Страница 5 из 95
И все же – находятся люди, которых он так сумел убедить в своей добродетели, что они продолжают «горой стоять» за него, даже когда он творит очевидную, казалось бы для всех, неправду: защищают его и восхваляют даже за эту самую неправду, и готовы с полным самоотвержением бороться за него до окончательной победы его над «врагами».
Столь велико обольщение, которым живет и дышит фарисей, способный увлекать им и других!
За примерами недалеко ходить. Их – множество в современной жизни – во всех, без исключения, сферах и областях ее. И становится вполне понятным, почему нигде нет мира, хотя так много говорят и даже кричат о нем, – да и не может быть его, если истинное христианство подменено фарисейством и даже люди, совсем далекие от христианства, и вовсе не христиане насквозь проникнуты все тем же духом фарисейства – каждый в своем роде.
Все это – как раз то, о чем говорит святой Апостол Павел в своем 2-м Послании к Солунянам: сего ради послет им Бог действо льсти (действие обмана, заблуждения, лжи) во еже веровати им лжи (так что они будут верить лжи) (2 Фес.2,11).
Фарисейство – это ведь и есть проявление в людях этого «действа льсти», то есть: лжи. Это – ложь, притворство, лицемерие. Вспомним, как неоднократно Сам Господь Иисус Христос, обличая фарисеев, называл их именно «лицемерами», подчеркивая этим отличительную черту их.
Но самое ужасное, самое страшное – это то, к чему в конечном итоге приводит фарисейство. Последовательное и все большее и большее развитие фарисейского настроения способно сделать человека самым отъявленным преступником-злодeeм, который для достижения своих эгоистических, властолюбивых и честолюбивых целей не останавливается ни перед чем. Фарисеи не терпят себе «конкурентов» или соперников, хотя бы только воображаемых.
Мы никогда не можем, не смеем забывать, что величайшее злодеяние в мире – Богоубийство совершено фарисеями.
И фарисейство, хотя бы фарисей и считал себя «христианином», есть в сущности отречение от Христа, возстание на Христа.
Фарисей поэтому весьма легко, без особого зазрения совести, вступает в содружество с врагами Христа и становится предателем Его, идя по стопам Иуды. Что фарисею Христос, если «бог» для него, идол, которому он покланяется и к поклонению коему упорно и настойчиво зовет других, это он сам? Все остальное для него – это только средства, которые он использует для самовозвеличения, самообожествления.
Фарисейство – это самый страшный и самый губительный недуг души, без преодоления которого невозможно ни истинное покаяние ни вечное спасение.
Итак, убоявшись того, что представляет собою фарисейство и к чему оно ведет зараженных этим трудно поддающимся врачеванию недугом, последуем материнскому увещанию нашей Святой Церкви, так заботливо предостерегающей нас перед наступлением Великого поста от этого недуга:
«Фарисеева убежим высокоглаголания, и мытарева научимся высоте глагол смиренных, покаянием взывающе: Спасе мира, очисти рабы Твоя!» Аминь.
«Помышляю день страшный и плачуся деяний моих лукавых.»
«Помышляю день оный и час, егда имамы вси нази и яко осуждени неумытному Суд и предстати»... (Стихира в неделю мясопустную).
Внушив нам необходимость мытарева смирения и сердечного сокрушения о своих грехах и вспомнив умилительную притчу о покаянии блудного сына, Святая Церковь, готовя нас к Великому посту, приводить нам на память то «последнее», что неизбежно ожидает нас, – хотим ли мы того или не хотим – кончину мира, Второе Пришествие Христово и Страшный Суд.
И хотя в наше время лукаво и лицемерно так хлопочут о всеобщем единении – как-будто «единение», само по себе, может являться самоцелью, – после Страшного Суда в нашем человеческом роде произойдет решительное и окончательное разделение, и притом на целую вечность: каждого из нас ожидает что-нибудь одно – или приобщение к вечному несказанному блаженству праведников или горькая-прегорькая участь вечного нескончаемого мучения грешников.
В том, что это несомненно будет уверяет нас Сам Господь Иисус Христос, собственные слова Которого и читаются для вящего нашего убеждения в Евангельском чтении, положенном на неделю мясопустную, как именуется третья подготовительная неделя к Великому посту:
И идут сии , то есть, стоящие по левую сторону Судии грешники, в муку вечную: праведницы же в живот вечный (Мф.25,46).
Как не думать об этом, не помышлять непрестанно в течении всей нашей, столь кратковременной – семьдесят лет, аще же в силах, осмьдесят лет (Пс.89,10): редко-редко кто доживает больше! – земной жизни?
Вот почему Святая Церковь и заповедует нам постоянно обращаться мыслью к этому дню Господню, великому и славному (Деян.2,20), чтобы день тот не постиг нас внезапно (Лк.21,34).
Помышляю день страшный, и плачуся деяний моих лукавых: како отвещаю безсмертному Царю? Коим же дерзновением воззрю на Судию блудный азъ? Благоутробный Отче, Сыне Единородный, Душе Святый, помилуй мя! (Седален нед. мясопустной).
Из этих слов церковного песнопения ясно видно, каким должно быть это непрестанное помышление о кончине миpa, Втором Пришествии Христовом и Страшном Суде: отнюдь не каким-то паническим ужасом, не очевидно-зловредной «апокалиптической паникой», которую именно и осуждает св. Апостол Павел в своем Послании к Солунянам (2 Фес.2,2-3;11-12), а спасительным для души, покаянным приготовлением себя к этому великому и славному дню Господню .
Ведь Сам Господь повелел нам себя к этому дню готовить:
Сего ради будите готови, яко в оньже час не мните Сын Человеческий приидет (Мф.24,44).
Бдите убо, яко не весте в кий час Господь ваш приидет (Мф.24,42).
Но можно ли, согласно этому повелению Господню, «бдеть» и «готовиться», не помышляя постоянно и другим не напоминая об этом дне и часе?
Как же тогда назвать людей, которые и сами не хотят помышлять об этом страшном дне и часе и других отклоняют от этого помышления?
А таковые имеются, как это ни странно, даже в среде именующих себя «христианами», в том числе, и христианами «православными»?
И если не смеют они совсем отвергать неизбежное наступление этого дня – ибо это было бы уже явное восстание против одного из основных догматов нашей святой православно-христианской веры! – то относят его в какое-то весьма отдаленное, неопределенное будущее – столь далекое, что оно даже утрачивает свою реальность, становясь чем-то в роде математической «безконечности», то есть, «может быть», и никогда не наступит…
А на помышляющих об этом дне и учащих помышлять других они даже гневаются и крайне неудачно, чисто по-сектантски, приводят против них изречения из Священного Писания.
Христос, видите ли, сказал, что «о дне том и часе никто не знает» и что «не ваше дело знать времена или сроки», а Апостол Павел будто бы осудил Солунян за то, что они ожидали Второго Пришествия Христова.
Можно ли, однако, из всего этого делать такие выводы и заключения, какие столь поспешно и необдуманно они делают?
Ведь кроме этих изречений, есть и другие, которых тоже забывать не следует. И эти-то другие как раз и имеют решающее значение, и в свете их и нужно понимать все остальные.
Разве не перечислил Господь множество признаков близости Своего Второго Пришествия и кончины века (см. 24 главу Евангелия от Матфея и др.)?
А перечислив разве не сказал Он в заключение: егда видите сия вся, ведите яко близ есть, при дверех (Мф.24,33)?
Но пусть даже эти признаки кому-нибудь кажутся недостаточно ясными, пусть о признаках этих можно еще спорить: не сказал ли разве Господь, что все мы, христиане, должны быть подобны рабам постоянно ожидающим возвращения Господина своего?
Ведь это сказано очень ясно и весьма вразумительно!
«И вы будьте подобны людям, ожидающим возвращения Господина своего с брака, дабы когда придет и постучит, тотчас отворить Ему. Блаженны рабы те, которых Господь пришед найдет бодрствующими» … (Лк.12,36-37).
А что будет с теми, которые, как некоторые, современные умники, не желают думать и говорить о близости Второго Пришествия Христова и относят его к какому-то очень далекому туманно-неопределенному будущему?
И о тех сказано – и сказано очень сильно и решительно:
«Если же раб тот скажет в сердце своем: не скоро придет Господин мой … то придет Господин раба того в день, в который он не ожидает, и в час, в который не думает, и рассечет его и подвергнет его одной участи с неверными» (Лк.12,45-46).