Страница 98 из 239
Если подвести итог этого краткого, основанного на Евангелии рассуждения о том, как человек правильно должен относиться к пище, то можно сделать следующие выводы: с одной стороны, нет ничего греховного в том, что человек имеет естественное влечение к пище, а с другой - никогда не нужно ставить это влечение выше духовных интересов, духовной пользы. Прежде всего необходимо заботиться о душе и понимать, что и сама пища, и вообще вся наша жизнь, и тем паче жизнь вечная, бессмертная, зависят от исполнения нами воли Божией, а не от того, заботимся ли мы сами и суетимся ли, чтобы добыть себе пищу. И еще нужно, чтобы пост был соразмерен и разумно соотнесен с духовным преуспеянием человека: он не должен быть строже, чем человек готов понести в духовном смысле, но соразмерен его смирению, покаянию и внутреннему вниманию. Наконец, должно быть разумное чередование поста и некоего послабления в пище. Все, о чем я сейчас говорил, основано на Евангелии. Поэтому, строго придерживаясь традиционного православного годового круга однодневных и многодневных постов, мы таким образом действительно исполняем заповедь Евангелия. Все учение святых отцов в отношении поста нельзя назвать надуманным, как бы добавленным к Евангелию, оно извлечено именно из их собственного опыта, является следствием их подвига в евангельской жизни.
У нас почему-то было так принято, что мы мало говорили о посте, поскольку считали, что главное - это умное делание и те духовные добродетели, которые заключаются в этом обширном понятии. Однако совершенно пренебрегать тем, чтобы иметь правильное отношение к воздержанию, и считать, что пост вообще ничего не значит, нельзя. Тот, кто строго постится и пренебрегает молитвой, - надеется на себя, и тот, кто совсем не постится и уповает только на молитву, тоже надеется на себя, иначе говоря, оба они проявляют самонадеянность. Поэтому нужно, во-первых, ориентироваться в этом отношении на церковный устав, а во-вторых, каждый должен выработать для себя - конечно под руководством или по совету более опытного человека - правильное отношение к пище: сколько он должен вкушать, когда и что ему можно, а что нельзя, - и такое разумное, "взвешенное" отношение как раз и явится признаком смирения. А если человек полностью пренебрегает постом и думает, что если он молится Иисусовой молитвой, то ему можно есть когда угодно, что угодно и сколько угодно, он подвергает себя большой опасности. Некоторое время Господь терпит и снисходит к такому человеку, предавшемуся, откровенно сказать, чревоугодию, но потом благодать Божия отступает, потому что Господь видит его нераскаянность, и человек подвергается какой-либо сильнейшей брани - чаще всего, конечно, блудной, реже - гневу, лени.
Эти три страсти так или иначе связаны с чревоугодием и с излишней дебелостью тела, как выражаются святые отцы. Исключение можно сделать только для больных людей, хотя и они должны в определенной степени воздерживаться в пище. Ведь часто бывает так, что в телесном отношении ты действительно болен, а в отношении страстей, в чем тебе хотелось бы быть больным, ты очень даже здоров. Поэтому и чрезмерное воздержание, и пренебрежение воздержанием одинаково неразумны и являются признаками самонадеянности человека.
Можно сказать еще и о некоторых других моментах в отношении к пище. Когда больной, немощный человек вкушает пищу, даже немного, то его организм начинает с ней "бороться": все силы организма идут на переваривание пищи, и человек чувствует себя слабо. Такое состояние не означает, что надо больше есть или, наоборот, что ты слишком много поел; это просто естественное следствие человеческой немощи. Спустя некоторое время, когда организм справится со своей работой (потому что переваривание пищи является для него работой), ты почувствуешь обычный прилив сил. Человек крепкий, напротив, может долгое время воздерживаться от пищи, но если он чрезмерно строго постится, то организм потом все равно сломается, и человек вдруг заболеет. Я говорю сейчас о тех ошибках, которые бывают у больных и здоровых людей при неправильном отношении к пище. Поэтому, когда мы постимся, мы должны смотреть не на то, что с нами происходит в настоящий момент, но "смотреть в будущее". Пост сказывается и в хорошем смысле, и в плохом лишь спустя некоторое время. Кто-то может несколько дней очень строго поститься, а потом слечь; другой подумает, что он чересчур много ест, объедается и потому на него после еды нападают слабость и сонливость, и решит есть меньше, а через несколько дней тоже сляжет и вообще никак не сможет трудиться.
Тот, кто чересчур строго постился, если немножко больше станет есть, может быть, и не будет чувствовать, как ему кажется, улучшения в данный момент, но зато впоследствии он ощутит уверенное и равномерное присутствие сил и ревности к молитве. Не нужно допускать, чтобы сегодня человек пламенно молился, а завтра лежал чуть не в обморочном состоянии.
В отношении борьбы со страстями также можно сделать некоторые замечания.
Я уж не говорю про то, что может появиться и ни на чем не основанная гордость, хотя ничего особенного, духовного не произошло, просто слабость и все. Поэтому не нужно стремиться к быстрым успехам: вот я ничего не буду есть три дня или неделю, и все у меня пройдет, - эта страсть пройдет, но останутся другие. Лукавый может еще и так устроить: человеку, длительное время, например в течение Великого поста, строго постившемуся и ослабевшему до такой степени, что его оставило всякое плотское влечение, всякие естественные движения, кажется, что он приобрел полный покой - и вдруг дьявол на него нападает уже неестественным образом. Человек теперь не просто чувствует некоторые нехорошие движения в теле, происходящие от естества, но уже нападает дьявол. И самым противоестественным, самым невероятным образом человек с изможденной плотью испытывает сильнейшее действие блудной страсти, не имея, однако, уже никаких сил противостоять ей молитвой, потому что стал не способен к ней из-за вялости умственной и телесной. Тот, кто пытается подобным способом победить свои плотские страсти, поступает нелепейшим и глупейшим образом. И не думайте, что глупость - такая уж извинительная вещь.
Преподобный Максим Исповедник говорит, что есть четыре самых главных порока: глупость, трусость, распущенность и несправедливость, на первом месте среди них он называет глупость; и соответственно самые главные добродетели - это мудрость, мужество, целомудрие и справедливость. Поэтому не нужно думать, что, мол, Бог не дал мне ума и потому мне можно делать все что угодно. Конечно, необходима не такая мудрость, чтобы всем нам, например, суметь защитить кандидатскую по экономике и работать в монастыре бухгалтером или сделать что-нибудь в таком роде, - речь идет о глупости и мудрости в духовном отношении. Не всем дано иметь рассуждение, чтобы назидать других, но всякий должен иметь достаточно рассуждения для самого себя, чтобы мудро управлять самим собой. Всякий заботится о том, чтобы, например, правильно надеть платок, и поэтому не надевает его так, чтобы затылок оголился, а лицо было закрыто, и очки не надевает так, как мартышка в басне Крылова, которая не знала, как их приладить, но все стараются выглядеть более или менее прилично. Так же и в духовном отношении. Мы должны приобрести элементарный здравый смысл, чтобы "выглядеть прилично", а не совершать совсем уж дикие, безумные, смешные вещи. Это относится, в частности, и к такой важной добродетели, как пост.
Разумное воздержание в пище необходимо всем. Нормы поста определяются, во-первых, уставом, который может быть или несколько ослаблен, или исполнен строго. Во-вторых, нужно учитывать здоровье и конкретные обстоятельства каждого человека. Но я думаю, что таких тяжелобольных, чуть не умирающих, людей, которым совершенно не нужно воздержание, почти нет. Например, по церковному уставу, если женщина родила на страстной седмице (вы понимаете, что это очень тяжело: большая потеря крови, ослабление сил), ей разрешается вкушать вино и елей. И все, больше ничего: ни молока, ни рыбы, ни мяса, а только вино и елей. Вот как строго церковный устав относится к нарушению поста. А знаменитый комментатор святых канонов, церковных правил, Никодим, епископ Далматинско-Истрийский (сербский ученый конца XIX - начала XX века) высказывает мнение, что даже на смертном одре в Великий пост человек не имеет права вкушать мясо. Я, правда, отношусь к этому вопросу более мягко, но рассказываю о том, как к нему подходили святые отцы и ревнители Православия. По церковным правилам, нарушение поста в среду, в пятницу и в Великий пост делает человека повинным: если этот человек священнослужитель, следует извержение его из священного сана, если мирянин - отлучение от Церкви.