Страница 22 из 38
Почему Он, вместо сорока дней, не пробыл здесь, по крайней мере, сорок лет? Вопрос этот есть плод любопытства, но любопытства необходимого. Для сердца человеческого весьма желательно, чтобы Иисус Христос оставался на земле: это выразили апостолы, долго смотревшие на небо, когда Иисус Христос вознесся. Но Иисусу Христу нужно было оставить землю по следующим причинам: 1) Апостолы остались бы при плотских своих понятиях об Иисусе Христе, если бы Он оставался с ними на земле. Так, по воскресении Его они тотчас спрашивают: Господи, аще в лето сие устрояеши царствие? (Деян. 1; 6). Значит, в них остались те же плотские понятия, для истребления коих нужно было Ему расстаться с ними и вознесением Своим уверить их, что Он не земной царь, а Небесный, и что Царство Его несть от мира сего (Ин. 18; 36). Вознесением Своим, как выражается апостол, наполнил всяческая. 2) В качестве неузнанного Лица Ему и можно было быть на земле. Если бы узнали Его, то все отношения земных царей и законов, вообще все устройство земли должно бы измениться, тогда бы должна наступить всеобщая теократия (греч. господство Бога) в строжайшем смысле сего слова, а она невозможна; ибо как при настоящем устройстве нашей планеты завести повсюду непосредственное сообщение стран и народов? Как, например, передавать веления Сего Царя в Северную Америку? Разве посредством Ангелов? Но это значит - сделать мир сей миром чудес.
Притом смерть должна еще остаться в мире. Как же бы подданные бессмертного Царя умирали? Как бы в таком случае поступать Ему? Подданные Его, без сомнения, просили бы Его удалить смерть. Что ж тут сделать? Не удовлетворить прошению? Но это было бы нехорошо. Удовлетворить? Это значило бы делать бесчисленное множество чудес. Такие и подобные сим противоречия были бы неизбежны, если бы Иисус Христос остался царствовать на земле. Потому-то премудрость Божия рассудила устроить Царство Его на небе. 3) Сверх того, Иисусу Христу приличнее было царствовать на небе, нежели на земле. Он есть Царь всего: дадеся Ми, - говорит Он, - всяка власть на небеси и на земли (Мф. 28; 18). Итак, Он есть Царь мира Ангельского, так же как и человеческого. Царю сих двух миров приличнее оставаться в мире высшем, приличнее давать веления сверху вниз, нежели снизу вверх; следовательно, приличнее жить в мире Ангельском. Да и по отношению к миру человеческому Христу приличнее быть правителем на небе, нежели на земле. Ибо там большая часть людей - и та, которая существует уже в прошедшем, и та, которая еще в будущем, а на земле обыкновенно находится самая малая часть людей. Посему-то Иисус Христос самые важные минуты посвящал на то, чтобы быть с теми, кои обитают в мире невидимом; так, например, нисходил во ад.
4) Но для христианина достаточная причина сего заключается в словах Иисуса, что лучше пойти Ему, дабы пришел Утешитель (Ин. 14; 2-3, 16-18). Может быть, в Самых Лицах Святой Троицы заключается причина того, что одному прилично быть Искупителем, а другому -Святому Духу - Совершителем. Ибо отчего воплотилось второе Лице, а не первое или же третье? Вероятно, того требовали их отношения.
По сим и другим причинам, которых мы не можем видеть, Иисусу Христу лучше быть Царем на небе, нежели на земле.
Итак, Искупитель наш есть Царь. Какое же Его Царство? Кто Его подданные? Какая цель? Какие средства? Какие отличия и награды в этом Царстве Небесного Царя?
Предмет этот самый обширный. Иисус Христос уже царствует несколько сот лет; сколько в продолжение сего времени должно произойти перемен, весьма важных, и потому как много можно сказать о сем предмете! Между тем, трактат сей короче и беднее всех прочих в наших системах. Например, преосвященный Ириней излагает только несколько самых общих свойств о Царе Сем; потом приводит несколько мест из Священного Писания, и тем заключает все дело. Отчего же так короток трактат сей у наших богословов? От влияния на наше богословие богословия иностранного. Причиной этого -протестантские партии, имевшие влияние на богословов. Известно, что благодатное Царство Иисуса Христа составляет Церковь, и в ней, особенным образом, пастыри Церкви. Но у протестантов ни Церкви, ни пастырей, так как у нас, нет. Поэтому им и нечего говорить о Христовом Царстве. Поелику же наши богословы следовали им, то поэтому и они ничего не говорят. Вследствие сего же и учение о Церкви у наших богословов не имеет тесной связи с прочими истинами. Из богословских конспектов видно, что оно есть как бы некоторый излишний трактат. Это потому, что оно стоит не на своем месте. Самое лучшее место для учения о Церкви есть здесь, в трактате о Царстве Иисуса Христа, но здесь оно еще ни в одной нашей системе не стоит.
Кто подданные невидимого Царя? Царю Сему, главным образом, подлежит весь мир, особенным образом все люди, а особеннейшим - Церковь; и потому Царство Его многочисленнее и многообразнее всех других царств. Поелику Царство сие в духе и силе (Лк. 1; 17), то оно должно быть ощутительно и для чувств; не одной только верой, а и вещественными глазами мы должны видеть, что Иисус Христос в Своем Царстве царствует. Это и видно как в целом мире, так особенно в Церкви Христианской. Раскроем Библию, что там говорится о сем Царстве? Буквально много, но это разно толкуется. Пророки больше всего говорят о Мессии как о Царе, но черты эти, по величине их и обширности, трудно прилагать. Видно только, что нравственная сторона на земле сбывается; сбывается также отчасти и некогда совершенно сбудется и сторона чувственная. Но частнейшего приложения из сих черт сделать нельзя, по крайней мере, трудно. Можно из пророчеств ветхозаветных заимствовать такие черты для описания Царя Небесного, какими описывает Его Ириней в своей системе, то есть можно сказать, что Он всемогущ, вечен, и прочее. В Новом Завете Иисус Христос говорит о Своем Царстве, но разумеет его со стороны нравственной, а о стороне Своего Царства физической, о его силе, законах, управлении и правах не говорит. Апостолы говорят, но мало и с осторожностью. Апостол Павел больше всех касается сего предмета, но говорит мало и с опасением.
Это потому, что еще не время было говорить об этом, ибо Иудеи не отвыкли еще от чувственных своих мечтаний о Мессии, как о Царе земном, а язычники готовились со своими политическими подозрениями. Эти причины, особенно первая, заставили апостола Павла сказать мало о царской власти Иисуса Христа и там, где он говорит о силе антихриста. Апостолы говорили о Царстве Мессии в чертах общих, и потому из их описаний трудно извлечь то, что есть существенного в сем деле.
Впрочем, главные черты можно найти. Они суть: 1) Царство Иисуса Христа, во-первых, составляет Церковь, с которой Он находится в теснейшем союзе. Союз сей выражен в Священном Писании различными (символами) метафорами, означающими теснейшее соединение одной вещи с другой, например, какое отношение зерна к хлебу, лозы к ветвям (Ин. 15; 2-7), жениха к невесте (2 Кор. 11; 2), главы к прочим членам тела (Еф. 1; 22-23), в таком Церковь - к Иисусу Христу, своему Царю. Кроме Церкви истинной, Иисусу Христу подлежат еще все церкви ложные, и вообще весь род человеческий. Это видно из слов апостола Павла, который говорит: подобает бо Ему царствовати, дондеже положит вся враги под ногама Своима (1 Кор. 15; 25). Каким образом положит и покорит Он всех врагов, то есть все племена, враждебные для истинно христианского племени? Или обращением их в христианство, или совершенным обессиливанием их и наказанием. Но не на один мир человеческий простирается власть Иисуса; она простирается и на другие миры - на самое небо. Богочеловеку Иисусу дано все на земле и на небе. Эту важную истину часто повторяет апостол Павел. Он присоединяет еще к сей власти Богочеловека ту замечательную сторону, что она простирается и на худую часть мира - на ад: да... всяко колено, поклонится Ему небесных и земных и преисподних (Флп. 2; 10). Таким образом, пределами власти Иисуса Христа служат пределы всего мира.
Какая великая власть! Как же она может вместиться в одном человеке? Ибо Иисус Христос и по человечеству есть Царь всего. Здесь-то должна заключаться главная причина того, почему Искупитель, будучи Человеком, был вместе и Богом. Только из сего соединения человечество Иисуса Христа получило такую обширную вместимость; существо сотворенное само по себе не довлело бы к принятию такой силы!
Какая цель сего Царства? Та же, какая вообще восстановления рода человеческого: Иисус Христос управляет сим Царством так, чтобы истребить и уничтожить в нем порчу. Поелику Царство сие имеет две стороны - чувственную и духовную, то и два вида правления: одним истребляется из мира физического смерть, а другим из мира духовного - грех. И смерть Иисуса Христа есть основание сего переворота. Ею Иисус Христос совершил, только в бесконечно высшем смысле, то, что выразил один из мудрых (Архимед) в сих словах: "Дайте мне пункт, и я поворочу землю!" Иисус Христос в смерти Своей стал на сем пункте, и обратил к Богу весь мир! Впрочем, в сей смерти Он положил только основание, на котором теперь назидает, но со временем приведет все в полную меру совершенства.