Страница 156 из 275
7. И пришел Моисей и созвал старейшин народа и предложил им все сии слова, которые заповедал ему Господь.
8. И весь народ отвечал единогласно, говоря: всё, что сказал Господь, исполним (и будем послушны). И донес Моисей слова народа Господу.
9. И сказал Господь Моисею: вот, Я приду к тебе в густом облаке, дабы слышал народ, как Я буду говорить с тобою, и поверил тебе навсегда. И Моисей объявил слова народа Господу.
Данное народом согласие на исполнение завета (ст. 8) немыслимо без веры в его божественный авторитет, а эта последняя без доверия Моисею, — посредника при заключении завета, — как посланника Божия, вестника божественной воли. За такового евреи примут его, услышав голос к нему Господа из облака: Моисей приносит народу откровение.
10. И сказал Господь Моисею: пойди к народу, (объяви) и освяти его сегодня и завтра; пусть вымоют одежды свои,
11. чтоб быть готовыми к третьему дню: ибо в третий день сойдет Господь пред глазами всего народа на гору Синай;
12. и проведи для народа черту со всех сторон и скажи: берегитесь восходить на гору и прикасаться к подошве ее; всякий, кто прикоснется к горе, предан будет смерти;
13. рука да не прикоснется к нему, а пусть побьют его камнями, или застрелят стрелою; скот ли то, или человек, да не останется в живых; во время протяжного трубного звука, (когда облако отойдет от горы,) могут они взойти на гору.
Приготовление к предстоящему законодательству через омовение указывает на него, как на событие, выделяющееся из ряда обыденных. Даже самая гора отделяется (освящается — ст. 23) от остальной местности. Переступивший черту убивается издали, так как в противном случае и убивающему пришлось бы переступить ее, т. е. нарушить запрещение. По греческому чтению ст. 13 народ мог подняться на гору после богоявления.
14. И сошел Моисей с горы к народу и освятил народ, и они вымыли одежду свою.
15. И сказал народу: будьте готовы к третьему дню; не прикасайтесь к женам.
16. На третий день, при наступлении утра, были громы и молнии, и густое облако над горою (Синайскою), и трубный звук весьма сильный; и вострепетал весь народ, бывший в стане.
17. И вывел Моисей народ из стана в сретение Богу, и стали у подошвы горы.
Появление облака служило для Моисея указанием на начало богоявления (ст. 9); во время его должны присутствовать и евреи (9), а потому теперь они и подводятся Моисеем к горе.
18. Гоpa же Синай вся дымилась оттого, что Господь сошел на нее в огне; и восходил от нее дым, как дым из печи, и вся гора сильно колебалась;
Огонь, в котором снисшел на Синай Господь и который горел до самых небес (Втор IV:11), служил символом Его божественной славы (Втор V:24). Ее проявление не выдерживает даже неодушевленная природа, — «вся гора сильно колебалась» (ср. Пс LXVII:8–9 [186]; CXIII:7 [187]).
19. и звук трубный становился сильнее и сильнее. Моисей говорил, и Бог отвечал ему голосом.
Судя по дальнейшему, вопросы Моисея были направлены к тому, чтобы узнать предстоящие распоряжения Господа.
20. И сошел Господь на гору Синай, на вершину горы, и призвал Господь Моисея на вершину горы, и взошел Моисей.
Первым из них является призвание Моисея на вершину горы, которая является тем местом, на которое сошел Господь.
21. И сказал Господь Моисею: сойди и подтверди народу, чтобы он не порывался к Господу видеть Его, и чтобы не пали многие из него;
Повторение прежнего повеления едва ли не было вызвано тем, что народ считал его обязательным только для двух истекших дней и необязательным для дальнейших. Нарушение его могло произойти и от необычайности совершавшегося, которая могла одолеть долг послушания, чувство страха, — вызвать желание посмотреть.
22. священники же, приближающиеся к Господу (Богу), должны освятить себя, чтобы не поразил их Господь.
23. И сказал Моисей Господу: не может народ взойти на гору Синай, потому что Ты предостерег нас, сказав: проведи черту вокруг горы и освяти ее.
24. И Господь сказал ему: пойди, сойди, потом взойди ты и с тобою Аарон; а священники и народ да не порываются восходить к Господу, чтобы (Господь) не поразил их.
В силу своей греховности народ не может находиться в непосредственном общении с Богом, в знак чего он и не переступает черты, отделяющей его от места присутствия Господа. В том же положении оказываются и священники, совершители жертв. Их священство основывается на праве естественном, праве старшинства в роде, но не на божественном избрании и приближении (Лев X:3; Чис XVI:5). Они не могут взойти на гору, — быть посредниками при заключении завета между Богом и людьми, так как не получили от Бога прав на подобное посредство. Отдельное упоминание о священниках уместно в данном случае потому, что они, считая себя стоящими выше остального народа, могли думать, что на них не простирается обязательное для всех запрещение «порываться к Господу».
25. И сошел Моисей к народу и пересказал ему.
Глава 20.
Синайское законодательство.
1. И изрек Бог (к Моисею) все слова сии, говоря:
Судя по 19 ст. данной главы, равно Втор IV:36; V:4, «все слова сии», т. е. десятословия (Втор IV:13; X:4), были изречены Господом непосредственно самому народу. В виду этого свидетельство Втор V:5, должно быть понимаемо в том смысле, что посредником между Богом и народом в деле передачи Его велений Моисей явился позднее (ср. ст. 19). В данное время он, сойдя с горы (XIX:25), находится вместе со всем народом у ее подошвы, не восходит на вершину (ст. 21–22). Служение Ангелов, о котором говорит архидиакон Стефан (Деян VII:53 [188]), возвещение слова (т. е. закона) через Ангелов, о котором упоминает Апостол Павел (Евр II:2 [189]), и преподание закона через Ангелов (Гал III:19 [190]) указывают не на то, что Бог изрекал заповеди через Ангелов, но или на то, что Господь-законодатель сошел на Синай с сонмом Ангелов (Втор XXXIII:2), присутствовавших при изречении заповедей, или на то, что закон ветхозаветный, взятый во всей совокупности его предписаний, а не в смысле одного десятословия, был дан народу еврейскому через многих провозвестников («Ангелов») божественного откровения.
2. Я Господь, Бог твой, Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства;
3. да не будет у тебя других богов пред лицем Моим.
Я Господь, Бог откровения, завета, проявивший Себя истинным Богом в целом ряде казней, и факт изведения народа из Египта (Втор IV:32–35) должен быть твоим «Всевышним» — предметом твоего почитания. «Господь есть Бог, нет другого, кроме Его» (Втор IV:4, 35; VI:4). Поэтому с верою в Него несовместимо почитание других богов, — оно исключается ею; «да не будет у тебя других богов пред лицом Моим», при Мне, вместе со Мною (Втор V:7; 4 Цар XVII:35 [191]).
4. Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли;
5. не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого рода, ненавидящих Меня,
6. и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои.
Запрещая служение языческим богам, первая заповедь запрещает поклонение и их изображениям, от которых они неотделимы. Языческие боги имеют характер чувственный — без внешних форм, идолов они немыслимы. Ввиду этого особое запрещение изображений языческих богов представляется уже излишним. Следовательно, во второй заповеди предметом запрещения является не делание изображений других богов, а создание изображений Бога откровения, Сущего. Побуждением к такому запрещению могло служить то обстоятельство, что свойственная человеку потребность наглядного представления о Боге невидимом (Втор IV:15) могла привести к изображению Его в чувственных, видимых формах и к обоготворению этих последних — идолопоклонству. Всевышний не должен быть представляем в виде кумира, изваяния (евр. «песел»; Втор IV:16) и под другими формами, образами («всякое подобие:» евр. «векол темуна», темуна — образ, облик (Втор IV:15, Иов IV:16 [192]), являющимися воспроизведением светил небесных («на небе вверху»), людей, скота, птицы, гада («на земле внизу») и рыб («в воде ниже земли», — Втор IV:16–19). Запрещение делать изображения Господа основано на том, что Он невидим (Втор IV:15), запрещение же поклоняться и служить им (5 ст.) мотивируется тем, что Сущий есть Бог-ревнитель (Втор IV:24; VI:15; Нав XXIV:19 [193]), т. е.