разделял и весь карфагенский собор, наглядно и весьма определенно свидетельствуют о том, как решительно сливали в третьем веке Церковь с христианством и наоборот.
Воззрения св.Киприана небыли восприняты Церковью в их полном объеме. В частности было отвергнуто его учение о необходимости крестить даже и раскольников при их обращении в Церковь. В связи с этим и воззрения блаж. Августина несколько отличны, хотя в сущности взгляд на отношение Церкви к христианству остается все тем же.
Блаж. Августин признает, что учение христианское, понимаемое теоретически, может быть сохранено и вне Церкви. Истина остается истиной, хотя бы ее высказывал и злой человек. Ведь и демоны исповедовали Христа так же, как и ап.Петр [54]. Золото несомненно хорошо, и золотом оно остается у разбойников, хотя и служит у них дурным целям [55]. Христос сказал однажды ученикам: “кто не против вас, тот за вас” (Лук. 9,49-50). Из этого можно видеть, что стоящий вне Церкви в некоторых предметах не против Церкви и имеет нечто из церковного богатства [56]. Афиняне чтили неведомого Бога (Деян. 17, 23), а ап.Иаков свидетельствует, что и бесы веруют (Иак. 2, 19), а они, конечно, вне Церкви [57]. В своих сочинениях против донатистов блаж. Августин подробно доказывает и обосновывает действительность раскольнического крещения.
Но если и вне Церкви можно сохранить истинное учение, если даже таинства, совершаемые в отделении от Церкви, действительны, то нужна ли непременно Церковь? Не возможно ли спасение и вне Церкви? Не отделяет ли блаж. Августин христианство от Церкви? На все эти вопросы в системе блаж. Августина дается отрицательный ответ. Христианскую жизнь, приводящую ко спасению, блаж. Августин приписывает только Церкви, а вне Церкви этой жизни быть не может.
Все то, что отделившиеся от Церкви сохраняют из церковного богатства, все это не приносит им ровно никакой пользы, а только один вред [58]. Почему же так? — “А потому, — отвечает блаж. Августин, — что все отделившиеся от Церкви не имеют любви. Христос указал признак, по которому можно узнать Его учеников. Этот признак — не учение христианское, не таинства даже, а только любовь. Потому, — говорил Он ученикам Своим, — узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою (Иоан. 14, 35). Таинства не спасут, если у принимающего их нет любви”. Апостол говорит: “Если я знаю все тайны (sacra-inenta) и не имею любви, я — ничто (1 Кор. 13, 1-3) [59]. Пророчествовал Каиафа, но был осужден [60]. Самое отделение от Церкви есть величайший грех, который и показывает что у раскольников нет любви (Ididem). Возрожденный в крещении, но не соединившийся с Церковью, не имеет от крещения никакой пользы, потому что он любви не имеет; спасительным начинает быть для него крещение только тогда, когда он соединится с Церковью [61]. Благодать крещения не может очистить от грехов того, кто не принадлежит к Церкви; ее действие как бы парализуется упорством раскольнического сердца во зле (т. е. в расколе) [62]. Так как крестящийся вне Церкви тотчас после крещения обнаруживает свою греховность, отсутствие у него любви, вступая во мрак своей схизмы, то и грехи немедленно на него возвращаются.