Страница 7 из 12
У людей, которые много лет живут в Церкви, есть, вероятно, воспоминания о первой исповеди, о первом Причастии. Вспоминаются праздники, которые совершаются ежегодно, но каждый год мы по новому их ощущаем, всякий раз по новому переживаем. События, которые реально совершаются в нашей жизни, вновь и вновь наполняют нас силою Духа.
Церковь наша – это Богоучрежденный институт, который Господь даровал живущим здесь, на земле, чтобы мы, живя в Церкви, руководствуясь Церковью, воспринимая этот церковный воздух, могли подняться на Небо.
Конечно же, это нелегко. Нелегко, потому что Царствие Божие есть царство добра, царство любви, царство мира, а здесь, на земле, мы часто встречаемся с противоположным: с несправедливостью, с жестокостью, с грубостью. Мы должны бороться не только, а может, и не столько с окружающим миром, но прежде всего, в первую очередь мы должны бороться с самими собою, и это самое сложное, самое трудное.
У Церкви есть Таинства, и Церковь, как благодатный институт, имеет великие средства для нашего исправления, для нашего спасения.
Одним из таких великих Таинств, к которому мы приходим прежде всего, является, конечно, Крещение, которое мы принимаем: кто то в младенческом возрасте по вере своих родителей, кто то уже сознательно приходя ко Христу. Тогда он сознательно отрицался сатаны и всех дел его, и служения его, и гордыни его, и обещал служить только Богу.
Второе Таинство, с которым мы часто соприкасаемся и через которое также совершается наше вхождение в Церковь, – это Таинство покаяния. Проживая жизнь, мы согрешаем, оступаемся, пачкаемся, нарушаем заповеди, часто противоречим сами себе, и вот Господь дал нам Таинство покаяния, в котором Он принимает наши грехи через нашего духовника. Духовник является свидетелем, который свидетельствует перед Богом об изреченных нами грехах. Господь невидимо стоит и принимает наше исповедание, чему священник является свидетелем.
Зачастую священник, принимающий исповедь, священник, который дает нам советы, направляет нас по жизни, является нашим духовником, духовным руководителем. Почему я говорю: зачастую, – потому что у нас могут быть разные духовные руководители, но, прежде всего, это священник, который знает нашу душу, который направляет нас.
Я думаю, что у каждого в жизни возникал вопрос: где найти духовника, кто это такой, как с ним общаться? Думаю, что вы встречали на своем пути священника, благодаря которому отозвалось ваше сердце и почувствовало благодать. Человек, к которому вы расположились, человек, который сказал вам, может быть, простые, но самые нужные слова, те, которые затронули вашу душу, которые он заронил в ваше сердце, и сердце ваше откликнулось на них. Важно, чтобы с вами произошло это.
Священник, прежде всего духовник, должен возвещать учение Церкви. У нас могут быть какие то свои мнения, свои взгляды на жизнь, на отдельные положения, на церковные проблемы, но священник и духовник всегда возвещает нам истину, потому что истина в Церкви, истина в Евангелии. Он говорит нам волю Божию, согласно которой, если мы будем действовать, мы будем идти правильным путем и наследуем жизнь вечную.
Святые Отцы, а именно преподобный Симеон Благоговейный, говорят, что духовники бывают разные: умные, строгие, веселые, серьезные, – это проявление характера прежде всего, но главное, конечно же, духовная направленность. Ну а по человечески, я думаю, каждому импонирует тот, кого Господь ему определил.
А вот когда спрашивают у Старцев, можно ли менять духовника, если он, положим, не отвечает каким то внутренним нашим запросам, они отвечают: можно, но только осторожно. Надо посмотреть на себя: а что же мне в нем не нравится? Может быть, манера, голос? Многое, может быть, нравится или, наоборот, не нравится, но прежде всего надо смотреть, насколько я получаю от него духовную пользу. Это – прежде всего, это – принцип жизни христианина: все позволено, но не все полезно.
Все события, все явления мы оцениваем, в первую очередь, с точки зрения духовной: насколько это полезно для моей души. И вот, вполне вероятно, священник, который нам не нравится, – не льстит нашему самолюбию, хотя вначале, может быть, и погладил по голове. Но потом он может воспитывать, может наставлять, говорить нам истины, которые не всегда соответствуют нашим взглядам, нашим мыслям, чувствам. И тогда следует реакция: мне этот батюшка не нравится, он слишком строгий. В других случаях иногда говорят наоборот: он слишком мягкий. Это не совсем верный подход, названные причины – не повод для того, чтобы сменить духовника, уйти к другому. Напротив, надо побороться за себя, побороться за батюшку, совершить брань в самом себе, чтобы остаться при нем.
Вы, наверное, знаете: первая любовь приходит и уходит, может и появляться еще какая то любовь, возможно даже не одна… Но тем не менее первое чувство – радостное и трепетное, оно остается на всю жизнь. Так что надо еще и помочь духовнику, а мы подчас находим удовольствие в том, чтобы осудить кого то, и говорим если не на своего духовника, то, может быть, на другого батюшку: а вот тот – такой. Да еще при этом радостно и весело смеемся. Но вправе ли мы так делать? Мы должны за всех молиться, чтобы все были хорошими, духовными.
От нас требуется мужество, от нас требуется стойкость, потому что когда мы слышим слово духовника, мы должны его исполнить, стараться, по крайней мере, исполнить. Святые Отцы говорят, что если мы берем благословение и не исполняем, то можем от Бога получить вразумление. Это важно для понимания каждого из нас.
С духовником решают разные вопросы, но прежде всего, конечно, вопросы духовные, вопросы насущные. Но услышав ответ, надо стараться его исполнить, внутренне быть готовым к этому. А то подчас человек приходит и говорит: «Как вы скажете? Как мне поступить?» – «Поступить нужно так». – «Нет, я так не могу, у меня так не получится». – «Ну, тогда вот так». – «И так я не могу». Ну что ж тогда делать, зачем же спрашивать?!
К преподобному Макарию Великому пришли люди и спрашивают: «Что нужно делать, чтобы спастись?» Он говорит: «Нужно поститься». – «Мы не можем». – «Нужно молиться». – «Мы не можем». Тогда он говорит своему ученику: «Свари им кашицы, они ничего не могут».
И вот мы часто, наверное, уподобляемся этим людям, которые кашицу кушать готовы, а исполнять необходимое в жизни не желают, не имеют воли.
Естественно, сразу изменить себя невозможно, наверное. Хотя Господь может, конечно, изменить человека во мгновение ока, но это особый Промысл Божий, а обычно человек меняется постепенно.
Что считать признаком духовного роста? Смирение. Но это слово емкое, а что конкретно значит смирение, как оно проявляется? Вспомним слова преподобного Иоанна Лeствичника, который говорит: мера духовного возраста познается по тому, насколько мы видим в себе свои грехи. Да, вот оно, смирение. Но не то красивое слово, когда мы говорим: ах, какой я грешник! Помню, одна маленькая девочка слушала, как каются старушки, подошла к батюшке и говорит: «Батюшка, я такая великая грешница!» Он спрашивает: «А что ж ты делаешь?» – «Семечки ем!» У нее был такой «великий грех»…
Так что, наверное, дело не в словах, не в том, как мы себя именуем, а в том состоянии, в каком мы предстоим пред Богом. Это даже и не назовешь объективной оценкой, потому что мы не можем себя объективно оценить. Но вот именно: Бог – и я, – когда мы не сравниваем себя с кем то, не думаем о себе: вот я лучше Петра или лучше Маши, Даши, но именно так: вот Господь – и я.
Пред Богом ведь не скажешь: «Господи, я много тружусь, я много молюсь». Это фарисеевы слова, этот образ мысли нам известен, мы знаем, что это плохо, мы уже ему подражать не будем, мы будем подражать мытарю. Но насколько мы от слов своих переходим к делу, насколько слова у нас сочетаются с делом? Посмотришь внимательно, и все в ином свете выглядит.
Если мы стараемся всерьез трудиться над собою – нам дается духовник, руководитель на этом пути. Он дает нам направление, показывает нам истину, и мы должны приходить к нему, прежде всего, с верою, что через него действует Господь.
Об этом сейчас говорят, об этом пишут, об этом спорят, и даже люди церковные, люди, которые имеют духовные знания. Одни говорят: святитель Игнатий писал (и действительно, он писал), что нет теперь духоносных Старцев и теперь нам нужно читать только книги и книгами руководствоваться. Кто против этого что скажет? Мы не вправе говорить против святителя Игнатия.
Но святитель Игнатий в свое время писал также о старце Макарии Оптинском, которого мы сейчас почитаем, к которому обращаемся в молитвах, что у него дело не душевное, а духовное. И ученики, которые к нему приходят, выгодно отличаются от других. То есть он брал по высшей мерке, по мерке Святых Отцов первых веков. Да, часто мы немощны, слабы, но говорить о том, что теперь уже нет духовного руководства, я думаю, мы все таки не вправе. Можно согласиться, что мы немощны, мы слабы, но если мы приходим к духовнику и ждем ответа, а через него – ответа от Бога, то по вере нашей, конечно, Господь нам и помогает.